Частица тьмы

— Пожалуйста, не уходи, — говорю я и иду за ним. Но он просто вышел в переднюю и сидит на полу у приоткрытой двери.
Может, голодный?
На тарелке лежат остатки сыра, и я разламываю его на кусочки и один протягиваю ему. Он нюхает его и осторожно берет своим шершавым, влажным языком.
Еще? Протягиваю другой кусочек, потом еще один.
— Тебе нужно дать имя. Как бы ты хотел зваться? — спрашиваю я, но тут он идет к двери, лапой приоткрывает ее чуть шире, и у меня падает сердце. Неужели все-таки уходит?
  
Я встаю и подхожу к двери, чтобы попрощаться, если это так, но через дверь вижу кое-что еще, кое-что неожиданное. Там девушка, постарше меня. Кажется знакомой, но я не понимаю, почему, и ощущаю неясное беспокойство. Одета так же, как и все члены общины, на шее поблескивает золотая подвеска, но я не узнаю ее. Им запрещено разговаривать со мной, но я знаю, как все они выглядят. Кто же она и почему стоит здесь?
Девушка улыбается, наклоняется и гладит моего кота.
— Его зовут Чемберлен, — говорит она, и я потрясена: она разговаривает со мной? Нужно войти в дом и закрыть дверь, но я не хочу потерять Чемберлена.
Я с трудом обретаю голос.
— Это твой кот? — с грустью спрашиваю я. Наверняка она заберет его.
— Нет, — отвечает моя странная гостья. — Он свой собственный. Он приходит и уходит, когда пожелает. Должно быть, ты нравишься ему, если он пришел сюда.
И я улыбаюсь Чемберлену и ей. Она улыбается в ответ.
— Я Шэй, — говорит она.
— А я Лара.
— Приятно познакомиться. — Она протягивает мне руку, и после некоторых колебаний я протягиваю свою. Девушка пожимает ее своей теплой и твердой ладонью. И отпускает с некоторой неохотой.
— Я беспокоилась о Чемберлене, поэтому пошла его искать. Ничего, если я ненадолго зайду?
Я бросаю нервный взгляд на дверь. А если Септа вернется? Она не рассердится?
Словно услышав мои мысли, хотя я не почувствовала никакого внутреннего контакта, как чувствую с Септой, она качает головой.
— Все будет хорошо, обещаю.
И я почему-то верю ей.
— Ладно. Входи.
Я включаю маленькую лампу, и она входит. Это так… непривычно. Никогда раньше у меня не было гостей, а сегодня целых двое: Чемберлен и Шэй. Мы вместе садимся на диван, Чемберлен у наших ног. Он переводит взгляд с одной из нас на другую, словно что-то взвешивает, потом запрыгивает и укладывается наполовину на Шэй, наполовину на мне.
— Ну, спасибо тебе большое, — усмехается Шэй, — что мурлыкающая половина досталась Ларе.
Я смеюсь и почесываю его за ушами, а он вознаграждает меня громким мурлыканьем, как она и сказала, но больше не выглядит сонным. Через минуту кот встает и начинает обследовать комнату, заглядывая в темные углы и за стулья.
— Может, хочет поиграть, — говорит Шэй.
— С чем?
— Есть что-нибудь, за чем он может погоняться, к примеру, клубок ниток?
— Думаю, на кухне есть веревка.
— Отлично.
Я отыскиваю веревку, отрезаю кусок ножом. Покачиваю одним концом перед носом Чемберлена, он смотрит на нее, но не двигается с места.
— Давай, я попробую? — говорит Шэй. Я отдаю ей веревку, она заходит за стул, конец веревки тащится следом и исчезает. Кот припадает к полу, замирает и неожиданно прыгает за ней.
Шэй бежит вокруг стула, Чемберлен гонится за веревкой, и я улыбаюсь.
— Твоя очередь, — говорит она и отдает мне веревку. Я делаю точно так же, только захожу за диван, и это срабатывает! Потом я бегаю по всей комнате, вокруг стола и стульев, и кот носится за мной. С разбегу запрыгивает на стол и, не успев затормозить, падает с него, и при этом выглядит так уморительно, что я не могу удержаться от смеха.
— Что здесь происходит?
Я резко оборачиваюсь и вижу Септу и Ксандера, стоящих в дверях.
  
6
 
ШЭЙ
 
Я стою между Ларой-Келли и двумя взрослыми. Она пугается на долю секунды, но потом ее с ног до головы омывает спокойствие — это делает с ней Септа, и меня страшно злит, что она навязывает Келли те эмоции, которые сама считает нужными, но я старательно скрываю свои чувства.
— Мы играли, — говорю я. — С котом.
— Да, — подтверждает Лара. — С Чемберленом, — добавляет она, словно гордится тем, что знает, как его зовут.
— Иди в свою комнату, Лара, и оставайся там, — велит Септа, но она не просто говорит, а заставляет Лару переступать ногами, шаг за шагом, пока та не оказывается в своей комнате и не закрывает дверь.
— Тебе было сказано не приходить сюда, — говорит она мне.
— Я искала Чемберлена.
— И совершенно случайно нашла его здесь.
— Да.
— Верится с трудом.
Я ничего не отвечаю, просто стою, сложив руки на груди.
Ксандер вскидывает руку.
— Мир. Мне все равно, как Шэй попала сюда, пришла она за котом или после кота. Я вижу только, что моя младшая дочь выглядит намного счастливее с этим глупым котом и своей непослушной сестрой, чем за все последние несколько месяцев, и что бы тут ни произошло, это явно пошло ей на пользу.
Септа потрясена до глубины души. Это отражается в ее ауре.
Чемберлен тоже выглядит оскорбленным.
— Уверена, этот глупый кот поумнее многих психиатров, — говорю я, и Септа вспыхивает от злости. — Он, наверное, не играл так с тех пор, как был котенком, но понял, как заставить Ке… простите, Лару, улыбаться. И сделал это.
— И ты тоже, — говорит одобрительно Ксандер. — Здесь есть еще одна спальня, не так ли? — обращается он к Септе.
— Да, но… — начинает было Септа.
— Приготовь ее для Шэй. Они могут жить здесь вместе.
Очередные безмолвные возражения. Ксандер качает головой.
— Сделай, как я сказал, — холодно говорит он вслух мгновением позже.
«Ну, что, съела, Септа? Мне даже не пришлось подмазываться к тебе», — говорю я мысленно, но ее зрачки сужаются до щелочек. Наверно, не закрылась как следует.
— На сегодня и диван вполне подойдет, — говорю я вслух.
Септа берет себя в руки.
— Поговорим завтра. Мы должны установить рамки, за которые тебе нельзя выходить. Может, сегодня ей и лучше, но ты легко можешь спровоцировать вчерашний рецидив, если не будешь осторожна.
В этом Ксандер согласен с Септой, поэтому я киваю и говорю, что завтра мы это обсудим.
Они наконец уходят.
— Лара? — зову я от двери.
— Да?
— Хочешь сейчас спать или выйдешь и поговоришь со мной или с Чемберленом?
— Я не могу выйти из комнаты, — отвечает она после короткого молчания. — Так сказала Септа.
Я закатываю глаза.
— А я могу войти?
— Да! — тут же откликается она.
Я открываю дверь.
Она в кровати. Глаза сияют.
— Вы с Чемберленом будете теперь жить со мной? Правда?
— Ты ведь слышала. Да, правда. — Поняв намек, кот запрыгивает на кровать и сворачивается клубочком рядом с ней. — Здесь с тобой никто никогда не жил?
— Нет. То есть Септа постоянно навещает меня, особенно в последнее время. А до этого у меня был маленький домик рядом с ней.
— И ты жила одна?
— Да, — отвечает она и начинает гладить Чемберлена, потом замирает и смотрит на меня округлившимися глазами.
— А Септа не заставит тебя уйти…
— Нет. Ксандер сказал, что я могу остаться.
— Но он не всегда здесь. — Она встревожена.
— Зато буду я всегда. И Чемберлен тоже. Мы никуда не уйдем.
— Правда?
— Правда. — Повинуясь порыву, я обнимаю ее, как сделала бы, если бы это была Беатрис — девочка гораздо младше, которую я знаю немного лучше, — но почему-то кажется, что сейчас это именно то, что нужно. Она поначалу немного скована, словно не понимает, зачем это, но потом обмякает, и когда я начинаю отстраняться, удерживает меня на секунду, прежде чем отпустить.
  
— Может, пора спать? — спрашиваю я. — Уже поздно.
Она послушно ложится, закрывает глаза.
«Оставайся с ней, Чемберлен», — мысленно прошу я, хотя могла бы и не просить. Ему здесь нравится.