Законы Рода. Том 10 (СИ)

Во-вторых, у каждого из них есть слабое место — голова. Просто повредишь место, где зёрна прячутся, и всё: связь прервана, приказы больше ничего не значат. Правда, если в такой момент я буду под прямым контролем держать мертвеца, то могу успеть восстановить связь и дальше отправить горе-бойца воевать. Но шансы на это, откровенно говоря, невелики. Не представляю себе ситуацию, где я сижу в нычке и, выглядывая в щель, контролирую действия своего мёртвого легиона. Это неэффективно. К слову, так как кости черепа обычно самые крепкие у мутантов, именно поэтому я, если необходимо, вкладываю зёрна именно туда. Но вообще, можно хоть в ногу, хоть в руку, хоть куда зёрна засунуть и провернуть тот же ритуал. Эффект не изменится. Может чуть сложнее контролировать их будет и подтормаживать начнут. Просто если вдруг руку с зёрнами отсекут во время битвы, тело рухнет как подкошенное, а вот рука ещё какое-то время поползает по полю… Жуткая картина, проверяли. Едва с завтраком не расстался.
Третья слабость этой магии — это, безусловно, мои лимиты. Тут всё та же проблема, что была у меня и прежде с контролем своих сил. Я просто не могу толком понять пределы и заливаю эфиром мертвецов, пока они не задрыгают ногами. И чувствую, что больше половины энергии пролетает мимо, рассеиваясь вокруг нейтральной маной. Зато ощущаю предел числа этих самых мертвецов. Могу поднять не очень много, поэтому не видать мне легиона скелетов. Да и если бы мог — это бесполезно. Они слабые, дохнут от одного чиха. Ими пугать разве что живых. А мутантам плевать на их жуткие морды. Зерно в таких тоже как не прячь — легко за счёт свечения заметишь, где оно там парит. В грудной клетке или голове… Разве что броню на них надеть, но всё равно остаётся свет из глазниц. Много с ними мороки, а выхлопа почти и нет. В итоге я вынужден искать того, кто более-менее неплохо сохранился и при жизни имел хотя бы магический источник. С ним как-то попроще… Благодаря его наличию я могу зарядить мертвецов на какое-то время. Всё же силы мои не бесконечные, и эфир у меня в источнике имеет свойство заканчиваться. И, поднимая мертвецов, я отдаю часть своих сил, чтобы они могли двигаться, сражаться и даже использовать магию и собственные техники, если вдруг мозг у них достаточно сохранился для этого.
Но всё это лишь мелочи. Самое главное — я заставил восстать из мёртвых даже Химеру и отправил её бегать вокруг лагеря. Пытался понять, насколько хватит вложенных запасов эфира. Сдохла и упала наземь она на семьдесят втором круге. Неплохой результат. С тех пор я ещё немного поднаторел и теперь, думаю, запасов некротическо-эфирной энергии в их телах на подольше хватит.
В общем, пока я не мечтаю о бессмертных легионах, а оттачиваю мастерство контроля и воскрешения мертвецов. Постепенно я буду делать это быстрее, с меньшими затратами. Думаю, смогу наловчиться управлять этим войском невероятных эрудитов. Хотя бы делать это так, чтобы они, когда бегут в заданном направлении, не подыхали, напарываясь на сучья, падая в ямы с обрывов и ломая себе шеи. Просто. Нужно. Больше. Практики! И время на подумать за чашечкой ароматного кофейку… Было бы неплохо, а то я уже который день только и делаю, что травяные сборы сибирские пью. Конечно, не жалуюсь, потому как бодрят. К тому же в их составе маноизменённые растения присутствуют. Но всё же от чашечки ароматного кофе и круассанчика или даже просто бутерброда с колбаской я бы не отказался… Ну вот, живот пробудился.
Кишечник заурчал, жалуясь на то, что мы так давно с ним хорошенько не кушали.
— Бойцы, привал! Обедаем, убираем за собой мусор и прыгаем в пещеры пушистого. Фома, с тебя прыжок до лагеря.
— Пи!
— Обед? В три часа ночи? — Отложила книгу Гри. — Нет, ну, слово хозяина — закон, конечно…
И распалась белыми нитями на полянке, где мы остановились.
— Босс, а зачем убирать? — Кен уселся первым на землю и начал рыться в своём рюкзаке. — Лес огромный, толку с этой пары банок паштета, брошенных на землю?
— Затем, дубина, что это наш будущий дом. Здесь и так мутанты нагадили прилично… К тому же пластик с алюминием будут разлагаться дольше, чем твои кости после смерти. А прибью я тебя уже сегодня, если ты опять за собой не уберёшь и придётся ждать, пока Гри всё подчистит за тобой, свинтус. Береги природу, мать твою!
  
— Ладно-ладно… — пробурчал он, вытащил бутылку пива из рюкзака и открыл её зубами.
Вот гад… Причём дважды. Во-первых, зубы не жалеет, а регенерируют они у него в случае «фиаско» при открывании за мой счёт. А во-вторых, я тоже пива хочу… Но я не взял. Мы ещё до выхода договорились друг друга не объедать. И каждый сам тащит свою еду, чтобы капитана нашего не напрягать мелочью лишний раз. Ему и так работы едва ли не больше всех перепадает с этими попытками вместить всю нашу добычу в его берлогу.
Надо бы туда всё же зайти. А то мне даже не по себе как-то… Столько раз планировал и… Словно проклятье какое-то. Только договорюсь с ним, и сразу какое-то приключение находится то на мою, то на хомячью пятую точку. И становится резко не до этого. Вот и сейчас я сижу, планирую, а на душе кошки скребут. Нет, не буду я тебе говорить, Фомченко, о своих планах. Проклятье надо снять! Резко и разом. Бах — и я в твоей общаге для фамильяров. Хожу, осматриваю склады и всё остальное. Тогда точно неудача не успеет к нам прицепиться!
— О, первая ласточка сдохла… — почувствовал я прервавшуюся связь с одним из мертвецов, что бежали от нас километрах в тридцати уже.
Из минусов: я пока не научился понимать на таком расстоянии, что с ним случилось. Знаю только, что сдох.
Остальные марафонцы пока дальше бегут. Последим ещё немного. Причём дружно так, одной толпой бегут. Я прям вижу, как мои эфирные нити тянутся в одну сторону, составляя полноценный зелёный канат.
Сухой паёк закончился до обидного быстро, и я с завистью смотрел на остальных. Виви закатила глаза и передала мне помидор.
— Спасибо, доча.
— Пожалуйста, па. И не смотри на мою еду, ладно?
— Фома, — глянул я в сторону своего соратника, — дай шоколадку укусить.
— ПИ! — Пушистый сграбастал все свои лакомства, что были больше по размеру, чем он сам, и исчез, после чего в мою голову полетела шишка.
Даже отбивать не стал.
— Эх, фамильяры… Ладно, на базе нормально поем. Не отбирать же у вас еду, да? Жужжа, куда ты тащишь картошку? Откуда её вообще мешок взялся? Ты что, Фому подкупил и он тащит её для тебя?
— Ж-ж-ж-ж…
— Ой, да всё с вами понятно! Ешьте давайте.
И всё же смотрю я на мертвецов и понимаю, почему так плохо к некромантам относятся. Омерзительные твари. Бесполезные и глупые. Другие некроманты, может, и владеют более изящными техниками, после которых не столь заметно влияние магии смерти на этих монстров… Но, скажем прямо, монстры и при жизни не красавчики, от которых пищат в восторге девчонки. А от мёртвых и подавно. Если же воскрешать мертвецов из людей… Что же, это всё ещё выглядит ужасно, как ни крути. Даже аморально, на мой скромный взгляд.
Пока я лежал и размышлял, пытаясь понять разницу между зомби и ожившим мертвецом с точки зрения некромантии и магических техник, необходимых для создания одних и вторых, уже прошёл час. Все доели, собрались и выстроились в ряд перед Фомой.
— Пи! — показал он пальцем на Жужжу. Тот кивнул, а затем исчез.
— Пи! — мохнатая лапка указала на Виви. Та причмокнула, закатила глаза и сложила руки на груди.
— Да готова я, готова! — недовольно сказала она.
Всё же ей не нравится находиться в логове Фомченко…
Дальше по очереди отправились в царство пушистого маньяка все остальные. Последней была Хлоша, что сонно зевала и обнимала своих энтов.
— Пи? — указал он пальцем на меня.
— Давно уж готов. Погнали, — показал я ему большой палец, и мы телепортировались на нашу сибирскую базу. Наш аванпост, что однажды станет полноценной точкой, с которой мы отправимся на зачистку Сибири от всякой гадости. Или одной из точек…
Сейчас-то мы просто от излома к излому шагаем и многих мутантов пропускаем. Хотя Пятнышко носится за ними как угорелый. С Йобжиком на пару… Но всех они не переловят. Нужна тотальная зачистка. Но это мы потом проведём. Заодно гостям продемонстрируем.