Возвышение на краю империи (СИ)

— Я в курсе, что вы заключили соглашение с Домом Эфы по будущим поставкам, — продолжил Орлов. — Но рискну предположить, что и наши производители могут присоединиться к числу… хм… постоянных и надёжных партнёров. Советую обратить внимание на автомобили «Нева» и «Свирь». Насколько я помню, Саманиды и Трубецкие не имеют собственного автомобилестроения.
— Не имеют, — признал я.
  
— А значит, — невозмутимо завершил свою речь Орлов, — можно договариваться.
— Наши ПВЗ не рассчитаны на приёмку автотранспорта.
— А мы и не про сегодняшний день толкуем, — улыбнулся князь. — Скажу больше. Если вам потребуются детали или вставки для мехов… то и здесь возможны точки соприкосновения.
— Благодарю, — кивнул я. — Пока мы рассчитываем на замкнутый цикл.
— Времена меняются, — пожал плечами бес. — За минувшие столетия… я видел и не такие коллаборации.
— Я подумаю.
— А мне торопиться некуда, — в устах бессмертного фраза прозвучала двусмысленно. — Это так… наброски на будущее. Очертания, если угодно.
— Значит, договорённости между нами достигнуты?
— Разумеется. Даю слово лидера.
Мы оба знали, что назад не открутить. Наши морфисты, незримые свидетели разворачивающегося диалога, всё слышали. Слепок сновидения ничем не уступает слепку реальности, поскольку конструкт официально согласован между нашими Родами.
Пожимаем руки.
— Когда вы планируете операцию? — уточнил я.
Орлов посмотрел на меня в упор.
— Штурмовая группировка создана, господин Иванов. Мы ждали исключительно вашего решения.
— Что ж, — я поднялся с кресла, — вы его получили. Можем отправляться хоть завтра.
— Послезавтра, — князь начал таять. — С вами свяжутся.
* * *
Если смотреть на окрестности Оулу с высоты птичьего полёта, вы увидите нескончаемую равнину с кучей заводей, островков и каналов. И да, здесь было холодно. Ночью это ощущалось особенно сильно. Минус восемь, но по ощущениям всё гораздо жёстче, потому что непрестанно дует ветер, а небо загромождено тучами.
Что касается самого города, то он имел сложную фортификацию, состоящую из материковой и островной частей. На материке располагалась та самая крепостная стена, которую безуспешно пытались штурмовать имперцы. А ещё в Ботническом заливе есть остров Хайлуото, который увеличили за счёт дамб и насыпей, превратили в замок и снабдили причалами для частных яхт. Раньше тут жил представитель клана, а сейчас остров, по данным разведки, Наска и шведы превратили в военную базу.
Всё это я не мог видеть с самолёта или дирижабля.
Просто потому, что мне бы не позволили.
За воздушным пространством Оулу следят радары, сильные ясновидцы и прочие деятели. Дирижабли противника там дрейфуют на постоянной основе. И если вдруг кому-то взбредёт в голову полетать над базой, в игру вступят кинетики, прыгуны и пиросы.
Я увидел город с помощью мыслекарты.
Вихрем промчался по старым улочкам, заглянул в новые кварталы, пересёк несколько мостов, покружился над Бастионом, где скопились главные силы противника.
А потом вернулся в лагерь.
К ближайшему населённому пункту, крошечной деревушке с труднопроизносимым названием, меня доставил Бродяга. Я тут же отпустил домоморфа, чтобы не подставлять Джан с Федей. Я ведь не знал, сколько времени у меня уйдёт на операцию, а кому-то надо ходить в школу. Вызвать артефакт обратно я планировал с помощью телепатии. Для этого взял с собой Ольгу. Хорвен тоже прихватил — вдруг что-то пойдёт наперекосяк.
Деревушка превратилась в лагерь для постоянно прибывающих бойцов. Здесь развернули некое подобие распределительного центра. Тут же находился оперативный штаб, в который я и направился. По дороге меня трижды останавливали, уточняли личность, связывались по рации с вышестоящими командирами. В итоге появился угрюмый провожатый, и дело пошло быстрее.
Штаб окопался в здании школы.
Меня привели к полковнику Бартеневу — необъятному мордовороту с Даром криокинетика. Полковнику на вид было под пятьдесят, а глаза из-за специфического психотипа казались двумя ледышками. У пояса полковник носил романский меч метровой длины.
— Проходи, Иванов, — вояка смерил меня тяжёлым взглядом и, судя по всему остался недоволен. — Я думал… они хотя бы кого-то из взрослых пришлют.
В кабинете Бартенева раньше изучали географию. О чём свидетельствовали карты на стенах, портреты великих мореплавателей и глобусы в нишах шкафов. Преимущественно маленькие глобусы, не превышающие размерами стандартную книгу.
— При всём уважении, полковник, — хмыкнул я, — у вас негусто с вариантами.
— Тоже верно, — внезапно согласился мужик. — Смотрю, ты не один.
Ольга стояла у дверей, всем своим видом показывая, что она рядовой исполнитель.
— Со мной, — ответил я. — Телепат Рода.
— Понятно, — кивнул Бартенев. — Но учти, она в лагере останется. У меня распоряжение на пропуск только одного человека в зону боевых действий.
Хорвен сейчас парила за окном кабинета.
Никто не мог обнаружить гончую, потому что она сопровождала меня со включённым иллюзионом. Кроме того, мне кажется, эта тварь умеет обходить сигнальные каббалистические системы.
— Я не против, — пожимаю плечами. — Где ей ждать?
— У нас тут приёмная на первом этаже, — полковник почесал заросший подбородок. — Если управитесь за несколько часов — можно и там. А не управитесь — расквартирую в одном из домов, где мы женщин поселили.
— Спасибо, что не в палатке, — хмыкнул я.
— Не за что, — ответил Бартенев.
Местных жителей из посёлка эвакуировали с вещами, их дома заняли одарённые и офицеры, а обычные палатки, как я подозреваю, достались пехотинцам. Учитывая погодные условия, народ должен был ночевать в одежде и зимних спальниках. Всюду были расставлены походные кухни, горели костры, слышались гитарные переборы и негромкий смех. Думаю, и фронтовые сто грамм людям наливали, куда ж без этого.
— Ладно, — я подошёл вплотную к сдвинутым партам, на которых была разложена необъятных размеров карта. Там же красовались термос с недоеденным бутербродом. — Я ознакомился с деталями операции. Когда выступаем?
Бартенев покосился на Ольгу.
— Она же телепат, — заметил я.
— Не положено, — отрезал полковник.
Я сделал жест рукой, и Ольга вышла за дверь.
— План был выдвигаться сегодня ночью, — сказал полковник. — Но разведка доложила, что у сепаров имеются приборы ночного видения.
— А что с иллюзионами?
— Вырубаются при пересечении периметра. Внутри города — без понятия. За минувшие недели туда никому не удавалось проникнуть.
— Каббалистика?
— Не проверяли.
— Хорошо они там устроились.
Полковник мрачно покачал головой:
— Я так тебе скажу, барон: не подготовить такую линию обороны за месяц-два. Давно всё это задумано. Поэтому без разницы, когда штурмовать. Всё равно будут проблемы.
Мы прибыли ранним утром.
Солнце ещё не взошло, до рассвета оставалось часа полтора.
План, как и было обещано, мне предоставили. Идея сводилась к тому, чтобы подобраться к периметру на подземной лодке, прорубиться к старым коллекторам, а уже оттуда проникнуть на вражескую территорию. При ослаблении артефактно-каббалистических линий можно рассчитывать на активацию иллюзионов. Схему коллекторов разведчики добыли. Получалось, что мы могли выбраться наружу у самого побережья, в непосредственной близости от Бастиона. Дальше моя задача сводилась к тому, чтобы сделать крепостные стены островного замка проницаемыми и запустить туда ударную группу. Всё. Опять же, непредвиденные ситуации под землёй. Мы не знаем, с чем столкнёмся.
  
Как видите, боевые действия реально не должны затронуть гражданских. Если не учитывать, что в моём отряде шли геомант, пирокинетик, криос, меты, прыгуны и левитаторы. Всего с полсотни человек. И каждый из них обладал сверхспособностями.
— Не будем медлить, — сказал я.
Полковник, стоявший у окна, снял трубку телефона, набрал короткий номер и, дождавшись ответа, произнёс: