Частица тьмы

Но кто? И почему?
Дженна что-то шепчет у меня в голове, она знает. Говорит: «Смотри».
Мы с ней как будто во сне, но я не сплю. Она показывает мне огонь, тот, первый. Когда она оказалась запертой в комнате, и стены начали светиться. Мне хочется убежать от этого воспоминания, но она не дает. И впервые я вижу ее после пожара, какой она видела себя: неясная темная тень. Некая форма, видеть которую могли только выжившие. Но теперь у нее нет даже этого.
  
Дженна показывает, что случилось потом: всюду, куда бы она ни направилась, за ней следовала смерть. Она была источником заражения.
Но я все равно не понимаю, какое отношение это имеет к Септе.
Дженна все еще здесь, хочет, чтобы я догадалась сама. Я чувствую ее нетерпение.
Септа была выжившей, как и Дженна. Она тоже погибла в огне.
Минуточку. Не превратило ли это ее в еще один источник заражения? Если кто-то убил Септу, возможно, он хотел создать еще одну инфекцию, какой была Дженна. Но зачем кому-то устраивать это намеренно?
Она же разнесет болезнь во все стороны! Кто в здравом уме может этого желать?
  
11
 
ШЭЙ
 
На следующее утро Иона даже не отвечает мне.
Она пребывает в какой-то полудреме — это я вижу по ее ауре, — и хотя слышит меня — по крайней мере, на каком-то уровне, — никак не реагирует. Не хочет или не может — не знаю.
Я вздыхаю. Она такая бледная, такая худая. Не ест, не разговаривает, слабеет, и я боюсь за нее и за всех нас. Нам надо уходить отсюда поскорее — я чувствую это всеми фибрами души.
Пытаюсь вспомнить, как приспосабливалась сама, когда только стала выжившей. Может, я и не переставала есть и разговаривать, но одно время принять перемены было нелегко.
И до сих пор бывает трудно.
Конечно, тогда со мной был Кай — лучшего стимула для выздоровления и быть не могло. И Дженна тоже была там, хотя и выдавала себя за Келли. Она помогала мне, несмотря на то, что я долго отказывалась принять ее существование.
— Иона? Пожалуйста. Ты нужна мне. Мне надо, чтобы ты поправилась: надо, чтобы ты хотела этого. — Я глажу ее по волосам, надеясь, что она слышит и понимает, что я говорю.
На пороге возникает Келли.
— Слышала вертолет?
— Мм? — Я поворачиваюсь, когда до меня доходит смысл ее слов. — Нет, не слышала. А был вертолет?
— Вы обе спали. Я пошла посмотреть. Какая-то девушка и мальчик с котом вышли из вертолета вместе с Ксандером.
— Ты знаешь, кто они?
— Нет. Я их не узнала.
Мне становится нехорошо. Что дальше? Исцелять новых больных, которые будут лежать, безмолвные и неподвижные, как Иона?
Может, и не стоило бы лезть в это, но когда меня останавливали такие соображения?
«Ксандер?» — Я мысленно зову его.
«Да?»
«Кто был в вертолете?»
«Приходи к моему дому и узнаешь. Мы будем там через несколько минут».
«Тебе обязательно играть в эти игры?»
Он весело: «Да. Приведи с собой Келли».
Мы слышим голоса раньше, чем видим людей. Они возле дома Ксандера.
И в одном из голосов что-то знакомое — он женский, девичий. Я простираю сознание как раз, когда они выходят из-за угла, у меня отвисает челюсть.
— Фрейя? Это и вправду ты?
— Шэй. — Она улыбается, протягивает руки и в лондонской манере целует меня в обе щеки, а у меня в голове безумная круговерть мыслей. Она приехала сюда, чтобы найти нас? Я просила Фрейю передать Каю, чтобы пришел за мной и Келли. Означает ли ее появление здесь, что Кай тоже где-то рядом? Невольно сканирую пространство в поисках Кая, но нигде ничего.
Мне хочется — нужно — поговорить с Фрейей, расспросить ее обо всем этом, но в присутствии Ксандера я не осмеливаюсь.
Я настолько поглощена своими переживаниями, что не сразу замечаю мальчика, который стоит сбоку, чуть позади Фрейи. Ему лет двенадцать, и у него аура выжившего, но она приглушена. Его представляют как Уилфа, и он бормочет «здрасьте».
— Келли? — говорит Ксандер. — Не могла бы ты показать тут все Уилфу?
Она заметно ощетинивается.
— Отсылаешь детей, чтобы взрослые могли поговорить? Прекрасно, — бросает она. — Пошли.
Келли разворачивается и уходит прочь. Уилф смотрит на Фрейю — безмолвный диалог? — и трусит вслед за Келли.
— Ты, наверное, гадаешь, почему я здесь, — говорит Фрейя. — Решила, что совершила ошибку. Мне надо было поехать с вами с самого начала. Мое место среди таких, как я.
Она что-то скрывает, но я не хочу приглядываться слишком внимательно, чтобы не привлечь внимание Ксандера.
— Теперь поведай Шэй, что побудило тебя сделать такой выбор, — предлагает Ксандер. — А еще лучше покажи ей.
По ее ауре пробегает тень печали и гнева.
— С Уилфом была девочка на несколько лет старше. Ее звали Эзра, — рассказывает Фрейя. — Военные выследили их. Уилф прятался на дереве. И они не нашли его, но вот что он видел. — И она показывает мне воспоминание Уилфа. Так вот почему его отослали вместе с Келли — чтобы лишний раз не напоминать об этом? Эзра бежит, и я содрогаюсь от ужаса, когда ей стреляют в спину. Она пытается уползти, и в нее стреляют еще раз, добивают.
К глазам подступают слезы.
«Никому из нас больше нет места в этом мире, — безмолвно говорит Ксандер нам обеим. — Мы должны создать свой мир».
Келли с Уилфом возвращаются. Фрейю с мальчиком ведут в один из многих домов, опустошенных эпидемией, и Ксандер поручает найти для них все необходимое.
Но прежде чем отправиться на новое место, Фрейя молча шепчет только мне: «Давай поговорим вечером. Я позову, когда буду одна».
День тянется медленно. Иона все такая же, Келли не в настроении, держится особняком. Пожалуйста, Фрейя, пусть у тебя будут для нас хорошие новости. Мне нужна помощь.
Мне нужен Кай.
Надежда, за которую в последнее время так трудно было держаться, теперь вновь поселяется у меня в душе.
Фрейя наконец-таки подает голос. Говорит, что Уилф спит, и просит прийти в их домик. Я потихоньку выскальзываю в темноту, внимательно сканирую все вокруг, но не вижу и не чувствую никого.
Фрейя ждет меня. Дверь открывается, когда я подхожу ближе.
На этот раз мы обнимаемся уже по-настоящему. Она втягивает меня в маленькую кухоньку. Черно-белый кот проскакивает у нас под ногами. Она пытается прогнать его на улицу, потом сдается и закрывает дверь. Мы садимся, а кот, мяукнув, запрыгивает ко мне на колени.
Фрейя смеется.
— Это кот Уилфа, Мерлин. Ты нравишься ему больше, чем я.
— Я так рада, что ты здесь, Фрейя.
— Так здорово видеть тебя. Все хорошо?
— Не совсем. Нет. Так много всего произошло. Но сначала скажи: ты здесь действительно по той причине, о которой говорила?
— А ты как думаешь?
— Я не думаю, я надеюсь, что у тебя была причина назначать встречу поздно вечером.
— Да. У нас ведь свои секреты, правда? И тебе удалось сделать то, что казалось нам невозможным: ты нашла Келли. Теперь надо придумать, как доставить ее домой.
— Значит, ты приехала, чтобы найти нас?
— Конечно.
Я едва не падаю от облегчения. Значит ли это, что Кай ждет нас где-то? Я так сильно надеюсь на это, что даже не решаюсь произнести его имя вслух. Но теперь надо думать не только о Келли и Кае.
  
— Положение сильно усложнилось., из-за Ксандера.
— Я не удивлена. Что вообще с ним такое? — спрашивает Фрейя. — Что такое он плел сегодня про создание собственного мира, вроде как мы можем захватить власть или что-то в этом духе.
Я качаю головой.
— Да уж. И не только это.
— Расскажи мне про него. Расскажи обо всем, что здесь происходит.