Милый мальчик (СИ)
Внезапно меня словно окатывают ледяной водой.
А если мой сталкер отслеживает меня по телефону?! Сейчас это так просто.
Черт. Черт. Черт.
В ту же минуту я вытаскиваю симку и, подскочив с места, пропихиваю в щель окна, оставленную для проветривания. Сим-карта улетает в неизвестность, но легче мне не становится.
Кусая нервно губы смотрю на телефон, понимая, что от него придется избавиться. Почти без сожаления и долгих раздумий выкидываю в окно вслед за крошечным пластиком.
Ничего. Начну жизнь с нуля и куплю новый. По сравнению с ножичком, прижатым к моей ляжке и обещанием порезать меня на бекон это, можно сказать, мелочи. Тем более что этот китайчик достался мне дешево.
Прорвемся. Заработаем еще.
В вагоне людей немного, и все дремлют. На меня никто не обращает внимания.
Без телефона чувствую себя немного странно и непривычно. Ощущение, что не хватает какого-то органа.
Смеюсь про себя над тупостью сравнения и снова прикрываю глаза.
Память, гадкая сучка, подсовывает мне позабытые картины из прошлого. Ехать скучно, спать расхотелось, и я обреченно ныряю в воспоминания, понимая, что никуда от них не деться, и так же в окошко не выбросить.
---
- Боброва, а ну-ка подожди. - Меня подзывает к себе Инна Семеновна, прорывающаяся ко мне сквозь младшеклассников, словно ледокол.
Закончился последний урок, и я уже на низком старте приготовилась рвануть в свою художку, где сегодня нам собирается позировать Юлиан. Тот самый ученик, от которого я тащилась. С серыми глазами. Я думаю, что наши имена по удивительному совпадению редки у обоих, и всерьез думаю начать с ним разговор на эту тему.
У Инны Семеновны, впрочем, такой взгляд, что меня начинают терзать сомнения попаду ли я туда. Кажется, художка сегодня обломается и взгляды украдкой на Юлиана будет бросать кто-то другой.
- Мишенька, ласточка моя... - Я вздыхаю, сразу понимая, что наступила жопа, и класснуха взяла меня на абордаж. - Можешь выручить? Который день не успеваю заглянуть к Рождественским, столько внеклассных поставили...
Дальнейшие причитания проплывают мимо моих ушей, потому что знакомая фамилия неприятно режет по ушам, и меня привычно окутывает страхом. Фамилия то красивая, а вот ее странные обладатели... Нет, они тоже красивые, чего уж там. Один даже вполне нормальный. А вот психанутый очкарик...
- ... Вот я и вспомнила, что ты в художественную школу ходишь, - доносится до моих ушей.
- И? - туплю, чувствуя, что самый звездец еще впереди. Честно говоря, я думала она меня с каким-нибудь поручением по школе погоняет. Смотрю на нее с недоумением.
- Так она в соседнем доме. Загляни к ним, пожалуйста, отнеси домашние задания. Забери сделанные.
Чур меня! С ума она сошла что ли?! Чтобы я к ним еще и домой пошла?!
- Э-э-э, Инна Семеновна, так проще в воцапе написать или в телеге. - Кто, блин, сейчас вообще ходит по ученикам с домашкой?
- Так они же без телефонов живут. Ни одного нет.
- Правда? - искренне удивляюсь, что есть еще такие уникумы на свете. Мне телефон мама, наверняка, положила еще в колыбельку. Чтобы не отвлекала ее от женихов.
- Да. Никто не верит, - смеется класснуха. Она в прекрасном расположении духа, словно я уже дала согласие идти в это паучье логово. - Зато сколько свободного времени. Молодежь сейчас вообще из телефонов не вылезает. Зумеры или как вас там...
Моя тревога растет сильнее, потому что Инна, чтоб ее, Семеновна пихает мне в руки пачку файликов с распечатками.
- Они что болеют? В школе давно их не видно. - Руки зудят и кричат вернуть это добро обратно. Гребаные распечатки пахнут неприятностями.
- Нууу, - уклончиво тянет класснуха, избегая смотреть мне в глаза. - Иногда отсутствуют. Берут недельку отдыха.
- Хмф. Вот бы и мне так, - возмущаюсь я.
- Ох, Миша, ну о чем ты говоришь? Никто не прогуливает просто так. Они в это время усиленно занимаются терапией.
Последнее предложение она произносит, понизив голос.
Почему-то меня ее новость не удивляет.
Встряхнув волосами, я загораживаю ей проход, чтобы не дать уйти. Пусть сама идет к близнецам! Или пару бугаев из спортивного класса попросит.
- Инна Семеновна, честно признаться, я боюсь к ним идти.
Она понимающе смотрит на меня и по-дружески хлопает рукой по плечу.
- Не все так страшно, как кажется. Егор безобидный мальчишка.
- Я не про Егора, - буркаю, протягивая распечатки обратно. Она их игнорирует.
- Дома только Егор. Савва отсутствует.
- А вдруг он там будет?
- Нет, он на терапии.
- Ну а если...
- Миша. Ты в нашем классе появилась недавно, многое про них не знаешь. Возможно, составила ошибочное мнение. - Она строго смотрит на меня сквозь линзы узких очков. - Мальчишки с нами с первого класса. Никаких нареканий к ним нет. Савва немного вспыльчивый, Егор, наоборот, тихий. Но оба, в общем-то, не вызывают проблем и хорошо учатся. Школа пошла им навстречу, после произошедшего случая их приняли под мою ответственность, я отстаивала их право доучиться в том же классе. Считаю, что они оба этого заслуживают, тем более, что прилагают усилия. Даже после девятого остались, оценки у обоих прекрасные.
Возможно, Инна Семеновна просто витает в облаках и не в курсе что происходит на переменах.
Я вздыхаю.
Конечно, не в курсе, тем более, весь класс по-настоящему боится Чудика. Вон даже придурок Кирилл сделал вид, что кровь от давления пошла. Никто не лезет и к его брату только из страха получить ножницами под ребра, жаль, что я этого не знала.
- А что у них произошло? - Любопытство во мне пересиливает, хотя, до этого момента я не интересовалась их историей. Просто не хотелось сплетничать с одноклассниками, с которыми особо и не общалась.
- Ах, Миша. - Она грустно вздыхает. - Когда им было по семь лет они попали в жуткую аварию. Вмиг остались сиротами. Весь город тогда на ушах стоял от этой новости. Фура влетела в их машину, от удара ту вынесло за отбойник, и она улетела в овраг. Отец с матерью погибли на месте. Савва вылетел в окно. Он был не пристегнут.
В шоке слушая учительницу, закрываю рот рукой. Ох-ре-неть.
- А... Егор?
- Егору досталось больше всех, - помолчав, продолжает Инна Семеновна. Голубые глаза увлажнились, словно она снова переместилась в тот страшный день, когда два ее ученика остались без родителей. - Егора зажало между сиденьями, его долго не могли достать. Резали машину по кускам... Ох, ты милостивый Господь, ужас-то какой... Ну, конечно, когда они смогли вернуться к учебе, Егор совсем на себя не был похож. Раньше ведь был обыкновенным веселым мальчишкой, друзей себе еще на линейке завести успел, а теперь... Произошли серьезные нарушения в нервной системе.
Она замолкает и, сняв очки, протирает увлажнившиеся глаза платком.
- А Савва? - тихим голосом спрашиваю, чувствуя тяжелый камень на сердце.
Какая чудовищная судьба! Вот так, лишиться всего за один миг! Я в полной растерянности, и конечно, меня обуревает чувство жалости.
- Савва всегда был замкнутым ребенком. Общался только с братом. Конечно, авария и на нем оставила свой след. Но они, правда, оба безобидные, ты зря беспокоишься.
Оба. Мало верится, но свой скепсис, конечно, сейчас совсем неуместно показывать.
Я внезапно кое-что вспоминаю.
- Инна Семеновна, так Егор поэтому испугался машинок? Из-за аварии? Из-за того, что случилось?
- Не совсем, - она водружает очки обратно и смотрит на меня покрасневшими глазами. - Егор в тот день ехал с металлической машинкой в руке. В какой-то момент он передал ее отцу.
Она сглатывает, продолжать рассказ ей трудно. Но я смотрю на нее в ожидании ответа.
- При ударе машинка сильно впечаталась их отцу в голову. Пока Егора доставали он все время видел эту ужасающую картину. Думаю, сдвиг произошел именно в этот момент.