Курсант Сенька (СИ)

Погружённый в размышления, я не заметил даже, как время пролетело. Грузовики, подпрыгивая на ухабах разбитой лесной дороги, вскоре остановились на опушке. Сумерки уже сгустились до черноты, и только звёзды ярко мерцали на чистом небосводе. Я машинально отыскал Полярную звезду и зафиксировал её положение — привычка еще с прошлой учебы.
— Товарищи курсанты! — голос Кузеванова разрезал тишину. Он стоял перед нами, суровый силуэт, освещённый желтоватым светом фар грузовика. — Сегодня у вас практическое занятие по ночному ориентированию. Задача предельно ясна — пройти по маршруту, отмеченному на карте, и вернуться в исходную точку. И задача эта на время.
  
Рядом с ним выстроились старшекурсники во главе с младшим сержантом Лосевым. Я заметил, как Лосев обменялся с ними многозначительными взглядами и ухмыльнулся. От этой ухмылки повеяло холодом.
— Разбиваю вас на группы по четыре человека, — продолжал Кузеванов, сверяясь с планшетом. — Состав групп определяйте самостоятельно.
Мы переглянулись с ребятами — редкая удача, что можем держаться вместе. Дальше нам выдали компасы, топографические карты, карманные фонарики и сухой паёк в характерных зелёных брикетах.
— Товарищ старший лейтенант, разрешите обратиться? — спросил я, когда Кузеванов проходил мимо нашей группы.
— Обращайтесь, курсант Семёнов, — недовольно буркнул он, останавливаясь.
— Разрешите узнать, с какой целью старшекурсники присутствуют на учениях? Они тоже будут проходить маршрут?
— Они будут наблюдателями и помощниками, Семёнов. Не задавайте лишних вопросов, — отрезал он, отворачиваясь.
И вскоре я заметил, как Лосев, проходя мимо нас, якобы случайно толкнул Лёху плечом. Что-то здесь было нечисто… Когда же все приготовления завершились, Кузеванов скомандовал.
— По группам разойдись! Начинаем через пять минут!
Мы отошли в сторону, и я развернул карту, подсвечивая её карманным фонариком.
— Смотрите, ребята, нам нужно пройти вот по этому маршруту, — я показал линию на карте. — Сначала на север два километра, потом на восток километр, затем на юг и обратно к исходной точке.
— Давай проверим компас, — предложил Колька, поправляя пилотку.
Я достал компас и внимательно посмотрел на него. Что-то было не так. Я поднял глаза к небу, нашёл Полярную звезду, а потом снова взглянул на компас.
— Ребята, с компасом что-то неладно, — тихо произнёс я. — Смотрите, по звёздам север там, — я указал рукой, — а компас показывает совершенно в другую сторону.
— Может, он неисправен? — предположил Пашка, нервно поправляя ремень сумки.
— Нет, — я покачал головой. — Проверь свой.
Все достали компасы, и результат был одинаков. В воздухе повисло тревожное предчувствие.
— Это второкурсники, — процедил я сквозь зубы. — Размагнитили компасы или поднесли что-то металлическое. Хотят, чтобы мы заплутали в лесу.
— Что делать будем? — Лёха нервно покосился на ухмыляющихся старшекурсников.
— Сделаем вид, что идём по компасу, а сами будем ориентироваться по звёздам, — ответил я твёрдо.
— Ты уверен, Сенька? — с сомнением протянул Пашка.
— Как дважды два. Смотрите — Полярная звезда всегда указывает на север. Она в созвездии Малой Медведицы, на конце «ручки ковша». Сначала найдите Большую Медведицу — вон она, видите? Теперь мысленно проведите линию через две крайние звезды ковша и отложите пять таких же расстояний — там и будет Полярная.
— Вижу! — выпалил Колька.
— Тише ты, — осадил я его. — Теперь к делу. Делаем вид, что следуем компасу, но идём по звёздам. Если Полярная справа — значит, движемся на восток, если слева — на запад, если перед нами — на север, если за спиной — на юг.
— Группа номер один, приступить к выполнению задания! — раздалась команда Кузеванова.
И мы демонстративно сверились с компасами и тронулись в путь. А Лосев с ухмылкой наблюдал за нами. Ничего, посмотрим, кто будет смеяться последним. Мы специально не стали менять компасы — покажем им, на что способны первокурсники. Лес стоял тёмный, но звёзды хорошо просматривались сквозь оголённые ветви деревьев. Периодически мы делали вид, что сверяемся с компасом, но я неотрывно следил за положением Полярной звезды.
— Сенька, ты голова, — шептал Лёха, когда мы одолели половину маршрута. — Без тебя сейчас плутали бы в чащобе, как последние неудачники.
— Не расслабляйся, — оборвал я. — Нам ещё возвращаться. Смотрите, теперь поворачиваем на восток.
Мы продирались сквозь лес, преодолевая овраги и ручьи, перелезая через поваленные стволы. Я постоянно сверялся со звёздным небом и мысленно отмечал наш путь на карте, словно штурман на боевом задании.
Так что мы вовремя вышли к исходной точке. И Кузеванов, с секундомером «Агат» в руках, удивлённо вскинул брови, когда нас увидел.
— Семёнов? Уже вернулись?
— Так точно, товарищ старший лейтенант! — отчеканил я, вытянувшись по стойке «смирно».
— Маршрут пройден полностью?
— Так точно! Все контрольные точки отмечены на карте.
Кузеванов проверил нашу карту, сверился с секундомером и покачал головой.
— Неплохо, курсанты. Даже очень неплохо. А я-то думал, что вы те ещё разгильдяи после того случая на полигоне.
Но я едва ли слушал его слова, исподтишка наблюдая, как Лосев и его подручные-старшекурсники с недоумением и плохо скрываемой злостью смотрели на нас. Их план с треском провалился!
— Как вам удалось так быстро пройти маршрут? — не унимался Кузеванов.
— Товарищ старший лейтенант, мы следовали вашим инструкциям и использовали навыки, полученные на занятиях, — доложил. — К тому же при такой отличной видимости звёзды позволяют ориентироваться не хуже компаса.
— Хм, возможно, я вас недооценивал, — проворчал Кузеванов, прищурившись. — Ставлю вашей группе «отлично».
Теперь мы с ребятами едва сдерживали ликование. А отойдя на безопасное расстояние, Колька с силой хлопнул меня по плечу.
— Сенька, ты настоящий герой! Без тебя мы бы до сих пор блуждали по лесу, как партизаны без карты.
— Да будет вам, — смутился я, опуская глаза. — Просто повезло с погодой — ночь выдалась ясная, звёзды как на ладони.
Оглянувшись же, я заметил, как Лосев что-то яростно выговаривал своим приспешникам. Их замысел провалился, и это была наша маленькая, но значимая победа. И пусть не знаю, что нас ждет ещё впереди, но сегодня мы доказали — действуя сообща и включая голову, можно преодолеть любые препятствия.
Ну а после того как Кузеванов выставил нам высший балл, мы принялись ожидать возвращения остальных групп. Постепенно подтягивались другие курсанты — кто вовремя, а кто с заметным опозданием. Некоторые выглядели совершенно измотанными, словно часами кружили по одному и тому же месту. Лосев же со своей компанией тихо посмеивался над ними, перешептываясь. А когда все группы наконец собрались, нас построили и направили к ожидающим ЗИЛам.
Мы с товарищами забрались в кузов одной из машин. Но к моему удивлению, туда же поднялись и старшекурсники во главе с Лосевым, хотя это даже к лучшему… Они расположились напротив нас, и в тусклом свете я отчётливо видел их недовольные физиономии.
Грузовик тронулся, подпрыгивая на колдобинах. Брезент хлопал на ветру, а сквозь щели задувал промозглый воздух. Ехали молча, но я чувствовал, как с каждой минутой нарастает напряжение. Лосев буравил меня взглядом, а его дружки перешёптывались, бросая в нашу сторону косые взгляды. Я же окинул глазами своих товарищей — Лёха нервно теребил пуговицу, Пашка уставился в пол, лишь Колька, как всегда невозмутимый, сидел, скрестив руки на груди. Понял — пришло время расставить все точки над «и».
  
— Товарищ младший сержант, разрешите обратиться? — отчеканил я, глядя прямо на Лосева.
Он удивлённо вскинул брови.
— Обращайся, — процедил он сквозь зубы.
Я выпрямился, расправив плечи, и посмотрел ему прямо в глаза.
— Вы, наверное, удивлены, товарищ младший сержант, что командир Морозов не устроил мне разнос, когда я должен был передать ему вашу дезинформацию о поломках?