Вильгефорц из Литтл Уингинга (СИ)
В общем, помимо разгневанного Локонса, сыплющего угрозами в адрес школы и директора лично, я увидел сдержанные обещания Люциуса. Может познакомить этих двух, вдруг им удастся объединить силы, да покончить с именитым волшебником? Хотя нет, плохая идея, у обоих из них пунктик на Гарри Поттера.
Временным профессором ЗоТИ назначали Снейпа, и тот даже изменил своему привычному амплуа. Детишки не заметили, насколько радостным он стал, для дедукции нужен опыт. Снейп на ЗоТИ особенно лютовал, лишая очков всех подряд за малейшие провинности, за лень, невнимательность и отставание в учебе. Казалось бы, в чем тут счастье? Для учеников никакого, но зельевар решил веселится во всю, пока его не сменят. Осознание, что это таки произойдет рано или поздно, доводит его до бешенства. Когда Рон Уизли в голос выразил искреннее желание увидеть побыстрее смену Снейпа, тот лишил Гриффиндор пятидесяти баллов, за что я ему очень благодарен.
— Не расстраивайся Рон, все будет хорошо, вот отвечу пару раз правильно, и компенсирую твоё необдуманное поведение. Ой, прости, я имела ввиду, твоё обычное поведение! — Гермиона в очередной раз попыталась воззвать к чувству такта Рона, намекая что тому надо быть сдержанней, и вести себя правильно на уроке.
— Гермиона, да не расстраивайся ты так…
— А ты не прикрывай его, Гарри, он уже второкурсник, а Гриффиндор теряет большинство баллов из-за его длинного языка, лени и тупости!
Да не собираюсь я его выгораживать, девочка, Рон делает все правильно. Пусть продолжает в том же духе, и по окончанию учебного года получит благодарственное письмо от держателей кубка школы 1992-го года, факультета Когтевран.
— Я вообще-то хотел сказать, что Снейп несправедливо лишает всех очков. Вон, он меня недавно оштрафовал на двадцатку.
— Да, но ты на следующем уроке получил у мадам Трюк больше, чем потерял на ЗоТИ. Рон же не отбивает потерянное.
— Эй, вы говорите так, будто меня здесь нет! Это обидно, знаете ли! И вообще, оценки не важны, важны знания!
— Оценки это показатель знаний, — возразила Гермиона.
— Не у Снейпа!
— Согласен, — я поддержал Рона и его самообман.
Такими перепалками полнилось моё общение с детьми, численность которых в последнее время стала увеличиваться. Всё новые рожи стали мелькать, образовывая некий коллектив вокруг меня. Обычного двенадцатилетнего мальчика такое внимание польстило бы, мне же оно приносило сплошь минусы. Общение с детьми тяготит, из-за их тупости, необходимости поддерживать маску такого же недалекого идиота. Пускай и чуть лучше остальных.
Когтевранцы раньше закрывали глаза на мои отлучки из гостиной. Я в любое время мог сослаться на моих друзей с Гриффиндора, а когда меня ловили на лжи, вроде тебя не было там в тот момент, я говорил что был на кухне. Мне верили, ведь я в действительности часто пропускаю обеды, ужины и завтраки. Но теперь вокруг меня вьется стая преданных фанатов, «друзей», недоброжелателей. Я не могу взять и исчезнуть, отмазаться не получится. Теперь я постоянно в поисках нового, универсального алиби, которое сможет мне обеспечить покой и отвадит от меня ненужные вопросы.
Наметилась ещё одна проблема, практически со всем факультетом Слизерина сразу. Остальные три факультета меня превозносили, особенно Когтевран, за то, что я выгнал Локонса. Да, дети любят отлынивать от тяжелой умственной работы, не делать домашнее задание. Больше свободного времени, вот чего хочется ребятишкам. Только свободное время не поможет идеально сдать С.О.В и Ж.А.Б.А. Ученики старших курсов всецело были на моей стороне. Отношение средних и младших курсов ко мне колебалось, в принципе не имея никакого значения для меня.
Слизерин же подчеркнуто меня игнорировал. До этого я свободно общался с Дафной и Трейси, а теперь девушки старательно избегают моего общения, не по своей воле надо сказать. Такова политика факультета. Во время одного из завтраков Дафна состроила извиняющееся личико, намекая на обстоятельства.
Апофеоз нелепости случился через три недели после ухода Малфоя. Его дружки, Крэбб и Гойл, додумались, или им подсказали, проучить меня. Идея, от кого бы она не исходила, мягко сказать попахивала. Шестерки Драко с детства не обладали интеллектом и не будь у них волшебных палочек, максимум, чего они добились бы в своей жизни — карьера сторожа в портовых кабаках.
Парни, не знаю как, но сумели спланировать и подкараулить меня в одном из немноголюдных коридоров третьего этажа, где после обеда практически никто не ходил в пятницу. Признаю, моя ошибка. Я слишком расслабился, не имея достойных соперников, и не особо разбавлял маршруты передвижения по замку. Зачем? Я и так знал кто и где находится, успевая заранее избегать общества нежелательных детишек или учителей.
Вот и этих олухов заметил, зайдя к ним со спины и оглушив ступефаями. Они даже не успели испугаться, и уж точно не увидели, кто сломал их палочки. На этом попытки меня достать не прекратились. Слизеринцы старших курсов предприняли ещё две попытки. Первая, аналогичная засада, только без участия идиотов. Вторая попытка увеличила ставки. Проучить меня было поручено аж пяти лбам. Обе попытки окончились ступефаями и сломанными палочками.
За полгода учебы в Хогвартсе наложенные на манор семьи Малфой чары, успели распространиться в каждый уголок особняка, и я знал все о них. Все грязные дела мистера Малфоя старшего, все его контакты, сколько раз он трахает миссис Малфой, урожденную Блэк. Приказ жадным до галлеонов мальчишкам исходил от Драко Малфоя. Малолетний дебил узнал, кто поспособствовал его преждевременному исключению из школы, возненавидел меня и решился на вендетту. Так же он знал где находится сейф отца и как открыть его. Приватизировав три сотни галлеонов, он отправил их вместе с письмом в Хогвартс.
Забавное совпадение, тот день когда он узнал о провале своей гениальной идеи совпал с моментом, когда отец узнал о его краже, и наказал его совсем не аристократическим методом. Задал ему хорошую трепку, так что бледный цвет лица мальчика сравнился по контрасту со свеклой.
Дни потянулись мирно, как в прошлом году после бурного начала, конфликта с учителем-энергуменом и разрешением ситуации в первой половине года. Второй год будто под копирку повторял первый. Неужто некто великий взял свою плату за моё перерождение в этом мире, и теперь играется мной как ему вздумается? Что ж, тогда мне есть что ему предложить, в будущем…
Рождественские каникулы наступили как раз к моменту открытия второй мануфактуры. Мне захотелось сделать дату открытия памятной, общественность любит такое, особенно пресса. Я мог бы открыть вторую мануфактуру и раньше, все проблемы были решаемы, тем более что у меня получилось стабилизировать точный портал мегаскопом из Хогвартса. Теперь у меня есть безопасный путь из школы и обратно. Останавливал меня лишь мой вечный перфекционизм.
Землю я купил у аристократии. Оказывается, есть пара семей голубой крови, состоящие из одних сквибов. Средь них иногда рождаются маги, так что часть аристократии в курсе об истинном положении дел. Они могут жить в обычном мире по законам магглов, пользуясь благами магического общества. В магической Англии никому нет дела до таких аристократов, но сквибы идеальны в плане ведения бизнеса в обоих мирах, а уж когда они владельцы обширных земельных участков…
За шестьдесят тысяч галлеонов, я стал счастливым обладателем трех акров земли с разрешением на постройку и всеми нужными бумагами. Сомневаюсь, что в случае чего обычные люди смогут найти здание под магглооталкивающими чарами, но сквиб настаивал сделать все согласно закону. Я могу наплевать на магглов, а ему ещё жить в этом мире.
Возведение здания я начал в тот же день, как разобрался с документами, окончив строительство в рекордно короткие сроки — четыре дня. Все благодаря профессионалам. Дальше я приступил к созданию магических рисунков, зачарованию и настройке оборудования. Тут мне помогали сотрудники моей компании, а точнее — работники первой мануфактуры. Они же и подсказали, кого взять на работу на вакантные должности. Естественно, что средь выдвинутых кандидатур мелькали их родственники. Кузены, сыновья, братья, сестры, от опытных магов, до юнцов, недавно окончивших Хогвартс и желающих устроиться потеплее.