На исходе алого заката (СИ)

— Ну… Ты же сама догадалась, что это случилось после выпускного. Там, во Флагстаффе, когда… Лерой украл меня, чтобы отвезти к Гранд Каньону…
— Ты светилась как чёртово солнце, Роуз… даже не смотря на то, что с матерью тогда скандалила. Так что, прости, но у тебя на мордашке было написано, ЧЕМ вы в ту ночь занимались.
Она робко улыбается и поправляет пучок.
— Ты сама поняла, что готова на этот шаг? — продолжаю смело, раз уж начала. И плевать, как это выглядит.
— Да, я ведь любила его, но тогда ещё не понимала насколько сильно, — она молчит, будто воскрешая в памяти тот день. — Мне казалось, что это настолько мой человек… Что могу довериться ему целиком и полностью. В общем, знаешь, в ту ночь мы уже не сдержались. Вспыхнули пожаром. Крышу сорвало обоим. Красивый. Горячий. Мой… А как он смотрел на меня, Смит!!! Как тут устоять?
«Мой человек»
«Довериться целиком и полностью»
«Любила его»
Обнимает коленки. Смотрит куда-то, но мыслями явно не здесь.
— Было, конечно, немного страшно, но, знаешь и до дрожи интересно, какого это «быть с ним». По-настоящему, по взрослому, без границ.
Я затягиваюсь никотином. До рези в лёгких.
У неё даже голос зазвучал иначе. С каким-то особым нежным трепетом и страстью. Думаю, для Роуз та поездка — была одним из самых ярких событий в жизни. Потому что на её лице столько красочных эмоций что словами не передать…
— Правда что такое «без границ» я узнала позже, во Флориде, — она опять по полной заливается краской. — Мне вообще с Ним было очень хорошо, ну… понимаешь, в этом смысле. Не могу объяснить. Это можно только испытать, прочувствовать. Знаешь, я с ним хотела абсолютно всё…
Сердце сжимается. Мне до боли знакомо это чувство. Я тоже. Хотела…
— Джен… Почему ты спросила? — задаёт этот вопрос очень осторожно. Понятное дело.
— А ты как думаешь? — усмехаюсь печально. — В этом плане ты меня давно обскакала!
— Смит… — у неё глаза на лоб лезут. — Только не говори, что ты ещё…ну ни с кем. Твой урод-отчим не в счёт.
Я молчу. Она какое-то время тоже. Не верит, видимо. Подходит ко мне и начинает нервно чесать Оскара. У него аж мордочку от её активности перекашивает.
— А Ричи? Ну то есть знаешь, ребята ещё тогда после выпускного сплетни развели в соц сетях. Ты не подумай обо мне плохо! Я случайно увидела.
— Не было тогда у нас с ним ничего. И сейчас нет, между нами говоря, — откидываю крышку зажигалки и смотрю на дрожащее пламя.
— Чёрт тебя дери, Дженнифер Смит! Я точно твоя лучшая подруга? — восклицает она. — Ты тот ещё ребус ходячий! С ума сойти. И вы с Ричи… ну реально ещё не… играли в гольф???
Меня смешит это её сравнение.
— Да-да, мы пари заключили будучи не совсем трезвыми. Никакого секса до свадьбы.
— Ой, а ты и рада… — выдаёт вдруг она. — Это ж просто бред, Смит, ну честно!
Наверное, мне нечего сказать ей на этот счёт.
— Я потому и спросила, — отчего-то злюсь.
— Вот почему ты так среагировала на предложение Ричи переехать к нему, — с умным видом подытоживает пьяная, осоловевшая подружка.
— Да пора наверно. Переехать и… всё остальное.
Она хмурится. Смотрит на меня слишком внимательно. Поднимаю взгляд и пожимаю плечами.
— Ну только если хочется этого «всего остального». Тебе еще наверное… — она мнётся, и я понимаю о чём речь.
— Да нет, Онил, забей. В тот вечер с отчимом я, к счастью сам процесс не чувствовала совершенно, сама знаешь почему. Я даже рада, что была тогда под чем-то. Абсолютная пустота в теле. Жаль только не в голове. Выкинуть-то не получается из памяти насовсем. Закрасила бы чем-то ярким с удовольствием…
Роуз обнимает меня. Шмыгает тихонько носом. Плачет опять.
— Ну перестань, ты чего? — стискиваю её покрепче и целую в мокрую щёку.
— Смит… — тянет носом.
— Ммм?
— А тогда на выпускной… почему у вас всё-таки не случилось? — тихо спрашивает она. — Из-за Рида, да?
Смотрим друг другу в глаза. Врать? Снова? Не хочу.
Едва уловимый кивок головы. Она сглатывает, тянется снова обнять.
— Прости меня за идиотское поведение, — горячо шепчет, и я не могу не улыбнуться в ответ. — Прости, Джен, прости, я такая дура…
   
Глава 28 Рид
 
Вот уже на протяжении недели я «почти добросовестно» служу департаменту полиции Калифорнии. Немного подбешивает тот факт, что я а) грёбаный стажёр, б) по сути в подчинении у девицы и в) вынужден патрулировать дороги. Увы, все начинают с этого и я — не исключение, но Майлз, начальник местного участка, пообещал, что долго это не продлится.
Надеюсь. Потому что заниматься исключительно наведением порядка на дорогах — мне не улыбается. Хотя… озадаченные лица знакомых, с которыми удалось пересечься за короткий период моей трудовой деятельности, определённо стоят того, чтобы жариться под полуденным солнцем.
Да, ребят, Рид Брукс — теперь коп. Просто потому что так захотел. Нравится вам это или нет. Мне надо хотя бы год-два поработать рядовым полицейским и потом уже подавать заявку в спецназ SWAT. Я знаю, у меня есть все шансы попасть туда. И я непременно попаду…
Кстати с Ким Бэйнс — тем самым офицером полиции, являющимся типа моим наставником и напарником в одном лице, мы нашли общий язык очень быстро. Ей двадцать восемь. Не замужем, работает в полиции уже шесть лет и чего только за эти годы там не видела… Неадекватных, психически неуравновешенных и просто чиканутых. Поножовщину, разборки, драки, убийства… Однако как утверждает сама Ким, профессия копа ей по вкусу и менять её на что-то другое она не планирует.
— Эй, Брукс, держи, — зовёт меня, протягивая кофе. — Двойной эспрессо.
— Очень в тему. Ты — просто чудо, Ким, — забираю из ее рук вожделенный напиток.
Может, хоть он облегчит моё дерьмовое состояние?
Спать хочу просто адски. В последнее время с этим у меня глобальные проблемы. И тому есть вполне логичное объяснение… Одна кучерявая сучка, которая почти замужем, никак не желает убираться из моей головы, прописавшись там по ходу на постой. Имя ей — Дженнифер Смит…
Жить с ней в одном доме дьявольски сложно. Не соваться в ею спальню — вообще непосильная задача. Именно поэтому я захожу туда тогда, когда мне вздумается.
Её это естественно бесит неимоверно, но мне плевать. Собственно, а когда было иначе? Не изменилось ни черта. Я ведь всегда делал то, что хочу…
Позавчера, к примеру, разбудил её в четыре утра. Просто потому что какого хера у меня бессоница, а она сладко сопит! У неё нос ещё так смешно подёргивается во сне. Наблюдал за ней какое-то время.
Губы медленно растягиваются в улыбке, когда память подбрасывает её испуганное лицо и широко распахнутые от ужаса глаза, заприметившие меня в темноте.
Потом, конечно же, на меня обрушилась гневная речь и вопрос, ответа на который не было…
«Зачем ты здесь?»
Развлекаюсь ***ть, Смит. Брожу как грёбаный лунатик по дому, а мне на работу рано утром вставать, между прочим. (Аж самому в это верится с трудом).
«Не спится», — открывая окно нараспашку и усаживаясь на подоконник, ответил тогда я мрачно, — «Покури со мной».
Прохладный предрассветный воздух — был в ту минуту необходимостью. Надо было немного прийти в себя и остыть, потому что смотреть на Неё, когда она такая — невыносимо.
Смит зашелестела одеялом, выбралась из-под белого, пухлого облака, включила ночник. Взглянула на часы, вздохнула и через минуту нарисовалась рядом. Не соображая, что испытывает мой и без того летящий к чертям самоконтроль на прочность. Потому что ***ть эти её шорты и топ слову «остыть» не соответствовали ни разу! Скорее наоборот.
 
И сука живот этот её голый… Плоский. Спортивный. Как по мне, идеальный.
Пялился как маньяк. Вспоминал, как жарко целовал его, и как часто она дышала, когда шептала моё имя этими пухлыми, сладкими губами.
Поплыл моментально. Эти картинки даже по прошествии времени по-прежнему оставались чёткими и слепяще яркими. Словно и не было этих долбаных четырёх лет разлуки. Будто ещё вчера она лежала подо мной.