Хозяйка лесной усадьбы, или Отвергнутая жена дракона

Я намылилась цветочной пенкой и тщательно оттёрла кожу, будто смывая с себя весь пережитый ужас. Я буду выглядеть идеально, когда он будет меня допрашивать. Пусть облизывается и страдает, что я его не подпускаю.
Завернувшись в махровый халат, я вышла в комнату и снова стала тискать заскучавшего Пушистика. Не могла пройти мимо.
– Ур-ур-ру, – заворковал он в ответ.
В дверь постучали.
  
– Я буду готова через пять минут! Ждите! – резко ответила я, берясь за платье. – Пушистик, отвернись!
Наверняка пришли, чтобы отвести меня на допрос.
Сейчас я покажу дорогому супругу синяки на шее. Пусть знает, что я не дура и поняла, что от меня хотят избавиться. По его глазам я пойму, знает он об этом что-нибудь или нет.
Интересно, а что на допросе сказал конюх? Я надеюсь, что Сотеран использует артефакт правды, и не придётся долго выяснять истину. Волшебный камень всегда знает лжёт человек или нет.
– Изабелла! – в дверь снова нетерпеливо постучались. – Это леди Элеонора, открой!
Леди Элеонора! Директриса института благородных девиц, моя дорогая наставница и старшая подруга. После провала на брачном сезоне, она помогла мне поступить в высший университет, из которого правда меня на днях благополучно выгнали из-за папиного ареста.
Леди Элеонора была очень доброй и любящей, всегда относилась ко мне, как к дочери, защищала от злословия учившихся со мной девочек и угощала в тайне конфетами, сочувствуя моей безмагичности.
Я застегнула крючки на платье и бросилась к двери, впуская женщину.
– Иза, как ты?! – распахнула объятия наставица.
Руки у её были холодные, она явно с мороза, но от объятия близкого человека стало так тепло! В груди разлилась радость.
– Как хорошо, что вы пришли, леди Элеонора! Как же вы нужны мне сейчас! – проговорила я, утыкаясь лицом в плечо наставницы.
Леди Элеонора прижала меня крепче и стала гладить по длинным рыжим локонам.
– Мне очень жаль, что так случилось с твоим отцом, так всё быстро решилось! – проговорила она. Но объясни, пожалуйста, Изабелла, как так вышло? Как за те две недели, что мы с сестрой-королевой были на водах, ты оказалась замужем? Тем более за верховным прокурором!
6
– Да, простите, что не пригласила на свадьбу. Празднования не было, всё вышло спонтанно, – проговорила я, отводя взгляд.
Было стыдно и неловко перед наставницей.
Леди Элеонора была, как всегда, затянута в чёрное платье, на руках плотные бархатные перчатки, волосы убраны в идеальную высокую причёску, украшенную дорогими заколками. Выглядела женщина строго и элегантно, и я бы никогда не дала ей больше тридцати пяти, если бы не знала, что ей на самом деле за пятьдесят.
Я сделала несколько шагов по комнате и погладила Пушистика, вьющегося у ног. Пёс упал на спину и поджал лапки от радости, требуя, чтобы я продолжала гладить. Я склонилась над ним и, конечно, не отказала себе в удовольствии почесать пушистое рыжее пузико.
– Удивительно, что чужой фамильяр так себя ведёт, – хмыкнула наставница, проходя в центр комнаты и внимательно осматриваясь.
– Да, Фердинанд меня обожает с того момента, как я вошла в этот дом, – пожала я плечами. – Пушистик, да, обожаешь меня?
Внимание наставницы привлекли книги, разложенные на всех доступных поверхностях, – все были на тему развития магического дара, я раздобыла их в семейной библиотеке Сотеранов и принесла к себе изучать.
Полистав одну, наставница подняла на меня взгляд и потребовала:
– Рассказывай всё, Изабелла! Немедленно!
Я пригласила наставницу присесть в кресло, сама разместилась напротив и начала свою непростую историю:
– Папа очень нас любил, вы знаете. Он оплачивал наше с сёстрами обучение в благородном институте, покупал лучшие платья и украшения, даже мне, у которой не было магии. Он самый лучший отец. Но мы даже не догадывались, что у него были нечистые дела. Когда папу арестовали, адвокат попросил всю семью прийти на предварительное слушание, чтобы разжалобить судью, мы даже Линду с собой взяли, вы знаете, она ведь не может сама ходить. Тогда, сидя на заднем ряду в девичьей вуали, я увидела в зале суда его… прокурора… И поняла, что мы давно знакомы…
– Но как вы могли познакомиться? Великий герцог Ричард Сотеран пропадает днём и ночью в комитете при королевском дворце, а ты не выходила из стен университета. И потом он на пятнадцать лет тебя старше, строит мощную политическую карьеру и собирается породниться с королевской семьёй! Вернее, собирался. Как вы могли познакомиться?! Где?! – изумилась леди Элеонора.
– Он был моим партнёром в триббл.
– Что?! – воскликнула наставница. – Карточные игры?!
Леди Элеонора откинулась на спинку кресла и достала из чёрной бархатной сумочки коробочку с табачным набором и длинный тонкий мундштук. Она всегда курила, когда хотела ругаться.
– Ну, рассказывай дальше, Изабелла! – потребовала наставница. – Теперь пока всё не расскажешь, я не отстану!
– Сейчас я сильно разочарую вас в себе, леди Элеонора, – вздохнула я. – Но да, по субботам я не ездила домой из университета к родителям, а ходила играть в клуб. В тот самый клуб, где все носят маски. И прежде, чем вы выскажете мне своё осуждение, постарайтесь понять, мне двадцать один год, три брачных сезона я не имела успеха у женихов из-за того, что я неспособная владеть своим даром, и следовательно рожу слабых детей. Я была никому не нужна и неинтересна!
Я всхлипнула, приложив руки к лицу. Фердинанд тут же полез мне на колени, и я обняла его, зарываясь пальцами в густую рыжую шерсть.
– Изабелла, деточка… – Элеонора погладила меня по плечу, склонив голову набок. – Я думала, что в университете ты нашла своё призвание. Тебе же нравилось учиться и преподавать подготовительному курсу…
– Я трудолюбива, но на самом деле я умирала от тоски и ненужности, – я твёрдо взглянула в глаза наставницы. – А в клубе я ощутила себя живой и интересной для мужчин, особенно для Ричарда. Он научил меня играть в триббл, и мы встречались каждую неделю. Это длилось год.
– Так вот в чём причина, почему целый год откладывалась помолвка Младшей принцессы! – хмыкнула Элеонора. – Жених был занят игрой в триббл!
– Я понятия не имела, кто он и есть ли у него отношения. Мы лишь играли в карты! До момента, случившегося две недели назад…
– Я и не думала обвинять тебя, продолжай, Изабелла.
– Да, по его порой жесткому поведению с другими гостями клуба, я догадывалась, что человек, с которым я сдружилась, высокопоставленный властный мужчина и сильнейший маг. Я ни на что не надеялась и вела себя более, чем скромно. Хотя, признаюсь, влюбилась по уши. Взрослый, сильный, он приносил мне цветы и шоколад. Мы встречались раз в неделю по субботам, садились за карточный стол и играли часами. В этом мужчине сосредоточилась вся моя жизнь, я жила нашими встречами от недели к неделе. Когда встречалась с ним взглядом, сердце замирало. Но клянусь, ничего не было: ни поцелуев, ни даже прикосновений. Однажды он попросил меня о ночи, сказал: “ты мне нравишься, давай займёмся любовью”. Но я отказала, сославшись на то, что храню верность мужу. На самом деле я испугалась, что во время близости он узнает, что я без магии и все мои таланты заканчиваются картами. Я не хотела, чтобы он разочаровался, ведь моё сердце было бы разорвано в клочья. Он был недостижимым для меня. А потом был судебный процесс у папы, на котором я увидела его, – произнесла я, понизив голос. – Ричард, он носит особые запонки с золотыми драконами, которые я не могла не узнать, и ещё выправка, и голос, и волевой подбородок, который я изучила до миллиметра. Он выступал в суде – властно и громко говорил – и я его узнала. Он оказался главным папиным обвинителем. Я бы никогда не стала его просить, но семье грозила конфискация имущества и изгнание из столицы. Я бы уехала и больше никогда не увиделась бы с Ричардом. Никогда больше… Не знаю, сумела ли бы я это пережить. И тогда я решилась попросить его… попросить по-дружески смягчить обвинение для папы и не сажать его в тюрьму, чтобы мы могли остаться в городе. Он выслушал меня и… приказал раздеться…