Дело леди Евы Гор (СИ)

Мы переглянулись с Лили, и её голубые глаза округлились от удивления.
— Карету? — переспросила, но Боб только энергично закивал, размахивая руками.
— И лошадь! Большую! Красивую!
Я решительно встала, стряхнув крошки с ладоней.
— Ладно, посмотрим, что там за диковина.
Лили подхватила шаль и пошла следом.
Когда мы вышли на крыльцо, меня встретило зрелище, которого я никак не ожидала.
Возле гостиницы стояла элегантная карета, отделанная тёмным деревом, с позолоченными уголками, с большими, прочными колёсами. Лошадь — великолепная серая в яблоках, с густыми мохнатыми «щёточками» на ногах — дышала паром в утреннем холоде. На боку кареты красовался герб рода Гровеноров.
А рядом стоял мужчина с идеальной выправкой, одетый в чёрную ливрею с красными шнурами на отделке.
При моём появлении он склонился в чётком, но сдержанном поклоне.
— Миледи, — его голос звучал ровно, без излишней подобострастности. — Герцог Гровенор прислал в ваше распоряжение карету и меня.
Я замерла.
Лили бросила на меня быстрый взгляд.
Сжав пальцы в кулак, я резко выдохнула, скрывая эмоции, и медленно подняла подбородок.
— Герцог? — произнесла я, пристально глядя на мужчину.
— Да, миледи. Я в вашем распоряжении, как ваш личный кучер.
Мой личный кучер. Мой личный экипаж. От моего законного супруга.
Подарок? Или намёк на что?
Лили с трудом сдерживала улыбку, а у меня в голове уже крутился целый водоворот мыслей.
Чем руководствовался герцог? Это подарок примирения или попытка показать свою власть? Или, быть может, это способ напомнить, что я его жена, даже если отрицаю это?
Шагнув вперёд, я коснулась лакированной поверхности кареты.
— Что ж, милорд, — тихо пробормотала я, чувствуя, как в груди вспыхивает тихий огонь. — Видимо, мне стоит с вами поговорить.
Я велела Бобу устроить лошадь на гостиничной конюшне, а кучеру — подать карету без двадцати десять, чтобы отправиться в ратушу.
Сегодня я ехала туда не одна. Игги, упрямая девчонка, вцепилась в меня, как клещ, бормоча, что даме моего положения неприлично появляться в общественном месте без сопровождения. Я пыталась возразить, но наткнулась на её твёрдый, непоколебимый взгляд, от которого у меня даже задёргался глаз. В итоге, сорвавшись, я прикрикнула на неё, но это не дало никакого результата. Игги лишь стиснула зубы, выпрямилась и ещё крепче вцепилась в мою руку, словно я вот-вот могла выскользнуть и сбежать.
— Только через мой труп, миледи, — пробормотала она.
И я сдалась.
Вскоре мы уже ехали в удобной карете, отделанной внутри тёмно-зелёным бархатом. Подвеска кареты была мягкой, а сиденья настолько комфортными, что мне даже на мгновение стало не по себе — я отвыкла от подобных удобств.
Но мысли о подарке герцога были вытеснены насущными делами. Уже ровно в десять я сидела в своём кабинете в ратуше, разложив перед собой документы. Господин Валентайн предоставил мне соседний с ним кабинет, и теперь у меня был доступ к услугам его секретаря.
Я не стала скромничать.
Секретарь, господин Рональд Кори оказался деловитым, пунктуальным и, что особенно приятно, беспрекословно исполнительным. И я, разумеется, задействовала его на полную катушку.
— Объявите главам Гильдий, что совещание состоится в моём кабинете в полдень. А сейчас пришлите ко мне казначея и пусть он возьмёт с собой налоговые отчёты каждой Гильдии за прошлый год. Мне нужны цифры, не заверения.
Рональд Кори был хорошо обучен не задавать лишних вопросов.
Именно такой человек мне и нужен, чтобы бегал из кабинета в кабинет с поручениями.
До начала совещания я погрузилась в мир цифр и сухих казённых фраз отчётов. К двенадцати в моих мыслях уже появилось представление о порядке цифр, об источниках доходов и статьях расходов по каждой Гильдии. Теперь я могла вступать в дискуссию.
Ровно в двенадцать дверь в мой кабинет распахнулась, и в помещение зашли шестеро мужчин. Главы Гильдий — самоуверенные, ухоженные, привыкшие чувствовать себя хозяевами положения. Следом вошёл господин Валентайн, заранее попросивший у меня дозволения присутствовать на совещании. Он держался чуть в стороне, но в глазах светился неподдельный интерес. Секретарь, господин Кори, без лишних слов сел за небольшой стол у стены, раскладывая перед собой бумаги для ведения протокола.
Я уже собиралась начать совещание, когда в дверях появился ещё один человек.
Герцог Гровенор.
Сердце ухнуло вниз, но я не дала себе права на слабость. Его присутствие здесь выбивало из колеи, мешало сосредоточиться. Однако я не собиралась никому это показывать.
— Милорд Гровенор, здесь проходит закрытое совещание. По какому праву вы здесь находитесь? — мой голос был холоден и деловит.
Едва заметная тень улыбки коснулась его губ.
— Миледи Гровенор, я здесь официально в связи с проведением расследования. Если потребуется, могу предоставить указ Его королевского Величества. В мирное время я Глава дознавателей.
Его спокойствие раздражало. Но мне хватало выдержки не показывать свои эмоции.
— Господин Кори, — я повернулась к секретарю, не удостоив герцога ни взглядом, ни кивком. — Возьмите указ у милорда. Я изучу его после совещания.
Кори поспешно поднялся, забирая пергамент из рук Гровенора. Я же, не удостоив мужа больше ни словом, перевела взгляд на собравшихся.
— Присаживайтесь, господа. В ногах правды нет.
Они уселись, кто с привычной важностью, кто с ленивым удобством, кто с показным безразличием.
Совещание с главами Гильдий началось, как и следовало ожидать: с лёгких насмешек и самоуверенных улыбок.
Шестеро мужчин — представители морской Гильдии, торговой, ремесленной, строительной, кузнецов и оружейников, нотариусов и писцов — сидели передо мной, чувствуя себя абсолютно уверенно. По очереди они представились, поднимаясь со своего кресла. Они явно не ожидали ничего серьёзного. Возможно, полагали, что юная герцогиня лишь формально озвучит несколько напыщенных фраз и предоставит всё им.
Я видела, как один из них — господин Эдвард Мортон, глава торговой гильдии, неспешно поправил манжеты, одаривая меня снисходительной улыбкой. Господин Морис, глава морской гильдии, откинулся на спинку кресла, сцепив пальцы на животе и чуть ухмыляясь. Остальные обменялись взглядами, не пытаясь скрыть того, что им всё происходящее казалось скорее фарсом, чем деловой встречей.
Но чем дальше шло совещание, тем быстрее таяла их уверенность.
Я начала с простого: попросила каждого в двух словах рассказать о текущем состоянии дел Гильдии и с о проблемах, с которыми они сталкиваются.
Они говорили. А я слушала.
Но после каждого доклада задавала вопросы. И вот тогда ситуация начала меняться.
— Вы утверждаете, что доход морской Гильдии снизился в прошлом году из-за плохого урожая зерна в южных провинциях, — я слегка склонила голову, разглядывая господина Мориса. — Однако данные по торговым соглашениям с восточными колониями говорят обратное. Экспорт рыбы и морских продуктов значительно вырос. Как вы объясните это расхождение? А контрабандные поставки жидкого масла? Сколько они принесли доходов в ваш карман?
Господин Морис вздрогнул, его лицо слегка покраснело, но он всё ещё держался.
— В целом верно, но... контрабанда — это неискоренимый бич!
— Это не бич, а хаос, поощряемый вами. Хорошо, а теперь объясните, почему, несмотря на рост продаж за барьер, налоговые отчисления вашей Гильдии сократились на десять тысяч золотых в сравнении с прошлым годом?
Он замолчал.
Глаза Валентайна округлились.
Тишина затянулась.
— Видимо, ошибка в отчётах, — пробормотал Морис, расстёгивая воротник камзола.
— Значит, документы были составлены неверно? — уточнила я, глядя ему прямо в глаза.
— Это... требует дополнительной проверки, миледи.
— Проверку мы организуем. Сегодня же. Господин Валентайн — это ваша забота.
Господин Валентайн, наблюдая за происходящим, пребывал в глубоком изумлении. Его лицо по мере моего диалога с гильдейскими главами вытягивалось и всё сильнее мрачнело.