Мур-ключение в Париже!

– Хорошо? – рассмеялась Мари. – Пуф, это просто великолепно! Как я могу тебя отблагодарить?
– Три слова: Каштаны. Ягоды. Пирог. Ягодный пирог с каштанами. Запомни.
Бельчонок юркнул в дверь, а Мари крикнула ему вслед:
– Считай, что он уже у тебя в... животе!
* * *
Когда Тулуз и Берлиоз вернулись, нельзя было терять ни минуты. Рокфор без раздумий согласился сыграть роль их первого клиента и должен был явиться чуть позже в компании нескольких голодных друзей-мышей.
Мари уже поставила в духовку противень слоёных пышек с сыром «Чеддер» и лесными орехами. Они выглядели совсем не так идеально, как те, что она когда-то готовила с Луи, но кошечка надеялась, что на вкус они будут не хуже. Берлиоз репетировал за старым пианино, пока Тулуз занимался своей фреской.
Мари взялась мыть старые тарелки, которые нашла в кухне. Голос Берлиоза разлетался по всему кафе – он пел песню о гаммах и арпеджио.
– Брр, – потрясла головой Мари. – Звучит так, словно это пианино ненавидит и гаммы, и арпеджио. Хорошо, что мама этого не слышит.
– Я не виноват, – отозвался Берлиоз. – Я попытался его настроить, но это не помогло.
– Тогда хватит бренчать на нём, пока мы не найдём того, кто сможет его исправить. Это очень отвлекает.
– А Тулуз вот совсем не отвлекается, – кивнул Берлиоз на брата, который макал в зелёную краску передние лапы.
– Ну ты же знаешь, что с ним бывает, когда он рисует. Тулуз и пушечного выстрела не заметит.
Они несколько мгновений смотрели на усатого художника. Тот ляпнул на стену большое зелёное пятно рядом с таким же розовым пятном.
– Эй, Тулуз, – окликнул его Берлиоз, подходя ближе. – А что именно ты рисуешь? Ты же собирался изобразить что-то вроде вида из окна на парк.
Тулуз покосился на брата.
– Так я именно это и рисую.
– Что, правда? – скривился Берлиоз. – Потому что похоже, будто ты просто размазываешь по стене краску.
– Это современное искусство, – с достоинством ответил Тулуз. – Уж получше, чем твоя кошмарная музыка на этом старом пианино.
Пока братья гневно взирали друг на друга, Мари оглядела стену целиком. В верхней части фрески было написано: КОНДИТЕРСКАЯ «ПАЛИТРА».
– А это что? – спросила она Тулуза, указывая на буквы.
– Я думаю, мы должны так назвать кафе. Нравится?
– Но это же не кафе для художников, – заспорил Берлиоз. – К тому же у меня есть идея получше: кондитерская «Джазз-зразз-навсегдазз».
Мари и Тулуз переглянулись.
– Это очень сложно произнести и запомнить, – сказала Мари. – И вдруг мы захотим исполнять разную музыку, не только джаз?
– Дай угадаю, – прищурился Берлиоз. – Ты-то, наверное, придумала идеальное название, да?
– Ну... – начала Мари с улыбкой, – это же кафе для разных зверей, верно? И еда тут будет отменная. Поэтому, я думаю, мы должны назвать кондитерскую «Сладкие хвостики».
– Фу, – скривился Тулуз, – звучит словно мы будем готовить чьи-то хвосты.
Братья расхохотались, а Мари смущённо села.
– Да, звучит и правда немного странно. Но не надо меня дразнить, сами-то не придумали ничего лучше.
Вдруг Берлиоз перестал хихикать и потянул носом воздух.
– Эй, вам не кажется, что пахнет горелым?
Мари резко подскочила.
– Мои пышки! – воскликнула она и бросилась на кухню.
Когда Мари открыла духовку, оттуда вырвались клубы серого дыма. Кошечка вытащила противень и шлёпнула на столешницу. Одна из пышек даже загорелась! Мари задула огонь, как свечу на именинном торте. Остальные пышки чувствовали себя не лучше – они были совершенно чёрные.
Мари плюхнулась на пол, и у неё на глазах выступили слёзы.
– Наверное, Пьер был прав, – всхлипнула она. – Наверное, управлять кафе и правда слишком сложно. Особенно для нас. Мы ничего не можем делать без ссор.
Хвостик Берлиоза грустно повис, Тулуз опустил ушки. Братья виновато переглянулись и подошли к сестре.
Берлиоз коротко лизнул Мари в нос, стараясь утешить.
– Прости, что смеялся над твоим названием.
– И меня прости. Мне жаль, что твои пышки сгорели, – добавил Тулуз и потёрся лбом о бок сестрёнки. – Не переживай. Я нарисую фреску получше, а Берлиоз сумеет настроить пианино, правда, Берлиоз?
 
Серый котёнок кивнул.
– Не сдавайся так быстро, Мари. Я уверен, у нас всё получится.
Мари лапкой вытерла слёзы и посмотрела на своих братьев.
– Ого, вы оба извинились, хотя тут нет мамы, которая бы вас заставила. Может быть, у нас и правда получится стать хорошей командой.
– Возможно, нам просто нужна лапа помощи, – предположил Тулуз.
Мари резко выпрямилась:
– Так и есть! И я знаю, кто нам её протянет!
  
Глава 6
 
– Мне надо домой, – заявила Мари.
– Зачем? – удивлённо спросил Берлиоз.
– Потому что у нас дома Клуб уличных хвостов, в котором можно найти Луи. Ну, понимаете? Луи – шеф-повар, он поможет мне с меню!
– Отличная идея, Мари! – воскликнул Тулуз. – Если хочешь, мы пойдём с тобой. Команда должна держаться вместе.
Мари на мгновение задумалась.
– Мне кажется, что сейчас команда должна разделиться – ты займёшься фреской, а Берлиоз – пианино. Делая три разных дела одновременно, мы справимся гораздо быстрее.
– Звучит неплохо, – согласился Берлиоз, а Тулуз просто кивнул.
– Я скоро вернусь, – бросила им Мари и побежала домой, уже представляя, какие деликатесы Луи поможет ей приготовить для кафе. Добравшись до особняка Мадам, она юркнула в маленькую кошачью дверцу и направилась через холл прямиком к большой деревянной двери в гостиную – Клубу уличных хвостов.
Кот Луи обнаружился на голубой бархатной подушке возле камина. Он крепко спал, и его лапы и усы подрагивали во сне.
– Луи, – шепнула Мари. Когда старый кот не отреагировал, она повторила чуть громче: – Луи!
Сначала медленно открылся один медно-оранжевый глаз, а за ним последовал второй.
– С тобой всё в порядке, мадемуазель Мари? – Луи поднял голову. – Ты запыхалась.
Мари тут же затараторила:
– Я бежала всю дорогу от... Так, сначала я должна сказать тебе вот что: мы с братьями хотим открыть наше собственное кафе для всех животных Парижа! Мы будем подавать там кошачьи круассаны, ягодные пироги с каштанами, лососевый мусс и кучу всего вкусного и изысканного. Всё, что ты научил меня готовить.
– О, Мари. – Луи окончательно проснулся, его глаза засияли. – Звучит здорово!
– Но сперва мы должны устроить пробы, чтобы доказать, что справимся с этим делом. А я знаю, что справимся. Только вот... ну, нам бы не помешала дополнительная пара лап в помощь. И конечно, твой выдающийся талант повара. – Мари сделала паузу и приосанилась. – Достопочтенный месье Луи, не согласитесь ли вы помочь нам в нашем маленьком, но интересном деле?
– Помогать тебе готовить для кафе? – Луи задумался на пару секунд. – Я не делал ничего подобного уже много лет. Возможно, время пришло.
– О, спасибо тебе огромное, Луи! – воскликнула Мари и бросилась обнимать старого друга. – А ещё ты познакомишься с Пьером, он замечательный.
– Пьером? – прищурился Луи.
– Это наш новый друг, он бульдог. Наше кафе находится в подвале ресторана, где он живёт, – пекарни «У Люксембургского сада». Это возле парка. Раньше это кафе называлось «Для хвостатых и полосатых», но теперь...
Луи поднял лапу, заставляя Мари замолчать.
– Прости, я ошибся. Я не смогу тебе помочь.
– Что? – опешила кошечка.
– Я только что вспомнил, что я... ну, ты знаешь... к сожалению, очень занят. Мне пора, я уже очень опаздываю.
На этих словах Луи исчез из виду, словно его чёрная шерсть растаяла в тени.
Мари уставилась на подушку, где только что лежал её друг.
Что только что произошло?
Она что, как-то его обидела? Куда это он так торопился? Почему сначала согласился помочь, а потом так быстро передумал? И что же ей теперь делать? Если Мари с братьями провалят пробы, Пьер не разрешит им открыть кафе.