Его маленькое искушение (СИ)
Хер его знает, почему. Говорю же, тупая.
Но, сука, удачливая… Первый раз она Витька обблевала — что даже порадовало. А второй раз вышло все криво. Какой-то бык за нее заступился. Я вовремя свалил, а вот Ростика с Витьком загребли. Только если первый только наблюдал и вообще смог отделаться с помощью грамотного адвоката, то у Князя дела хуже оказались.
Во-первых, экспертиза нашла ссади на его теле, когда Леська сопротивляться вздумала, во-вторых этот пьяный дебил особенно не скрывал, что хотел поразвлечься.
Плел такое, что просто атас.
А следователь попался упертый, на взятки не падкий. В общем, один геморрой. Но в этом есть дофига плюсов.
Теперь вот таскаю Князю передачки. Заодно снабжаю инфой, что вокруг творится.
Такси паркуется по указанному адресу. Оплачиваю с карты матери — я не идиот, светить свои траты.
За несколько сот метров до больницы достаю халат и накидываю на плечи. Дополнительная конспирация, хотя тут все уже договорено — и меня пускают без проблем.
Князь встречает привычным «хуле так долго?»
Требовательно протягивает руку, и я отдаю передачку, а сам сажусь в кресло, стоящее у окна.
Сука… У этого придурка даже палата в тысячу раз лучше, сем моя комната. Привычно давлю в себе ядовитую зависть. Все будет, но позже.
— О, сигаретки… Хорошо.
Витек распаковывает пачку. И вытаскивает сразу две.
— Это тебе за ножки, — ржет имбецил, швыряя мне одну.
Но что делать, забираю. Хоть предпочитаю вейп.
— Ну, рассказывай, что там по новостям?
— Пока ничего особенного, журнашлюхи вроде рассосались, да и в целом ситуация спокойная. Ростик говорит, что твой отец все же сумел эту пизданутую выманить. Вроде о чем-то договорились, но большего он узнать не смог.
Витек кривится, как будто ему яйца зажало.
— Стерва, — шипит сквозь зубы. — Все равно ее выебу. Как только объявится — сразу мне докладывай, понял?
Киваю. И в этот момент звонит телефон. Мать… Как же не вовремя!
Но Князь знаком показывает мне, чтобы поднял трубку. А сам продолжает дымить.
Прижимаю телефон к уху.
— Слушаю…
— Сыночек, — стонет трубка. — Мальчик мой, ты где?
Князь тихонько фыркает, а я морщусь. Говорил же матери завязывать со своими муси-пуси!
— У друга. Что-то срочное?
— Да! Сестрица твоя объявилась, шалава!
Опа… Даже Витек подбирается, перестает дымить. Повинуясь молчаливой команде ставлю связь на громкую.
— … С каким-то мужиком, представляешь? — продолжает выть мать. — Адвокат! Угрожал нам! Говорит, судится будет! А на вид самый настоящий уголовник! Огромный такой…
— Северов, сука! — шипит Витек. — Это у него девка прячется. Он не адвокат! Эй, — щелкает пальцами, — есть разговор.
— Это не адвокат, мам. Я перезвоню…
И сбрасываю.
Витек подскакивает на ноги и начинает нервно шагать из одного конца палаты в другой.
— Слыш, — поворачивается, наконец, ко мне. — Ты же хату себе хотел так?
Черт… По спине тянет ознобом, но я киваю. Да, квартира мне нужна. Очень.
— Поможешь мне достать девку из-под лапы этого чмошника, понял? Будешь делать, что я скажу.
Князь фанатично блестит глазами. Этот ублюдок не привык к отказам, всегда получает, что хочет.
Нервно киваю. Конечно, помогу. А Леська сама виновата. Не хрен было выделываться.
Глава 22
— Готова?
Арс нежно сжимает мою руку. Подбадривает взглядом, голосом, своим присутствием и мне просто стыдно ударятся в панику. Хоть очень хочется.
— Готова!
— Тогда звоним.
Не дав себе опомниться, набираю номер отца. Он может быть не доступен, конечно. В море находится или мобильник опять утопил — бывало такое, но нет.
Через несколько длинных гудков звучит родное до боли:
— Привет, дочка.
— Привет…
Голос ломается, но я быстро беру себя в руки. Стискиваю ладонь Арса и, набрав в грудь воздуза, перехожу к сути.
— … Пап, тебе сейчас удобно говорить?
— Да, я жду машину. Увидимся уже скоро…
Голос у отца мечтательный. Но мне от этого не слишком радостно, спорить готова — он думает о своей ненаглядной Лизочке.
— Тогда послушай.
И Арс врубает запись разговора. Звучит визгливый голос мачехи, потом наша перепалка, потом Арс… И следом грозное:
— Выключи!..
Арс мрачнеет, но повинуется моему кивку — выключает.
— … Что это за дела, дочь? Ты опять?!
От обиды перехватывает дыхание. Я?! Да он слушал вообще?!
Арс готов вмешаться, нутром чувствую, но останавливаю мужчину. Мне нужно самой.
— Опять я виновата, папа? — смеюсь горько. — Елизавета меня последними словами крыла, с порога накинулась… А если она меня убивать будет на твоих глазах? Поможешь ей?!
— Дочь, послушай…
— Нет, это ты послушай! Больше об меня ноги вытирать никто не будет! Ты предатель, ясно? Трусливый предатель, который цепляется за юбку! Готов от родной дочери отказаться, только чтобы твоя Лизочка, — тяну едко, — продолжала дальше тебе лапшу на уши вешать о великой любви. Хватит! Посмотришь, как она запоет, когда квартиру делить станем.
— Да ты в своем уме?! — ревет трубка.
— В своем! Ждите приглашения в суд! А квартира это мамина была, а не твоя! — и первая вешаю трубку.
Из глаз катятся слезы.
Как маленькая, лезу на колени к Арсу и, уткнувшись в крутой изгиб плеча, реву.
Больно, сил нет!
Ну почему мужики мозг теряют при виде красивой бабы? Слепыми и глухими становятся…
По спине скользит теплая ладонь. Арс наглаживает меня, шепчет что-то милое, глупое… Называет умницей.
Умница, ага. Была бы такой — сразу отцу свое «фи» высказала, пока он еще не вляпался. Папа ведь спрашивал! Переживал, как я ко всему этому отношусь. Раздумывал, продолжать отношения или нет… ох, дура я, дура!
Слезы одна за одной впитываются в темную ткань.
Арс дает мне выплакаться и не возражает, что вместо платка я использую его майку. Это так мило!
Но в тысячу раз приятнее чувствовать его молчаливую поддержку. От этого слезы постепенно стихают, а дыхание выравнивается.
— Не могу этого понять, — выдыхаю хрипло. — Как… как можно настолько ослепнуть?
***
Арс
От простого, казалось бы, вопроса, под ребрами появляется ноющая боль.
Леся не пыталась меня уколоть, знаю. Но ее слова попали точно в цель.
Медленно веду ладонями по девичьей спине, словно пытаясь отсрочить момент ответа по одной простой причине — его нет.
На своей шкуре довелось испытать каково это — когда мозгами понимаешь одно, а ведешь себя по-другому.
— Мужики иногда такие придурки, — выдыхаю, целуя Лесю в макушку. — Сначала чувствуешь себя хозяином положения, а потом…
Запинаюсь.
Не знаю, как объяснить.
Это похоже на ломку. Голова соображает, что ни хрена хорошего не будет, но дальше мыслей дело не идет.
Ты полностью зависим. А твой любимый человек превращается в манипулятора, знающего все больные точки. Умеющего надавить, когда и как хочется.
Возможно, однажды меня все это допекло, и я послал Татьяну в пешее эротическое. А может, продолжил таскаться к ней, как лох.
Че-е-ерт, от одной мысли противно!
Не могу сказать, что чувства ушли полностью, но дышать в тысячу раз легче. А все благодаря одной девушке, которая оказалась настоящим сокровищем.
Мистическим образом Леся угадывает мое настроение.
На ее мордашке мелькает печальное ожидание. Она знает, что я могу сказать гораздо больше нескольких жалких фраз.
Только сделать это не получается. Слишком мое прошлое грязное, а будущее — с ним я толком не разобрался.
Обхватываю Лесино личико ладонями и вытираю мокрые щечки.
А потом целую.
Так проще. И может помочь расслабиться.
Не проходит и минуты, как моя крошка увлекается. Сама тянется продолжить, и я не собираюсь играть в мораль. Хороший секс — первое лекарство от тяжелых мыслей.
Поэтому, недолго думая, я опрокидываю Лесю на лопатки и запускаю руку под тонкую хлопковую маечку.