Возвышение на краю империи (СИ)

Утром зазвонил телефон — со мной хотели поговорить по международной линии.
Дорогое удовольствие, между прочим.
— На проводе, — привычно буркнул я.
— Продолжим нашу весёлую игру? — раздался жизнерадостный голос Иезекииля Джонса. Я и забыл, что этот утырок освоил телепортацию. Думаю, он прыгнул в Ливерпуль ещё вчера.
Ну, это он пока радуется.
Всему своё время.
— Что нужно? — без предисловий уточнил я.
  
— «Шоггот», — предсказуемо ответил британец.
— Зачем вам этот металлолом? — хмыкнул я. — Пора переключаться на более современные транспортные средства. Авиация рулит.
— Позволь мне проявить консерватизм в этом вопросе, — довольно резко ответил миллиардер. — Я готов обсудить цену прямо сейчас. Сколько ты хочешь за возвращение моей субмарины?
Я притворно задумался, добавляя собеседнику переживаний.
— Ну… как по мне, эта игрушка стоит дороже вашей никчёмной жизни, сэр Иезекииль. Я рассмотрю сумму… скажем… в шестьсот миллионов фунтов стерлингов.
— Ты издеваешься? — не выдержал корабельный магнат. — Кх-кх…
На том конце провода послышался натужный кашель.
Я довольно улыбнулся:
— Приболели, мистер Джонс?
Хорошенько откашлявшись, британец ответил:
— Всё злорадствуешь. Дай только завершить сделку, возьмусь я за тебя.
— Ну, это уж всенепременно, — не стал я спорить. — Но сперва предлагаю разобраться с нашими баранами.
— Какими ещё баранами? — не понял Джонс.
— Выражение такое. Русский фольклор.
— А, понятно. В общем, шестьсот миллионов — это жирно.
— Раз вы так считаете, разговор окончен. Кингстоны открываются, — я повесил трубку на рычаг.
Ждать пришлось не больше минуты.
Когда тишину спальни разорвала резкая трель, я даже не шевельнулся. Позволил британцу понервничать, слушая длинные гудки на своей стороне Ла-Манша. Затем соизволил ответить:
— Барон Иванов слушает.
В трубке раздалось надсадное покашливание.
— Гадство, — выругался сэр Иезекииль. — У вас в России… кх-кх… даже на юге климат дерьмовый.
— Так и не надо больше приезжать, — резонно заметил я. — Вас тут не ждут.
— А что там с хвалёным кавказским гостеприимством? — попробовал подколоть меня оппонент.
— Так я ж не с Кавказа, мне можно. Итак, что по сделке?
— Резкий и борзый, — пробурчал Джонс. — И ты ещё пожалеешь о своих необдуманных поступках.
— Бла-бла-бла.
Снова кашель.
— Ладно, Сергей. У меня сегодня нет настроения торговаться, а субмарина нужна как можно быстрее.
— Нагадить кому-нибудь собираетесь?
— Не твоего ума дело, — отрезал оппонент. — Диктуй реквизиты, будет тебе перечисление. Но учти, поступит задаток в размере… тридцати процентов. После этого ты даёшь координаты лодки моему новому телепату…
— А что со старым случилось? — не удержался я.
— В отпуске, — прорычал британец. — Итак, даёшь координаты. Точнее, визуальный слепок для телепортации. А уж затем…
— Нет, — снова перебил я. — Всё будет не так.
— А как? — миллиардер не привык к такому обращению. — Ты думаешь, я доверюсь какому-то…
— Откровенно говоря, у вас нет выбора. Переведёте вы не треть, а половину требуемой суммы. Диалог через моего телепата. Как только ваши прыгуны объявятся на борту «Шоггота», я затребую вторую часть. И лишь после этого мои люди уберутся с вашей субмарины. Попытаетесь меня обмануть — и ваши представителя умрут, а лодка переместится в другую часть Мирового океана.
Джонс обдумал мои слова.
— И какие у меня гарантии, Иванов, что твои головорезы просто не расправятся с моими людьми? По этой схеме ты можешь действовать бесконечно.
Я хмыкнул:
— Гарантий ноль. Но я могу продать субмарину и другим людям. Первые заинтересованные клиенты уже появились. Так что доверять моему слову или нет — решать вам.
И это была правда.
Субмарину Джонса очень хотят приобрести эксцентричные ребята из Голландии и Наска. Без понятия, как они пронюхали, что лодка у меня. Но с Джан уже связывались. Хотя и предлагали меньшие суммы, чем я заломил с британца.
— А ты даёшь слово? — уточнил Джонс. — Что вернёшь мне «Шоггот» после второй транзакции.
— Даю.
— Я сохраню ментальный слепок, барон.
— Хоть десять.
Ментальные слепки идут в ход, если нужно очернить какого-нибудь опростоволосившегося дворянина. Слово чести для аристо — это святое. Нет ничего страшнее сломанной репутации.
— Когда начнём? — переключился на будничный тон миллиардер.
— Через десять минут с вами выйдет на связь Ольга, мой телепат. Уберите блоки, защиту. В том числе, отзовите своих менталистов. Мои люди на «Шогготе» получат соответствующие распоряжения.
— Понял. Жду.
— Я тоже.
Британец повесил трубку.
Угнанную субмарину мы не стали перегонять в порт Фазиса. Это целый квест, если учесть тот факт, что нужно ещё получить разрешение на проход от Халифата. Да, я получил бы его без проблем, теперь это дружественное государство. Но очень не люблю официальные телодвижения…
Поэтому мы «припарковали» любимое детище сэра Иезекииля в одном из портов Северной Африки, где вообще можно было «парковать» что угодно.
Я тут же набрал Демона и приказал отправить моих диверсантов на «Шоггот». Сейчас там находились исключительно подводники, нанятые для этих целей удалённо через рептилоидов Ока. Собственно, рептилоиды всё сейчас и контролировали. Что касается Мусаева и Айвазяна, то они стоят целого отряда и могут положить врагов без особого напряжения. Так сказать, страховка от непредвиденных случаев.
Ольга, как и было запланировано, вышла на связь с британцем через десять минут. Джонс сообщил о переводе трёхсот миллионов на указанный счёт. Ждать пришлось недолго, учитывая приоритет клиентов, подобных британцу. Это вам не три банковских дня для простых смертных. Распоряжения «золотых» клиентов выполняются за считанные часы, а порой и минуты.
На мой счёт деньги капнули через полчаса. Сразу после этого Ольга передала слепок, полученный от Айвазяна. А также название порта и точные координаты расположения субмарины.
И снова — ожидание.
Через два часа сделка была полностью закрыта. Спецы Джонса прибыли на «Шоггот», банк перезвонил мне и сообщил о второй транзакции, мои люди распрощались с англичанами и покинули субмарину на арендованном катере. Прыгуны вернулись в имение сразу, подводники отправились тратить свои зарплаты, рептилоиды растворились в африканских трущобах.
Раздался звонок.
— Так нравится общение со мной? — уточняю у кашляющего Джонса.
— Хочу убедиться, что с моей тростью всё в порядке.
— Каким образом?
— Осмотри её, сбрось образ через своего телепата. После этого начнём переговоры о выкупе.
Грёбаные коллекционеры.
Всего лишь трость!
— Ладно, — я нехотя встал с кресла. — Ольга останется на связи.
Похоже, утро будет денежным.
  
Глава 5
 
Внутри Бродяги было много помещений, к которым не имели доступа мои соседи. Ни Фёдор, ни Джан. Ни, упаси Древние, прислуга. Я сразу настроил домоморфа таким образом, чтобы в эти комнаты он впускал только меня. Прежде всего это касалось арсенала, но были и места, в которых я держал непонятное либо трофейное оборудование.
Трость Джонса относилась к неисследованным трофеям.
И я до конца не решил, собираюсь ли её возвращать.
А всё потому, что от этой штуки веяло мощью. Матвеич и Пупкин не смогли определить, в чём секрет этого странного оружия. Бродяга заявил, что артефакт спящий и явно относится к новоделам. То есть, устройство находилось в пограничном режиме, ему требовалась активация. Чтобы что? И почему Джонс не включил эту штуку во время решающего боя со мной?
  
Логика у меня простая.
Раз я не могу использовать предмет, буду его продавать.
За солидные деньги.
— Вхожу, — сказал я Бродяге, поднявшись на самый верхний этаж.
Передо мной прорезалась дверь, которой раньше в стене не было. Повернув ручку, я переступил порог и оказался в комнате, часть которой занимали бронированные сейфы, а часть — открытые стеллажи.