Законы Рода. Том 10 (СИ)

В общем, жуткий вой моей клыкастой приёмной дочери был прерван ещё на вздохе, что и спасло наши барабанные перепонки. Когда Виви недовольно засопела и перестала рыпаться, все облегчённо вздохнули. Угроза позади…
Мы ведь как, уже разок испытали её ультразвуковой крик во время обороны арендованного и даже более менее оставшегося целым поместья. Правда, это было так давно, что мы даже подзабыли, какого оно. И что в итоге? Вчера, когда мы пошли за экземплярами для испытания моей усовершенствованной техники подъёма мертвецов, Виви увидела стаю летучих мышей. Естественно, мутировавших. И, естественно, она была в восторге и тут же попыталась с ними пообщаться. И, естественно, чуть-чуть не рассчитала громкость… В итоге половина подземелья вымерла, а мы дружно зельями здоровья отпаивались, чтобы восстановить слуховой аппарат и сердечный ритм.
В общем, её мыши не приняли, она на них обиделась и ушла. Мы же хорошо усвоили урок.
— Ладно… Чёрт с ним. Главное: они все понимают, что от них требуется, — махнул я рукой и велел моей неживой гвардии подняться, топать в лес и зачищать всех мутантов, каких они только встретят на своём пути вперёд. — Осталось проверить, на каком расстоянии я могу поддерживать с ними связь.
Мутанты, поднятые дьявольской силой с нотками эфирной магии, побежали вперёд. Они специально шумели. Чтобы внимание привлечь. Мутанты таких, как они, не боятся, несутся на зов битвы. Обычно… А вот простые животные тут же разбегаются. Даже хищники. Уже был пример, когда нашествие случилось на меня и моих соратников. Эманации смерти распугивают животных не хуже, чем «Раптор» комаров.
Что ж, мертвяков отправил, а мы можем потихоньку собираться. Ночь на дворе, а до лагеря ещё сотню километров пилить. Хотя с этим Фома поможет. Да и рядом ни одного излома не наблюдается. До ближайшего дальше, чем до лагеря. Вот завтра вдвоём с Фомой туда и сгоняем, как только разберёмся с добычей этого излома. Кстати, надо проверить, сколько места у него в его логове осталось. Заодно и улов сбагрим бойцам деда, которых я попросил приехать ради этого дела. Всё-таки мои фамильяры, как сказал командир боевого отряда, что привозил нам паштет, помидоры и картошку в прошлый раз, «в натуре звери». И я его понимаю. Сам не по-аристократически от них офигеваю.
Ладно я весь из себя маг эфира, уничтожитель монстров. Могу в одиночку изломы закрывать, пожиная их, словно смерть косой. Но фамильяры-то не отстают от меня. Жужжа так наловчился камни грызть и долбать, что теперь нам рудокопы да шахтёры и вовсе не нужны. Хотя ему помогает орава грибов-переростков, энты, которые корнями дробят горную породу, Хлоша, вытаскивающая вместе с ним валуны весом в тонну, а порой и больше.
Йобжик тоже оказался крайне полезным. Нюх у него получше, чем у Пятнышка, всякие корешки, травушки, грибочки находит на раз-два. Я даже специально им экзамен с зачисткой излома устроил — часики свои не использовал, — и был ошеломлён результатом: девяносто процентов всех полезностей достали. Виви даже на скрытые полости, металлы и всякие кристаллики в стенах, полу, потолке длиннющих коридоров указывала почти безошибочно. На вопрос: «Как ты это нашла?», ответила просто и лаконично: «Они резонируют».
В общем, я всем за сегодняшний день ставлю зачёт. И фамильярам, и себе. Прям настоящая бригада спецов по зачистке изломов получилась. Идеальный отряд! Есть и ультимативные бойцы вроде Гри и Пятнышка, и шебутные шустрые разведчики-садисты, и неадекватно сильная девочка, способная ударом руки сломать лапу даже Химере. Жужжа — тоже кадр. Он практически бессмертный. Пробить его броню — та ещё морока, да и всякие магические атаки из-за свойств моего эфира практически не вредят моему первенцу. Красавцы!
К некромантии я нашёл свой подход. Подражая другим, но не зная некоторых секретов и не разбираясь в «душеловстве», которое было необходимо в большинстве случаев, я просто не мог повторить то, что делали другие некроманты. Вот эти все мифические техники с призывом свободной души или же накоплением оных при убийстве живых существ — я в этом не разбираюсь совсем. Все мои знания о душах живых существ заканчиваются на кольце главы рода и какой-то необычной области в ней, где сейчас живёт дух моего бати и ждёт, пока я стану сильнее. Так что мне надо набраться силушки богатырской и магической. И это происходит, даже если я ничего не делаю.
  
Здесь, в Сибири, я день ото дня прямо каждой клеточкой ощущаю, как становлюсь сильнее, целостнее. Моё тело буквально купается в мане, пропитывается им. Я буквально постоянно чувствую приятный зуд. И силу воителя я специально не применяю, и она копится так быстро, как никогда прежде.
Я словно кочевник, что пересёк пустыню и набрёл на оазис, с лютой жаждой припал к спасительным водам и пытаюсь напиться. И никак не могу остановиться. И если как воитель я не могу до конца оценить эффект своей «командировки» — просто чувствую, что становлюсь сильнее, — то вот моё магическое основание ежедневно прибавляет по колонне и не собирается останавливаться. Я даже уходить боюсь. Для меня важны эти часы нахождения в девственной природе аномальной Сибирской зоны.
Интересно, попытаются ли из меня вытрясти информацию о том, как я поднимаю из мёртвых местных мутантов? Думаю, я не смогу объяснить подход ни Романовым, ни своим союзникам, ни даже родным и близким. Даже если захочу. Нужно, конечно, всего ничего: эфир, туша поцелее, и нетронутое, неизвлечённое зерно монстра. А если его извлекли, то не беда! Просто придётся в голову воткнуть уже не одно, а как минимум два зерна. Лучше даже три. А дальше просто применяем созданную мной в момент озарения магическую технику: тянемся и присоединяемся нитью эфирной силы, что исходит от моих источника и души, находим зерно или зёрна и насыщаем до тех пор, пока зёрна не начнут «оживать». Дальше продолжаем оживление эфиром, возбуждая зёрна, полные маны, и ждём, пока обезумевшая сила мутанта не восстановит контроль над мёртвым телом. Ему всего-то и нужно, что до источника маны монстра добраться. А если его нет… То и воскрешения нет.
Всё кажется простым, но, если бы не серия случайностей во время моих экспериментов, я бы никогда не додумался до этой последовательности. Мне нужно не просто силу свою направить, мне ей надо придать правильный «посыл», «содержание». Прямо как я это делаю со своими соратниками, кого одариваю защитным симбионтом, или же с врагами, кому подселяю симбионта контроля, способного не просто убить, а отправить при жизни в ад, полный боли и страданий, так и здесь я задаю нужный приказ и наслаждаюсь эффектом. Мертвецы возвращаются в мир живых, чтобы выполнить заложенный в них приказ. Обычно он простой: восстанови тело, используя дарованную силу. И так как эти плоды творения Берестьевской некромантии связаны со мной, я всё ещё могу отдать им новый приказ или заложить сразу несколько приказов в их головы. Тут главное — не переборщить. Мозги у некоторых знатно перекошены, и приказы такие мутанты могут выполнять… специфическим образом.
Вот, например, мой второй подопытный имел травму головы, из-за чего и помер. И когда я ему сказал: «Беги „туда“», — он побежал прямо туда, игнорируя препятствия. В итоге умер ещё раз, когда в «надцатый» раз с размаху врезался в дерево. Шея сломана, голова пробита суком через глазницу. Гений! Но что с него взять… И ведь так упёрто шёл вперёд! Никакого чувства самосохранения. И так выходит, что не всегда они достаточно живучи. Особенно если заменить или отменить приказ о самовосстановлении.
Слабых сторон у этих гниющих гвардейцев хватает. Во-первых, как мы уже выяснили, — они довольно тупые. Впрочем, не сказал бы, что и при жизни подопытные блистали интеллектом. А что уж говорить, если в качестве тела зёрнам с частичкой моей некромантской души предоставлено безмозглое тело? Да, скелета я тоже поднял. Эти вообще тупые, как говорится, «в квадрате». До ужаса просто… Каждый шаг контролировать нужно! Тупые как пробки — это именно про них сказано. И источник у таких мертвецов обычно… можно сказать отсутствует. Если при жизни не было его то вообще поднять невозможно, если был — то он успешно разрушается матушкой природой и законами магии, но неплохо так напитывает кости мертвеца, что и позволяет ему шевелиться после моего «воскрешения». По сути — мясо расходное на поле боя. Отправил на смерть и забыл. Остаётся лишь надеяться, что подобные хоть кого-то прибьют или хотя бы отвлекут.