Сапфир

– Ты – теневой? – спросила его «подруга» покойницы и замерла, ощутив холодную сталь, прижатую к шее.
Пока обе девицы следили за копией, настоящий Гронидел, прячась за зеркальной иллюзией, неспешно подошел к воительнице со спины и прижал клинок к горлу.
– Только шевельнись – и захлебнешься кровью, – пообещала копия Гронидела и широко улыбнулась.
Проверять его утверждения девицы не спешили.
– А теперь поговорим по душам. – Иллюзия принца отошла от противницы и взглянула на клинок, воткнутый в стену. – Что за сталь способна пробить блок из ракушечника? Лезвие слишком тонкое, да и ты метнула его с расстояния не больше шести метров. Либо ты слишком сильна, либо у тебя особенное оружие.
– Если ты теневой, то и без нас должен знать, что это за оружие, – произнесла «близняшка».
– Кто-то прижимает мне клинок к горлу! – зашипела «подруга». – Он явно не теневой, а просто использует марь и водит нас за нос!
Гронидел потерял терпение и устами иллюзии обозначил условия:
– Либо вы рассказываете мне, что здесь происходит, либо я сделаю все возможное, чтобы тот, кто вас сюда отправил, побыстрее стер вас.
Девушки испуганно переглянулись, и «близняшка» начала говорить.
* * *
Гронидел внимательно слушал, продолжая удерживать кинжал у горла «подруги» покойницы. Теперь он знал, что ее зовут Динарой, в то время как «близняшку» родители нарекли Обринь.
– Мы с Динарой умирали мучительно медленно, – сказала Обринь. – После нападения богов два года назад нам не повезло оказаться на празднике в Солнечном городе. Вспышки разноцветных огней в ночном небе сначала показались невиданным чудом. Заметив их, люди замерли и разинули рты. Мы с Динарой тоже уставились в небо. А потом вся эта красота обрушилась градом смертоносных светящихся шариков нам на головы.
Обринь замолчала, вспомнив прошлое и сжав от злости кулаки. Ее «подруга», у горла которой Гронидел удерживал острое лезвие, не издала ни звука. Она ждала, когда Обринь возьмет себя в руки и продолжит рассказ.
– Мы пролежали под завалами много долгих часов. Возможно, целую вечность. Нас так и не успели вытащить. Первой умерла Динара. Я поняла это по тому, что она перестала стонать от боли. Следом за ней на тот свет отправилась и я. Помню, как закрыла в темноте глаза, а когда распахнула их, подумала, что мне приснился дурной сон. Я проснулась в собственной кровати. Рядом спали младшие братья и сестра. За дверью гремела посуда: мама встала готовить нам завтрак. Донесся голос отца: он принес в дом воды и спросил маму, можно ли будить нас, детей. Я села и подумала о том, как же мне повезло! Всего-то увидела дурной сон. Только мысль промелькнула странная: почему я вновь в родительском доме, если давно покинула его? Почему мой отец, который умер от лихорадки в прошлом году, жив? Почему мне снова пятнадцать и куда делись последние пять лет моей непростой жизни? Стоило подумать об этом, и все вокруг растаяло, словно дымка. Я очутилась в месте, о котором ничего не знала. В городе, который даже представить себе не могла. Глаза слепило яркое солнце, что отражалось от стекла и блестящего пластика. Ты знаешь, что такое пластик? – спросила Обринь и хмыкнула, будто поведала Грониделу секрет, который он никогда не сможет разгадать.
Ее подруга по-прежнему не шевелилась и внимательно слушала. Волнение выдавало участившееся дыхание Динары, и принц не мог определить точно: она нервничала из-за угрозы быть прирезанной или из-за рассказа подруги?
– Я долго путешествовала по тому миру, – продолжила говорить «близняшка», – пока не поняла, что в нем далеко не безопасно. А когда поняла, осознала, что и бежать мне некуда. За одним городом всегда стоит другой, за одним лесом таится небо, а за другим – море из лавы и пепла. И ты никогда не знаешь, что ждет тебя впереди. Но все равно продолжаешь брести в надежде рано или поздно найти выход.
Обринь опустила глаза в пол и медленно выдохнула.
– Я пыталась найти Динару и своих родных, но все тщетно. Я провела там около года, прежде чем меня нашел мой теневой и вытащил оттуда. Мне повезло. Они смогли сделать для меня новое тело и вернуть в него сознание.
  
– Кто – они? – спросила иллюзия Гронидела.
– Рой, – пожала плечами «близняшка». – Рой может все: убить, воскресить и оставить в Сфере навечно.
– Значит ли это, что Сфера принадлежит Рою? – уточнил принц.
Обринь подняла голову и в упор взглянула на копию принца.
– Верно. – Она напряженно улыбнулась. – Возвращение сознания в тело называют «рождением». На то, чтобы овладеть новыми навыками, которые нам заносят вот сюда, – она прижала палец к виску, – уходит несколько месяцев тренировок.
Иллюзия принца замерла, а затем озадаченно прищурилась.
– И где ты очнулась в новом теле? – спросил Гронидел.
– Рой называет его тренировочным лагерем. Никто из нас, вновь рожденных, не знает, где оно находится. После оттачивания навыков в тренировочном лагере нас отправляют сюда, служить Рою и выполнять приказы теневых.
– И как это происходит? – нахмурился Гронидел. – Я имею в виду отправку сюда.
– Мы просто закрываем глаза в одном месте, а открываем их уже в другом, – ответила «близняшка».
– Почему вы подчиняетесь теневым? – спросил принц устами иллюзии.
– Они способны убить нас, – Обринь взмахнула рукой, – за секунду! Щелк, – девушка щелкнула пальцами, – и нет никого. Но очнемся мы в Сфере и будем ждать, когда нас вновь призовут в тело. Теневые могут оставить нас в Сфере навечно или навсегда стереть из нее.
Принц нахмурился, в то время как копия оставалась неподвижной.
– Интересное слово ты использовала. «Стереть», – повторил он.
– А ты только его и запомнил, – сказала Динара. – Может, уберешь кинжал от моего горла?
– Позже, – пообещал принц. – Вернемся к новым знаниям. Объясните, как вы их получаете?
Обринь сложила руки на груди и стала нервно шлепать носком сандалий по полу.
– Когда просыпаешься в новом теле, голова очень часто болит. В ней много знаний. Разных. Одни не требуют усилий в понимании или применении, а другие приходится тренировать и оттачивать.
– Будь то умение драться или метать ножи? – предположил Гронидел.
Обринь кивнула.
– Не каждое знание можно обернуть в навык, но военное дело требует постоянных тренировок. И хотя мы знаем древние стили борьбы, пока не отработаем сотни, тысячи раз – применять их не научимся.
Копия Гронидела озадаченно потерла подбородок.
– Ты сказала «древние стили». Какому народу они принадлежат?
– Мы не знаем. Оружие, доспехи и новые юни – все это дал нам Рой и его теневые. Мы служим, выполняем приказы – и они возвращают нас снова и снова.
– А что потом? – задал логичный вопрос Гронидел. – Ради чего все эти перерождения?
Обринь брезгливо поморщилась, явно не понимая хода его мыслей.
– Какая конечная цель? – помог с формулировкой Гронидел. – Вы двое, – копия указала на Динару и Обринь, – просыпаетесь после смерти здесь. Вам отдают приказы какие-то духи, которых вы называете теневыми. Вас обучают драться, дают вам новые знания, снабжают оружием. А дальше что?
– Мы будем сражаться, – воинственно заявила Динара.
– С кем? – хмыкнул Гронидел.
– Грядет смута, – сказала «подружка». – Народ мира маны столкнется с очень сильным врагом, который захочет его истребить. Рой пришел на наши земли, чтобы жители мира маны подготовились к этому сражению и одержали в нем победу. Это важно для всей Вселенной. Так должно быть, и так случится. Мы – избранные воины мира маны, что призваны защитить родной дом и поквитаться с теми, кто когда-то посмел его осквернить. Они ответят за все, что сделали! – яростно воскликнула девица, совершенно позабыв, что к ее горлу приставлено лезвие.
Гронидел заморгал и едва сдержался, чтобы не выдать нервный смешок. Боги. Война. Сфера. Теневые. Рой. Предназначение и месть. Салат из правды и бреда, политый соусом предсказаний.