На исходе алого заката (СИ)

— Эмбер, меня давно не касается его жизнь. От слова совсем! — чеканит Онил, меняя интонацию. Хочет дать понять, что ей до оскомины неприятна эта «задушевная беседа».
— Я переживаю за него. Не хочу, чтобы пострадала его профессиональная карьера.
— А тебя я смотрю только его карьера и заботит! — язвительно бросает Роуз.
Оскар начинает мяукать. Ну совсем вот не в тему сейчас, дружище…
— Нет, Мелроуз, меня волнует не только его карьера! — тяжело вздыхает Забини. — У Картера характер, прямо скажем, — не сахар, но я впервые вижу его таким!
Сказанные ею слова пропитаны горечью и досадой, а это даёт понять, что Эмбер, безусловно, раздражена. Кажется, наш человек-органайзер и впрямь не знает, что делать.
— Это странно, учитывая тот факт, что вы давно вместе, — прилетает колкий комментарий в ответ. — Потому что он всегда был ТАКИМ.
— Нет, это не так! У нас было всё отлично! — защищается Забини. — До этого вашего круиза на теплоходе в честь свадьбы Кэмерона и Меган.
Роуз по-детски фыркает.
— Хочешь, скажу прямо? Вы оба вели себя по отношению к друг другу очень некрасиво, — тоном воспитательницы-зануды продолжает Эмбер.
— Отчитывать меня пришла? Тогда попрошу на выход! — держит удар Онил, к моему удивлению значительно повышая голос.
Положа руку на сердце, я ещё ни разу не слышала, чтобы она вот так агрессивно с кем-то разговаривала.
Слышу как Оскар царапает дверь и орёт. Ну что ему там не сидится?! Не могу же я сейчас уйти! Сиди смирно, а?
— Что ты, нет конечно, — по-прежнему спокойно уверяет Забини. — Просто хочу дать совет…
— Мне не нужны ни твои советы, ни Он! — ставит её в известность Роуз. И в голосе столько холода, что даже мне как-то не по себе.
— Тем не менее… вы виделись, не так ли? Что между вами произошло? — напирает Забини, понимая, что терпение бывшей на исходе.
— Если и виделись, то тебя это никоим образом не касается! — пресекает её попытки разузнать в чём дело Роуз.
— Ошибаешься! — слишком звонко не соглашается та, впервые за весь разговор открыто демонстрируя хоть какие-то эмоции.
— Да неужели? — смеётся Онил.
— Твой кот был у него, когда я приехала в пятницу! — недовольно вещает Эмбер.
— И что? — невозмутимо отвечает на это Роуз.
И что? Чёрт, да она ведь нарочно провоцирует Забини. Ну даёт! Качаю в шоке головой.
— Как он там оказался?
— Лерой взял Оскара на время.
— Зачем он ему сейчас понадобился?
— Задай этот вопрос своему парню!
Складывается впечатление, что речь идёт о ребёнке, которого воскресный «папа» берёт на выходные. Так забавно…
— Я просто хочу услышать от кого-то из вас двоих правду, — устало вздыхает Эмбер.
Не по адресу дорогая… мимо и там, и там…
— Правда в том, Забини, — практически по слогам гневно произносит Роуз, — что у нас с Ним ничего нет и быть не может! Ты зря явилась сюда с претензиями!
— Тогда объясни мне, что с ним происходит, Роуз! — продолжает давить на неё она.
— Я не обязана ничего объяснять! Захочет — сам расскажет.
— Тебе лучше меня известно, что нет! — бесится Забини.
Интересно, а на что она рассчитывала, когда шла сюда? Думала, что самая хитрая?
— Уходи, Эмбер. Ты знаешь где дверь. Не хочу ничего слышать ни о тебе, ни о нём.
Боже, это точно Роуз Онил? Похоже, и правда накипело.
— Я люблю его.
— И к чему мне эта информация? — насмешливо интересуется Роуз.
— Просто хочу, чтобы ты знала…
— Мне всё равно. Тебе не о чем тревожится. На счастье с ним я не претендую!
— Что ж, надеюсь, ты честна…
Закатываю глаза. Строит из себя святошу, а сама небось в сердцах яростно проклинает Онил. Просто за то, что она была в жизни Лероя. И за то… что до сих пор, как ни крути, есть… Ведь иначе она сюда не притащилась бы, верно?
В воздухе снова повисает тишина, но даже я, сидя здесь, ощущаю, как накалилась обстановка. Котэ истошно истерит у двери и я спешу выпустить его наружу. Когда спускаюсь вниз, Роуз не нахожу. Зато вижу, что в прихожей копошится Забини. Молча смотрю как надевает каблуки и гордо удаляется. Прохожу на кухню.
 
Роуз сидит за столом, интенсивно массирует пальцами виски. Открываю верхний шкафчик и достаю бутылку вина.
— А покрепче что-нибудь там есть? — мрачно спрашивает подруга.
Меня это несколько настораживает. Подобные просьбы — большая редкость. Послушно возвращаю вино на место, забираю виски, стоящий по соседству и ожидающий своего дня. Наступил, видимо.
Добавляю лёд, чтобы немножко сбить крепость. Иначе ей, не привыкшей к этому напитку, будет тяжело.
Молча, стукаясь пьём. Онил всё же морщится.
— Слышала? — прокашливается и машет руками словно веером.
— От и до, — признаюсь без утайки. — А ты, Онил, не промах!
— Да куда уж там! Руки до сих пор трясутся, — она теребит пальцами фотографию. Ту самую с каньона.
Вот оказывается, что притащила Эмбер. Выходит… Лерой забрал не только кота? Почему эта мысль греет сердце. Ровно до тех пор, пока я не понимаю, что Онил задумала избавиться от снимка. Порвать решила.
— Сдурела? — выдёргиваю из её пальцев фотку. — Не смей даже. Это моя любимая. Себе заберу!
— Делай что хочешь, мне она не нужна, — отмахивается и просит налить ещё. — Погоди-ка…
Онил подрывается со стула, куда-то бежит, а потом я и вовсе слышу, что входная дверь хлопает. Не поняла… Но уже через пару минут девчонка возвращается. В руках свёрнутая газета. Почту забирала значит. Разворачивает местный таблоид.
— Идиот…
Перегибаюсь через стол, чтобы тоже взглянуть. На первой полосе — Лерой во всей красе. Хмурый и мрачный, как обычно. А ещё очень злой. Фото сделано на фоне городского полицейского участка.
«Снова вне ринга» — гласит заголовок, а дальше в информационной статье рассказывается о том, что Картер, будучи нетрезвым, затеял массовую драку в клубе. Н-да… будет конец этому или нет?
Онил пьёт вторую порцию виски и выбрасывает газету.
— Вот зачем она приходила, Смит! От меня что хочет? — возмущается, скручивая волосы в пучок.
— Эмбер далеко не дура… Думала, что сможет тебя расколоть на откровенность.
— То есть дура по её мнению я? Так получается?
— Ну… полагаю, она так уже не считает, — подмигиваю. — Я нереально горжусь тобой, Онил!
— Не льсти мне, — смущается она.
На телефон приходит оповещение. Открываю мессенджер. Читаю.
Вот же… засада. И что мне на это отвечать?
Роуз смотрит поплывшим взором, подперев кулачком щёчку. А у меня кровь в ушах стучит и паника ломится сквозь грудную клетку.
— Ты чего, Смит? — спрашивает взволнованно.
Качаю головой, впиваясь пальцами в корни волос. Дёргаю, напряжённо соображаю. Несколько секунд на раздумия — а потом всё же пододвигаю к ней телефон.
«Джен, хочу, чтобы ты переехала ко мне», — читает она вслух.
— Я смотрю Ричи уже не терпится поскорее привязать тебя к себе, — улыбается, возвращая мне смартфон. Однако видит мою неоднозначную реакцию и хмурится. — Не хочешь, да?
Встаю. Иду к окну. Достаю сигарету из пачки и щёлкаю зажигалкой. Курю я очень редко, но сейчас почему-то хочется. До невозможного.
Забираюсь на подоконник. Оскар тоже присоединяется ко мне. Садится и выглядывает на улицу, где уже зажглись фонари.
— Смит? — зовёт меня она.
Я так устала держать всё в себе…
— Скажи, Роуз, — всё же решаюсь после недолгой паузы. — Ты… свой первый секс помнишь хорошо?
Ну вот. Спросила. Ничего страшного не произошло. Я не умерла от стыда. Земля не сошла с орбиты. Да только вот Онил почему-то молчит.
Поворачиваю голову. Она пялится на меня. Красная, зардевшаяся и явно огорошенная моим внезапным вопросом.
 
— Если хочешь, не отвечай, — добавляю спешно.
— Да нет кхм… — прочищает горло. — Тебя интересует как это было?
Просто киваю и отворачиваюсь, чтобы не так её смущать и чтобы (о боги!) не стушеваться позорно самой. Дожилась, Смит! Тебе двадцать два года, ку-ку.