Измена. Плата по счетам (СИ)

Кажется, сейчас не осталось женщин, которым нужна любовь и забота. Все мерят счастье в цифрах и размерах букета. Фраза «с милым рай в шалаше» сродни свечам, что жгли вместо электричества. Осталась где-то в прошлом, потому что сменились идеалы.
Сейчас никто не хочет быть балеринами и космонавтами, как мы когда-то. А блогерами и силиконщицами, которые выедут на чужом горбу.
  
Мерзко и противно.
- Инга Андреевна, - окликает меня Ира, а я сетую, что так невовремя. Можно было узнать ещё что-то интересное. Девочки выходят из-за стойки, таращась на меня. Вот оно преимущество коляски – быть ниже и незаметнее. Судя по лицам, поняли, что я прекрасно всё слышала, потому даже тушуются. – Ваш муж уехал почти час назад, - докладывает Ира, а я смотрю на испуганные слишком красивые лица, понимая, что лично я их не нанимала. Таким и не место здесь.
- Откуда девочки? – интересуюсь у помощницы.
- Стажёрки, - немного рассеянно отвечает. – А что?
- Им на подиум надо, а не в наш Центр. Отпусти с миром.
Разворачиваюсь, намереваясь уехать, а позади раздаётся огорчённое цоканье. Они действительно надеялись здесь удачно выйти замуж?
Заезжаю в свой кабинет, понимая, что он открыт, а папки лежат не так, как я их устраивала. Бросаю взгляд на камеру в углу. Надо просмотреть, кто здесь был. Но что-то мне подсказывает, что это Ростовцев. И что он планировал найти?
Все бумаги по бизнесу хранятся в банковских ячейках, даже не дома. Отчётные у Татьяны, нашего главного бухгалтера. А уж тем более не в кабинете, куда может войти любая из постоялиц, если ей этого захочется. Пусть у нас камеры, но разве они уберегут, если кто захочет меня обокрасть?
- Что же ты искал, - размышляю, пытаясь определить, нет ли пропажи. Замираю, понимая, что домой возвращаться глупо. По крайней мере одной и надолго. Но я и не в бегах, чтобы откровенно прятаться, и потом следует хотя бы некоторые вещи забрать.
Открываю телефон, разыскивая нужного человека. Хотела ему звонить по поводу дебошира, теперь уже улажено Алфёровым, а у меня другой вопрос.
- Привет, Борь. Знаешь, кто может мне сделать экспертизу воды?
- Это тебе на домашние пробы!
- Нет, другое. По лекарственным препаратам.
- Ну есть один спец. А что случилось?
- Давай потом, сейчас неудобно. И сбрось мне номер сообщением. Позже отблагодарю.
Как только Борька справляется, звоню какому-то Матвею. Отчего-то невпопад вспоминается «Евангелие», и он отвечает довольно низким басом.
- Да.
Ввожу его в курс дела. Он говорит, что это довольно сложный процесс, там множество факторов, и всё зависит от группы препаратов и их концентрации.
- Цена не проблема, - перебиваю его.
- Ну я вообще про дни. Иногда и до двух недель.
Вариантов всё равно нет. Главное – узнать, что за дрянь там была.
- Можно сейчас завести?
- Пожалуйста. Адрес скину.
Уверена, Славу сделали забор крови, вот пусть тоже ищут, но мне дополнительно не помешает. Кто знает, сколько дряни в моём сыне, и что конкретно относится к Ростовцеву.
Покидаю кабинет, закрывая его на ключ.
- Пришли мне на почту данные с камер в моём кабинете. – Командую Ире. – И с уличных.
- Ладно, сделаю. Как только дозвонюсь до охраны.
- В смысле? – смотрю на неё недоумённо.
- Не знаю, не берут телефон. Схожу к ним на пульт.
Ладно, у меня своих дел полно, я плачу ей за то, чтобы она разбиралась с центром. Отправляюсь на улицу, где меня ждёт Лера и Владимир.
- Кстати, Эльвира сбежала. Женька звонил, - говорит подруга.
- Куда? – не понимаю.
- А чёрт её знает, он в туалет – она дёру.
Да и плевать, оклемалась и ладно.
- Инга, - окликает меня какая-то девушка. Наверное, опять намеревается поблагодарить, как обычно бывает, когда я здесь. Лера, подобно телохранителю, хочет выйти вперёд, но я уверяю, что всё в порядке, и прошу подогнать машину поближе.
Сейчас мне скажут «спасибо», я отвечу «пожалуйста», и можно ехать. Но вместо этого девушка подходит ближе, держа одну руку в кармане пиджака. И на долю секунды у меня закрадывается мысль, что там пистолет.
- Что вы хотели? – первой нарушаю молчание, осознавая, что мы один на один.
- Поблагодарить, - улыбается, но что-то меня напрягает в ней. Она достаёт руку в перчатке и тянется к сумочке, а я интуитивно дёргаю рычаг кареты назад, когда она выхватывает какую-то бутылку из тёмного стекла.
  
Глава 22
 
По статистике, доступной в интернете каждому, на первом месте по кислотным атакам Великобритания. Там только за 2022 было зарегистрировано 710 дел.  А в 2017 и того больше – 941. На втором месте Индия, ниже Бангладеш и Уганда. В России тоже порой споры решают при помощи нетрадиционного оружия, но я никогда не думала, что кому-то буду настолько сильно мешать. 
«Благодарящая» замахивается, чтобы плеснуть в меня какую-то дрянь. И хоть не знаю содержимого бутылки, уверена – не святая вода. Всё происходит, как в замедленной съемке, и я инстинктивно прикрываю лицо ладонью, пока вторая рука дёргает рычаг назад. Боковое зрение улавливает движение, и в тот же момент, когда жидкость отделяется от горлышка, намереваясь допрыгнуть до меня, кто-то сшибает девчонку вбок с такой силой, что они вдвоём улетают к стене центра, а бутылка выскальзывает из рук, разбиваясь вдребезги на сотни осколков, и я не сразу осознаю, что моя рука горит. 
- Полиция! – кричит Лера, устремляясь ко мне, а я смотрю из-за дрожащих пальцев, раскинутых веером, как Владимир крутит моего палача. Господи, что сейчас было? 
- Ты в порядке? – рядом оказывается подруга, тут же перетягивая внимание на себя. – Чёрт, - она быстро обходит коляску и хватается за ручки, впихивая обратно в центр. А я не могу оторвать взгляда от извивающейся на кафеле незнакомки. – Где туалет? – кричит Лера на губастых, а я сжимаю зубы от боли, потому что нещадно пылает ладонь. 
Одна из стажёрок бежит вперед, как динозавр на высоких шпильках, чтобы показать дорогу и открыть дверь. 
Я прекрасно знаю, как у меня тут что обустроено, а вот Лера была только раза два, ну и то я ей экскурсию по кабинетам задумчивости не устраивала. А сейчас я и вовсе в состоянии шока, что не могу адекватно мыслить. 
Влетаем в отделанный бело-серым кафелем туалет и застываем у раковины. Лера резко открывает кран, настраивая воду, а потом засовывает сюда мою руку, и прохладная вода, которая с каждой секундой становится всё холоднее и холоднее, бежит по тыльной стороне ладони, даря облегчение. 
- Куда попало ещё? – спрашивает, осматривая моё лицо и ноги, но, кажется, выстрел был только в руку. – Сиди так, никуда не уходи, я сейчас. 
Она убегает, а я приподнимаю голову, встречаясь взглядом с одной из охотниц на чужих мужей, которая смотрит на меня с испугом. 
- Вызови полицию, - говорю негромко, и она же тут откидывает волосы рукой с длинными красными когтями, потому что ногти у людей выглядят иначе, и подносит к лицу телефон. Он у неё с собой, как продолжение руки. Кажется, отними сейчас у зумеров гаджеты, они сразу потеряются в реальности и не смогут найтись. 
- Где охрана? – слышу приглушённый крик Леры, вспоминая, что Ира не могла до них дозвониться. А вообще интересно, куда все делись? Не хочу думать, что Руслан настолько мерзавец, что решился на подобные методы. Но всё сходится к тому, что он за этим стоит. 
Торможу свои мысли, слушая, как сбивчиво говорит стажёрка. 
- Дай сюда, - прошу у неё телефон, ещё раз убеждаясь, что таким здесь не место. Мне нужны не паника и шок, а чёткие действия сотрудников, потому что ситуации, как показала практика, могут быть разными. 
  
Коротко ввожу в курс дела полицию о том, что произошло, приходится назвать адрес, иначе никак. Всё равно будут записи с камер центра и свидетели. А рука тем временем уже замёрзла напрочь. Возвращаю телефон и выключаю воду, когда влетает Лера, чуть не сбивая с ног убирающуюся прочь стажёрку.