Халим. В плену у шейха

А потом я очнулась в жутком ящике. В том самом, из которого меня достал шейх. Рано я расслабилась.
– Тыыыы, – хриплю, всё ещё удерживаемая его рукой. – Это всё ты!
Я не ошиблась. Это действительно он. Халим эль Хамад.
– Я рад, что ты оценила моё гостеприимство. Теперь начнём наше знакомство заново. Ты ведь не хочешь обратно?
– Ты не имеешь права! – выкрикиваю ему в лицо, но шейх лишь усмехается.
– А кто мне помешает? Ты? Или твой любовник? Насчёт него не беспокойся. Он уже улетел в Россию.
Что? Виктор Степанович улетел без меня?! Как?! Как он мог меня здесь бросить?
– Меня будут искать! – срываюсь на слёзы, но никого здесь мои рыдания не трогают.
– Мне всё равно, – проговаривает, склонившись. – Понимаешь, женщина? Всё равно.
А затем тащит меня к большой, чёрной машине, невзирая на яростное, но бесполезное сопротивление с моей стороны. Заталкивает внутрь салона, и я не успеваю опомниться, как машина уже срывается с места.
– Это незаконно! – кричу, остервенело дёргая ручку. – Выпустите меня! Я обращусь в полицию!
Дверь, естественно, не открыть – она заблокирована, да и шейх, сидящий рядом, не позволит мне сбежать. К тому же, боюсь, прыжок на такой скорости может закончиться плачевно и вовсе не для шейха. Я пытаюсь дотянуться до водителя, на самом деле слабо осознавая свои действия. Почему-то кажется, что, если вцеплюсь в него, что-то изменится. Может, они остановят машину, и я смогу сбежать.
Но ни водитель, ни темнокожий телохранитель, сидящий впереди на пассажирском, никак не реагируют на мои вопли и попытки им навредить. Вдруг шейх дёргает меня назад, сильно сжав предплечье, а когда заваливаюсь на спинку кожаного сидения, между нами и передними сидениями вырастает преграда в виде зеркальной перегородки.
Я застываю, уставившись на своё отражение. Растрёпанная, с потёкшей тушью и размазанной помадой я похожа на ведьму. Измученная, всколоченная…
Перевожу взгляд на араба, вальяжно восседающего рядом, и вздрагиваю от взгляда его мрачных, чёрных глаз. В них презрение и торжество. Он победитель, он здесь главный. А я ничтожество, посмевшее сказать ему «нет».
– Это противозаконно, – повторяю упрямо, глядя на его отражение в перегородке. А он усмехается, поворачивается ко мне всем корпусом и долго разглядывает без всяких стеснений.
– Противозаконно что? – спрашивает, наконец, и я поворачиваю лицо к нему. Смотрю арабу прямо в глаза, хоть и тянет закрыть свои. Может, это сон? Я сплю себе преспокойно в отеле, а кошмар в лице эль Хамада – просто голос моей совести.
Глупость, конечно. И щипать себя не имеет смысла. Не бывает таких реальных снов. Я даже запах его чувствую. Не парфюма, нет. Не кожаного салона его машины премиум-класса. Его запах. Опасный, резкий. Он окутывает меня пьянящим облаком, душит горло. И я хватаю воздух открытым ртом, как рыба, выброшенная на берег.
– Противозаконно похищать людей, если ты об этом не знал, – мне до ужаса страшно, и я с трудом держусь, чтобы не заплакать и не спасовать перед ним.
А может, это шутка? Вот такая злая шутка обиженного золотого мальчика, получившего в свои руки бразды правления огромным городом? Позже я пойму, что всё обстоит ещё хуже…
– Что незаконного в том, что я приглашаю тебя в гости в свой дворец? – улыбается он, сверкая жемчужно-белыми зубами.
– Вот как? Так это предложение? Чай, которым меня опоили, ящик, в который меня заперли – это всё твоё гостеприимство? – я намеренно не соблюдаю правил приличия и нагло взираю на него снизу вверх. И говорю, в общем-то, тоже не особо вежливо. Но кто бы стал вежливым после такого-то приёма?
– Ты повела себя грубо, я повёл себя так же, – невозмутимо отвечает тот, продолжая зачем-то разглядывать мою шею. – Заметь, я не запер тебя в тюрьме, как ты того заслужила, а лишь слегка напомнил, что я не тот, с кем ты привыкла иметь дело.
Что ж, всё ясно. Наказание я понесла заслуженно. Хорошо. Ладно.
– Я… – глотаю колкий ответ, потому что не стоит нарываться и дальше. Глупо это. – Я прошу прощения за свою грубость и те слова… Мне жаль. И раз наказание уже состоялось, я могу уехать в гостиницу? Мне нужно собрать вещи и успеть купить билет на самолёт.
 
Сердце пропускает пару сильных ударов в ожидании его ответа, потому что я отчего-то знаю: не всё так просто.
– Твой любовник уже улетел. Без тебя. Ты здесь одна, – закинув руку на спинку сидения и широко расставив колени, он кажется таким… Большим. Подавляет меня морально.
– Он мне не любовник, он шеф. То есть, временный шеф… Неважно. Просто отпусти меня, и я сама решу свои проблемы.
– Сначала погостишь у меня, – отрезает тот всё с той же ухмылкой.
– Я уже была в твоём дворце.
– Речь идёт о другом дворце. Поверь, то, что ты видела вчера – ничто, по сравнению с тем, что увидишь сегодня.
До чего же жуткий тип. В каждом его слове я слышу угрозу.
– А если я не принимаю предложение?
– Я не принимаю отказов, – тут же следует безапелляционный ответ. Правда, я уже и так поняла, что слово «нет», адресованное в его сторону, он не приемлет.
– Хорошо, – выдыхаю. Только бы не нахамить ему опять. Не дать повод снова что-то вытворить со мной. – Но я ведь смогу уехать после того, как побываю в твоём дворце?
То, что происходит дальше, повергает меня в состояние шока и тихого ужаса. Наверное, так себя чувствуют жертвы маньяков перед тем, как петля на их шее затянется до предела. Если бы он прямо ответил мне отказом, было бы не так жутко.
Он просто молчит. Молча улыбается и ни звука… Лишь смотрит на мою шею так, словно хочет вцепиться в неё зубами. Кажется, даже дёрнулась верхняя губа, как у зверя.
– Эмир? – переспрашиваю, потому что мне, и правда, дурно. Он что-то задумал. Он не просто пугает. Я вижу по чёрным глазам: он что-то замышляет.
– У тебя красивые глаза и чудесная белая кожа. Люблю белокожих женщин. Вы пахнете цветами.
Я опускаю взгляд вниз, на его брюки, и вижу то, что увидеть у арабского шейха никогда не ожидала.
Ничего себе, любит белокожих женщин…
  
ГЛАВА 6
 
– Ты так и будешь молчать? – подаёт мне руку, приглашая выйти из машины. Вернее, делает вид, что приглашает. Совершенно нелюбезно хватает меня за запястье и вытаскивает едва ли не силой.
Я особо не упираюсь, потому как не вижу в этом смысла. Покорно следую за ним по длинной аллее, ведущей к дворцу, в сопровождении целой толпы телохранителей. Шейха охраняют, как какого-нибудь президента. И это тоже накладывает на меня отпечаток страха.
– А что мне сказать? – спрашиваю его осторожно. Хамить и спорить как-то не улыбается. Вернее, не улыбаются последствия всего этого. С трудом верится, что он отпустит меня в ближайшее время.
– Ты всегда молчаливая такая? – слышу по голосу – улыбается. Я не смотрю на араба, нет никакого желания. Зато мимоходом осматриваюсь. Мало ли, пригодится… – Обычно русские девушки любят поболтать.
– А ты много русских девушек знаешь? – чуть поворачиваю голову в его сторону, и шейх тут же ловит мой взгляд.
– Да. Я люблю их трахать, – произносит на моём языке. И хоть его русский оставлять желать лучшего, я всё же понимаю каждое слово. Особенно то, которое «трахать»…
– Зачем я здесь? – задаю вопрос на арабском, а шейх снова касается моей руки, только в этот раз не так грубо, как в машине. Берёт запястье в свою руку, проводит по моим венам большим пальцем.
– Нежная, – поднимает мою руку и долго смотрит на неё, не убавляя шага. – Ты мне нравишься. И я хочу провести с тобой несколько ночей. Возможно, даже больше, чем планировал изначально.
Не знаю, радоваться тому, что он не увиливает и не пытается отвертеться от прямого ответа. Или же огорчаться из-за того, что шейх вдруг решил пополнить список русских девушек, которых он трахал.
С силой вырываю свою руку из его и останавливаюсь, повернувшись к арабу лицом.