Обратное течение (СИ)

Завтрак был великолепен. Мягкий свежий хлеб, розовый гусиный паштет со сливочным маслом, желтые ломтики остро пахнущего сыра. Украшала стол внушительная горка блинов, начиненных мягким сыром и зеленью. К блинам полагалась густая сметана. Для меня Игнат сварил кофе, а Елизавете Федоровне поставил ее любимый яблочный компот.
Но стоило мне положить на тарелку первый блин и подцепить серебряной ложечкой сметану, как мне прислал зов патриарх нашего рода Игорь Владимирович Воронцов. А зов деда — это такое событие, ради которого нужно отложить любые дела. Даже завтрак.
  
— Я тебя не отвлекаю, Саша? — вежливо спросил Игорь Владимирович.
— Не очень, — улыбнулся я. — Собираюсь завтракать, но это может подождать.
— Скажи честно, где ты отыскал этого господина Изюмова, — спросил дед.
— Встретил на улице, — честно признался я. — Он просил милостыню возле кафе неподалеку от Песочного переулка. А меня занесло туда по делам. Значит, он все-таки добрался до вас?
Эта новость меня обрадовала. Настолько, что я даже перестал грустить о том, что блин на тарелке остывает.
Приятно было знать, что Изюмов послушал моего совета.
— Добрался, — подтвердил Игорь Владимирович. — Явился ни свет, ни заря и умудрился вдрызг поругаться с моей охраной. Они не хотели его пускать, а он размахивал моей визитной карточкой и на всю улицу кричал, что граф Воронцов будет счастлив его видеть. Мне кажется, даже его величество слышал эти крики. Во всяком случае, я заметил, как из его Летнего дворца выбежали слуги, чтобы полюбоваться скандалом.
Дед жил на Фонтанке, по соседству с Летней резиденцией императора. В свое время он отдал немалые деньги за этот участок топкого речного берега и не прогадал. Теперь по утрам он запросто здоровался с его величеством через забор. И такое соседство приносило немалую пользу не только роду Воронцовых, но и всей Империи.
— Это моя вина, — признал я. — Вчера забыл вас предупредить. Столько дел навалилось.
— Ничего, — великодушно ответил Игорь Владимирович. — Этот Изюмов оказался очень настырным господином и пробился ко мне. От него пахло перегаром и одеколоном, как будто он сразу после рюмочной решил зайти в парикмахерскую. А костюм он наверняка у кого-то украл. Иначе как объяснить, что брюки оказались ему велики, а пиджак на два размера меньше, чем нужно? Когда он объяснил мне, зачем пришел, я хотел своими руками спустить с лестницы. Представляешь, Саша, он предложил использовать магию Времени для создания холодильных шкафов! Я никогда не слышал ничего подобного.
— Так вы его выгнали? — огорчился я.
Грустно было слышать, что гениальная идея инженера Изюмова оказалась утопией.
— Ты с ума сошел? — возмутился дед. — Я немедленно созвал мастеров и предложил Изюмову объяснить идею им. Так этот бродяга заартачился и потребовал сначала подписать бумагу, которая гарантирует его права. Пришлось разбудить юриста. Юрист составил договор, а Изюмов посадил на него жирное пятно, когда подписывал. Только после этого мы перешли к делу. Мастера выслушали Изюмова и дружно почесали в затылках. Но согласились с тем, что из его затеи выйдет толк. В общем, я отправил Изюмова в наш госпиталь, чтобы его там подлечили и откормили. Целители только что его увезли. А я теперь подыскиваю участок для фабрики.
— Рад, что вы с инженером поладили, — рассмеялся я.
— Поэтому я и прислал тебе зов, — объяснил Игорь Владимирович. — Хотел поблагодарить от всей души. У тебя удивительный талант — ты способен найти золотой самородок в куче… в общем, ты сам понимаешь. Спасибо, Саша.
— Пожалуйста, — улыбнулся я.
— Главная загвоздка в том, чтобы отыскать магов, которые способны управлять временем. Это очень редкий дар, накопители с магией времени стоят совершенно безумных денег. Вот я и решил обратиться к тебе. Вдруг у тебя есть кто-нибудь на примете?
— Маг, способный управлять временем? — переспросил я. — Знаете, мне нужно кое-что проверить. Я пришлю вам зов. Кстати, Изюмов сказал вам, что раньше он работал на графа Мясоедова?
— Да, он говорил, что Мясоедов украл его проект.
— Я слышал, что у Мясоедова очень хорошие адвокаты, — предупредил я. — Настоящие акулы. Как бы они не начали вставлять вам палки в колеса.
— Ты еще не знаешь наших адвокатов, — развеселился Игорь Владимирович. — Если понадобится, они пустят Мясоедова по миру. В общем, еще раз спасибо, Саша! Извини, что отвлек от завтрака. Приятного аппетита.
— И вам всего хорошего, — ответил я, заканчивая разговор.
Елизавета Федоровна вопросительно посмотрела на меня. По выражению моего лица она догадалась, что я с кем-то разговаривал.
— Инженер Изюмов благополучно добрался до моего деда, — улыбнувшись, объяснил я. — Игорю Владимировичу не терпелось меня отблагодарить.
— Значит, ваш дед поможет этому бедняге? — просияла Елизавета Федоровна.
— Уже помогает, — заверил я. — Игорь Владимирович отправил Изюмова в госпиталь, там его вылечат от депрессии и недоедания. А потом они вместе примутся переворачивать экономику Империи вверх тормашками. Любимая забава моего деда.
— У вас очень хорошие отношения с дедом, — заметила Молчанова.
— Да, — кивнул я. — Но сейчас я мечтаю вступить в близкие отношения с этим блином. Он уже заждался, пока его съедят.
С этими словами я нацелился ножом и вилкой на блин. И даже успел откромсать от него кусочек.
Вот только проглотить его мне было не суждено. Этому помешал голос Миши Кожемяко, который бесцеремонно ворвался в мое сознание и завопил:
— Саша, мы опознали одну из убитых девушек!
  
Глава 10
 
— Рассказывай, — потребовал я, откладывая вилку в сторону.
— В общем, мне пришло в голову устроить экскурсию в морг всем городовым поочередно. Городовые знают каждого, кто проживает в их околотке. Прудников был против того, чтобы отрывать городовых от службы и даже называл это дурацкой затеей. Но начальник отделения меня поддержал. В общем, один из городовых опознал девушку.
— И кто она?
— Наталья Алексеевна Суворова. Сирота, из нижегородских мелкопоместных дворян. Закончила Смольный институт. За ее обучение платило Имперское казначейство, потому что у самой Натальи денег не было. В наследство получила только долги. Служила гувернанткой у князя Подольского и жила в его доме. Я сейчас как раз собираюсь навестить князя и подробно его расспросить. Если еще что-нибудь узнаю, сразу тебе сообщу. А как твои успехи? Узнал что-нибудь о девушке, которую выловил из воды?
— Да, кое-что удалось узнать, — ответил я.
Коротко пересказал Мише результаты наших с Елизаветой Федоровной поисков.
— Отлично, — обрадовался Миша. — Значит, Елизавета Федоровна Молчанова? Я сделаю запрос в Имперскую канцелярию. Думаю, уже к вечеру буду знать, откуда она приехала. В крайнем случае, завтра утром.
Миша помолчал секунду, а потом спросил:
— Саша, тебе не кажется, что в истории обеих девушек есть что-то общее? Они обе не богаты. Обе обладали магическим даром. То есть, Елизавета Федоровна и сейчас им обладает. А по поводу Суворовой судебный целитель дал однозначное заключение. Дар у нее был, правда, слабый. Обе не так давно приехали в столицу. У Натальи Суворовой близких родственников не было, а о родных Елизаветы Федоровны тоже ничего не известно. Наконец, обе служили, чтобы заработать себе на жизнь.
Мой магический дар осторожно шевельнулся в груди — словно был согласен с Мишиной догадкой.
— Да, многое сходится, — согласился я. — Но нужно все хорошенько проверить. Ладно, удачи тебе у князя Подольского.
  
Попрощавшись с Мишей, я с грустью посмотрел на многострадальный блин и вздохнул. Он безнадежно остыл.
— Что-то случилось? — спросила Елизавета Федоровна.
— Полиции удалось опознать одну из погибших девушек, — ответил я. — Сейчас они пытаются найти тех, кто был с ней знаком. Мне прислал зов Миша Кожемяко. Это полицейский следователь, вы с ним говорили, помните?