Барон Дубов 11 (СИ)

Ответить я не успел. Обернувшись, практик увидел, как щупальца сражаются с водорослями. Вдруг его пробрал сильнейший кашель, он прикрыл рот ладонью, а после, когда приступ кончился, отнял её от лица. От пальцев струилась дымка духовной энергии, а сами они были заляпаны красным. Тело практика свела ужасная судорога.
— Слишком поздно… — всхлипнул он, взглянув на меня, а затем его вновь схватили щупальца. — Меня уже не спасти!
  
Тонкие, упругие лианы освободились от листьев водорослей, обхватили тело практика и вновь вонзились ему в спину и шею. Глаза рыжего помутнели и хладнокровно уставились на меня.
Что его не спасти, я понял, ещё когда Анатолий закашлялся кровью. Использовал эти несколько секунд, чтобы сорвать горсть ягод. На вид они казались несъедобными, но я подумал, что раз они растут на верблюжьей колючке, а её корни уходят глубоко под землю, то ягоды должны быть богаты духовной энергией. Так же как и водоросли.
Но я ошибся. Едва первая ягода лопнула во рту, обдав язык горько-сладким вкусом, как я ощутил просто волну духовной энергии. Настолько мощную, что у меня внутри всё вскипело, а из ушей грозил повалить настоящий пар. Короче, усталость от бега как рукой сняло.
Пока щупальца захватывали контроль над телом практика, я попытался атаковать его духовными иглами. В этот раз они получились куда лучше и сильнее. Похоже, пока я бегал по Духовному пространству и пил водорослевую водичку, мана-каналы неплохо восстанавливались. Жаль только враг успел духовную броню выставить. Она окутала его тело мягким фиолетовым сиянием.
Цвет Саранчи.
— Что ж, придётся тебя всё-таки убить, — покачал я головой.
В ответ он молча отправил в меня сразу сноп игл, выбросив вперёд руку. Я только успел повернуться, чтобы закрыться плащом. Шкура червя выдержала удары, но враг воспользовался моментом и взлетел на вершину следующего бархана.
— Следуй за нами, — донёсся от него потусторонний голос, совсем не похожий на настоящий. — Мы ждём тебя.
Дразнит, сволота! Ну ладно, раз так зовут в гости, я приду!
Уже по заученной схеме вырвал несколько листьев, завязав корни узлом, набрал горсть ягод и бросился в погоню, не жалея духовных сил.
Практик перепрыгивал с бархана на бархана, а я преследовал его. Одной ягоды хватало на десяток прыжков. Мне хватило семи, что догнать гада. В полёте настиг врага и ударом кулака вбил его в песок, тут же приземлившись рядом.
Сразу завязалась схватка. Навыком призывать духовную броню я не обладал, но с её ролью справлялся плащ из шкуры песчаного червя. А свежие листья с лёгкостью пробивали броню практика, будто её и не было. Но в скорости ему не откажешь. Удары сыпались со всех сторон — физические и духовные. Хотя в Духовном пространстве и то, и то — духовные атаки.
Каждый раз, когда я пропускал удар, тело пронзала боль, но мне было плевать. Этот гад меня сюда затащил, он и станет духовным маяком, который меня отсюда вытащит. Пусть даже придётся ему все зубы выбить. Их, кстати, уже поменьше стало.
Вдруг противник сделал хитрый пасс руками, и меня отбросило тугой волной энергии. Анатолий Борисович вновь вспорхнул на бархан и попытался сбежать. Закинув сразу горсть ягод в рот, я прыгнул следом. Теперь мы почти не стояли на месте и дрались прямо в воздухе, сталкиваясь и отлетая друг от друга, как мячики. При каждом столкновении и обмене ударами, в воздухе с жуткими хлопками расходились волны высвобожденной духовной энергии.
Туча тем временем приближалась. Вдруг я заметил в воздухе едва видимые волоски. Эти волоски быстро приближались, становясь всё толще. Неужто за мной? Тогда надо поскорее разделаться с Анатолием!
На очередном прыжке я приземлился на дюну в стороне от Анатолия, а затем тут же прыгнул дальше, наперерез ему. Хлестнул листом водоросли и впечатал его в землю. Песка здесь уже было меньше, показалась твёрдая корка высушенной земли. А ещё рядом оказалась пещера, присыпанная песком так, что сверху её не было видно.
Из пещеры на звук схватки выполз бледный и тощий паук на тонких, острых лапах. Но сразу предпочёл забиться обратно в свою нору, когда я оторвал у него одну из лап. Ничего, у него ещё семь штук в запасе. А у меня теперь есть острое копьё!
Пока я разбирался с пауком, враг опять попытался свалить подальше.
Прыжок, ещё прыжок. Послал вдогонку несколько толстых игл. Они сбили с курса и заставили духовного практика опять кувыркаться по земле. Но щупальца на этот раз его не отпустили. А я уже подлетал к лежащему практику с копьём. В последний момент он увернулся, и копьё пронзило землю.
— Наконец-то, — вдруг заговорил практик, — ты там, где нужно.
Щупальца, летевшие к нам по воздуху от самого Роя, вместо того чтобы атаковать меня, обхватили Анатолия Борисовича, проткнув его тело по рукам и ногам, и подняли в воздух. Он теперь больше походил на тысячелетний труп, утыканный трубками, которые поддерживают его жизнь. Пожалуй, почти так и было.
— Отдай нам её, и мы оставим тебя в живых.
— Кто мы-то? Кто мы? Ты один здесь, на фиг! — проорал я в бешенстве.
Надоело мне за ним бегать. А как выбраться отсюда, не знал.
А потом я понял, почему «мы». Духовное тело практика резко раздулось, покрывшись мышцами, и потрескалось. Из трещин сочилась фиолетовая энергия. Но на этом трансформация не закончилась. Из плеч росли новые головы, а из тела рвались дополнительные ноги и руки. Духовный учитель быстро становился похожим на уродливого индийского бога. И вместе с количеством голов росла мощь этого кадавра. Короче…
— Ну на хер! — выдохнул я, развернулся и попрыгал куда угодно, лишь бы подальше.
Я же не идиот сражаться с этим чудовищем. У него и щупальца запульсировали, накачивая в тело духовную энергию мощными толчками.
Вслед мне донёсся многоголосый смех, а за ним крик:
— Тебе не уйти! Она будет нашей! И ты будешь наш!
Аж кровь стыла в жилах. Нет, я не строил иллюзий, что смогу убежать. Слишком уж силён враг. Не увидел, а скорее ощутил, как с треском земли противник оттолкнулся и прыгнул. С грохотом приземлился где-то у меня за спиной. Ближе, чем был. А я просто продолжал нестись в одну и ту же сторону. В чистом поле у меня нет шансов, но впереди виднелся лес.
Маша рассказывала, что Духовное пространство может меняться, подстраиваясь. Как заводной апельсин, что остался в пространственном кольце. И это свойство я рассчитывал использовать. У меня была целая куча духовной энергии. И я закинул ещё ягод в рот, после чего стал светиться, как фонарь в темноте. И сосредоточился на одном воспоминании.
Не заметил, как влетел в лес. Он был странным. Листья деревьев розовые, земля зелёная, а небо вдруг стало фиолетовым. Духовное пространство вокруг приняло новую форму.
— Тебе это не поможет! — кричал кадавр.
— Да тебе тоже, — пыхтел я, бегая по лесу и обшаривая его глазами.
Вдруг заметил искомое и вылетел на большую поляну.
На поляне расположился лагерь. Горели синие костры, копья и топоры стояли в стойках, а тут и там сновали ходячие курицы-гриль.
— Это он! Это снова он! — прокричала одна из куриц и бросилась к стойке с копьями.
Нет, я так и не понял, как и чем они разговаривают. Голов-то у них не было!
Ходячие и воинственные курицы-гриль были единственным ярким воспоминанием из Духовного пространства. Мы тогда всей толпой выпили мощное зелье у меня в поместье, чтобы спасти отравленного Альфачика. Ну заодно и сильнее стали. А попали в его кошмар, где за нами гонялись вооружённые тушки куриц. Очень сильных куриц! Нас тогда спасла только большая пропасть, которую мы смогли перепрыгнуть, а они — нет. Ну, курица не птица, и как там дальше в поговорке…
  
Отряд боевых куриц пришёл в движение, а я им улыбался, как старым друзьям. Следом за мной на поляну вылетел многорукий практик. Курицы уже вооружились, а я нырнул обратно в лес, предоставляя им бороться с этой нечистью.
Битва разгорелась жаркая. Мелькали копья и духовные руки, курицы разлетались на куски, но и практику доставалось нехило. Безголовые монстры жили без страха и умирали так же. Численный перевес был на их стороне, поэтому они постепенно зажимали кадавра в клещи.