Изнанка (СИ)
В общем, Жатец на гулянках деньгами сорил, водку пьянствовал и дисциплину хулиганил в поисках супружницы, старичьё это одобряло, но вот с результатами было неважно. Или старался Жатец просто потрахаться поразнообразнее, а не договорится о браке, тоже вполне возможный вариант: старичьё родовой особняк не покидали и с свечку с пристрастием над отпрыском не держали.
И, наконец, само «дело». О нём старички узнали от своего сынульки, на данный момент торчащего в самой натуральной темнице сырой и ждущего судебного решения по своей судьбе. Ситуация для владетеля, мягко говоря, уникальная и возникла она вот как:
Отрывающегося на гулянке в Жатеца начала высмеивать, прилюдно, громко и вслух, одна из девиц-Курбичей. То ли по пьяни, то ли в силу ангельского характера — хрен знает. Причём высмеивать довольно «жёстко», одновременно сомневаясь в мужской силе, при этом задевая «дрыхнущего кота» Квида, проводя между гипотетическим нестоянием Жатеца и дрыхнущим состоянием Квида прямые паралели. Для поединка — более чем достаточно, вплоть до смертельного… Но вряд ли Жатец вытянул поединок с нормальным владетелем. При этом ответил нормально: мол, так и так, если ты такая языкастая, то пойдём-ка потрахаемся. Если обломишься, а у меня не стоит — так будут твои слова обоснованными и правдивыми, а откажешься — пустословка, трепачка и неприятная личность.
В принципе, учитывая алкоголь, гулянку, находящиеся, в общем-то, в приятельских отношениях рода — выход из ситуации оптимальный. Правда, это интимное дело оказалось излишне публичным, и в потрахушечное место Жатец и девица удалились, но среди гуляющих ситуация обсуждалась широко. Насчёт ставок не уверен, но про подбадривающие вопли и многочисленные советы «спорщикам», в плане как, чем, куда и сколько раз — Жатец сообщил. Уединились, парень сходу (не слишком заботясь о целостности) разоблачил девицу. Продемонстрировал вполне работоспособный агрегат, перешёл к горизонтальной позиции, против которой девица не возражала… И очнулся в темнице, со следами звездюлей средней тяжести.
Дальше старики рассказывали со слов «видоков», то есть знакомых владеющих, водку пьянствующих и дисциплину хулиганящих на гулянке. Парочка удалилась, общественность гудела на тему кто кого, сколько раз и в какой позе. Через несколько минут послышался полузвериный крик — явно изданный териантропом, причём скорее всего — самкой и Курбишной. Народ погудел, на тему того, что Жатич — огого какой молодец, и вернулся к пьянству водки и хулиганству дисциплины.
Через пару часов кто-то из Курбичей решил проверить парочку (с хрена — непонятно), после чего поднялся просто невообразимый гвалт и прочие признаки великого скандала. И причина была: обнажённая девица лежала с нахрен разодранным горлом, безоговорочно дохлая. Щедро заляпанный кровью девицы Жатец, со спущенными штанами, был метелим ногами невменяемым, в обороте, бешеным Курбичем. Что, учитывая копыта, подозреваю, вскоре привело бы к смерти. Но тут вмешались гости, вместе с более вменяемыми Курбичами пинателя (главу рода, на минуточку) оттащили.
Ну, в общем, ситуация «как бы ясная». Пьяная болтовня девицы про Жатеца оказалось правдой, скорее всего, по пьяни последнего. И по этой же пьяни, оказавшись несостоятельным как самец, он девицу прирезал, о последствиях не задумываясь. И, по пьяни же, заснул. А теперь Курбичи в своём праве и будут этого алкаша-маньячило убивать: в рамках укладов-правосудия владеющих, если вопрос решался не поединком-войной родов, работал закон прямого действия. Кровь за кровь, золото за золото и прочее подобное.
Правда, часть владетелей-очевидцев возмутились, начав апеллировать к законам Корифейства: мол, не можно так, и вы данники, и Квидые, если бы была вражда объявленная — обоссы, трахни и сожри, всё правильно. Но раз Жатец бессознательный, то будь любезен, по-корифейски чтоб всё было. На что удерживаемый глава рода, несколько подутративший в бешенстве, рявкнул — чёрт с вами, гости дорогие. Буду судить этого каналью справедливым судом, как владетель и глава рода. Осужу, выкину в терновый куст, оболью мёдом и напущу муравьёв. Или ещё что-нибудь кроткое, легальное и справедливое сотворю. Суд завтра, в полдень, коль хотите — смотрите. И гостюшки дорогие, а не надоели ли вам хозяева? Не до вас сейчас! Гостюшки вняли и свалили.
В течение часа после этого старички от одного из гостей-знакомых узнают расклады. И поступают, на мой взгляд, ЧЕРТОВСКИ правильно: не срываются к Курбичам, а рвут в Золотой. Чуть ли не с боем пробиваются к самому Корифею и канючат «защиты и справедливости»! Его козлиное величество в ответ находит какого-то юного Лидарёныша, причём судя по всему — не из корифейского прайда, что, в общем-то, и неважно. И через час Лидарёныш в компании трёх боевитых Лидарих и старичков движется к Шкофье, столице и владению Курбичей.
Приезжает, наблюдает Жатеца со следами среднего похмелья и слабых побоев, задаёт вопросы. Курбичи на старичков смотрят териантропами, но на Лидари пасть не разевают. И по результатам опросов выдаёт Лидарёныш такой вердикт: суд будет, проведёт этот суд Курбич, а Лидари — присмотрит за судом. Приговор — дело Курбчей, если вердикт будет «виновен». А вот за судом и принятием вердикта Лидари присмотрят, поскольку обязательства у них перед обоими родами. А Квидым в лице старика и старушки он даёт седмицу, на то чтобы найти видоков, доказательства и прочее, если они так уверены в невиновности своего отпрыска. На виновность которого указывает всё, что Лидари узнал.
Жатеца заключают в управе корифейства — надзорно-фискальным органом, типичным для крупных поселений Золотой Волости до суда, даже дают старичкам с ним пообщаться. Они мечутся по знакомым, но понимают: в Шкофье им не рады, смотрят недобро. Всё, что они узнали, если выбросить родственные чувства — указывает на маньячилло-алкашню-импотента Жатича. Вдобавок, пока мотались, на Жатеца было совершено натуральное покушение, в ночи глухой.
В управе именно «тюрьмы», зиндана и прочей подобной роскоши не водилось. Вся надзорно-полицейская деятельность по городу осуществлялась Курбичами и их наёмниками, что и логично. Но некая камера, что-то вроде предварительного заключения, была: основной сферы работы управы был порт, ну и для публики оттуда, в основном, как я понимаю, по экономическим преступлениям против корифейства в подвале управы была даже не тюрьма, а что-то вроде клетки на несколько камер. Тут я старичков расспрашивал пристрастно, поскольку сынульку они навещали. И именно клетка с ложами, ни больше, ни меньше. И вот, в зарешеченное окно этой клетки, в ночи глухой, мечется склянка с отравой. Курбичами, горящими праведными пуканами — девяносто процентов. Но Жатец выживает, причём, видимо, по незнанию структуры места заключения. Если бы в клетке были бы стены и дверь — то Жатецу гарантированный и неминуемый некролог. Но была именно клетка, метатель метал от души. И результат покушения: обблевавшиеся и обосравшиеся, зелёные и страдающие стражники-одарённые. До владетеля Жатеца брызги от склянки, разбившейся в другом конце подвала, просто не достали. И его, высоковероятно, надёжно бы прикончили.
Лидари побуйствовал, поорал, но никаких прямых доказательств против Курбичей не имел (хотя понятно, что в их виновности не сомневался). И заточил Жатеца где-то не в клетке, причём со сменяющейся охранницей-Лидари.
Ну а мои потенциальные доверители, порыдав, попсиховав и подумав, рванули в Золотой. Сделать в текущей ситуации они ни черта не могли: вариант с принесением клятвы богам Жатецом был откровенно тухлым из-за дрыхнущего Квида. Чем и как этот кот поднасрал божествам — старички не знали. Самое весёлое, что не знали и каким божествам. Но за последнюю сотню лет четыре попытки клятвы разным богам, по разным поводам, закончились четырьмя дохлыми Квидичами. И проверять на последнем наследнике какого-нибудь пятого божка (при учёте, что в Шкуфье было святилище Ида и Шута, гарантированно летальных для Квидичей) у старичков желания не было, как и у самого наследничка. Привереды — сил нет.