Извращенные эмоции

– Может, мы и психопаты, но по сравнению с тобой и Римо любой психопат покажется адекватным.
Я знал, что мы с Римо стали такими в результате одного и того же. Животные приспосабливались к окружающей среде, когда хотели выжить. Это было частью эволюции, которая иногда происходила в небольших масштабах – в пределах одного существа. Римо поддался эмоциям, дал им волю и в результате уже с трудом контролировал свою ярость.
  
Мое же тело выжило, полностью избавившись от эмоций. Я предпочел адаптироваться по-своему. Это делало жизнь более предсказуемой.
Адамо еще не родился, когда мы с Римо стали теми, кем являемся и сегодня, а Савио было всего три года. Он был слишком мал, чтобы что-то понять или запомнить. Они не разделяли наших с Римо наклонностей.
– Я вполне способен делать то, чего ожидает от меня общество, если сам этого захочу.
– И ты хочешь жениться ради перемирия?
– Это единственная причина, по которой я вообще задумался бы о женитьбе, – честно ответил я. – На самом деле у брака нет других целей. Мне не нужно общение. Я получаю его с братьями и Фабиано. И для того, чтобы удовлетворить потребность в сексе, брак мне тоже не нужен. В Лас-Вегасе для этого достаточно женщин.
Лука мрачно усмехнулся.
– Верю.
– У меня сложилось впечатление, что ты поддерживаешь идею брака между членами наших семей.
– Не то чтобы поддерживаю, но, как ты уже сказал, это логичный выбор. Я должен думать о Семье и о своей собственной семье. Не хочу, чтобы вы, безумные ублюдки Фальконе, висели у меня на хвосте. Предпочитаю, чтобы вы превратили в ад жизнь Кавалларо. У меня и так дел по горло с Братвой. Я не хочу с ним связываться. И тот факт, что вы собираетесь убить Скудери максимально жестоким способом, который вообще может прийти в голову, – это еще один бонус.
– Значит, договорились. Учитывая историю твоей семьи, ваши капитаны и подручные тоже, как я полагаю, поддерживают этот союз.
– Их мнение всегда совпадает с моим, но браки по договоренности, конечно, очень популярны в Семье.
Даже в Каморре подобные браки все еще пользовались популярностью.
– А ты уже выбрал для меня женщину?
Лука сжал губы.
– Думаю, ты не удивишься, что большинство моих подручных и капитанов не горят желанием отправлять своих дочерей в Каморру. У Фальконе сложилась определенная репутация.
– Я вполне способен выполнять свои обязанности мужа. Я могу обеспечить ей защиту, стать отцом ее детей, и деньги тоже не проблема.
Лука поморщился.
– На это мне насрать. А вот что мне хотелось бы знать, так это придется ли мне нападать на Вегас, чтобы спасти свою кузину от тебя с твоими братьями.
– У тебя не возникнет для этого повода, но даже если бы ты попытался это сделать, Лас-Вегас для тебя слишком жесткий. Но уверяю тебя, что моя жена никогда не столкнется с насилием. – Я сделал паузу. – А вообще, хотелось бы напомнить тебе, что именно твоя семья все еще продолжает демонстрировать окровавленные простыни, а не наша. Это вынуждает мужа действовать в первую брачную ночь.
– Некоторые традиции нельзя отменить.
– Но вопрос остается: у тебя есть кто-нибудь на примете?
Лука кивнул.
– Одна из моих кузин достигла брачного возраста. Ее опекуны предложили ей вступить в брак. Она не будет переживать, покинув Семью.
Я прищурился.
– Опекуны? Что не так с этой девушкой?
– Все нормально. Она более чем способна стать женой. Дело в том, что ее отец, мой дядя, был предателем, и многие не дают ей об этом забыть. Она воспитывалась у нашей тети Эгидии.
– Значит, подсовываете нам дочь предателя. Кто-то другой счел бы это оскорблением.
– А твой брат Римо тоже так посчитает?
От Римо можно было ожидать чего угодно, но на историю семьи ему было абсолютно наплевать.
– Римо судит о людях по их собственным поступкам, а не по ошибкам их родителей. А она все равно остается твоей двоюродной сестрой.
Он потянулся к заднему карману, и я взялся за кобуру.
Тело Луки сковало напряжение.
– Телефон. – Достав мобильный, он через мгновение повернул его ко мне. На экране было изображение молодой женщины с темно-карими глазами и почти черными волосами, однако ее кожа была довольно бледной, видимо, она очень редко выходила из дома.
– Это – моя кузина, Киара Витиелло. Девятнадцать лет. Благородная женщина, – эти слова он произнес с ноткой предостережения.
– Подходит, – кивнул я.
Лука снова убрал телефон в задний карман, а затем вздохнул.
– Тогда по рукам.
Той ночью я вернулся в наш особняк поздно. Римо, как обычно, не спал. Он никогда не проводил в постели дольше нескольких часов. Как только я вошел в нашу игровую комнату, он встал с дивана. Савио и Адамо были увлечены видеоигрой: какими-то гонками. Адамо побеждал. Как и в реальной жизни, он хорошо водил.
– Ну? – с нетерпением в голосе спросил Римо. Я не понимал, надеялся ли он, что после сегодняшней встречи Лука мне откажет и у нас будет повод напасть на Семью, или и вправду хотел перемирия. Римо был хорош только в создании хаоса и насилии.
– Он предложил мне одну из своих кузин, Киару Витиелло.
– Если ее Семья Витиелло, то ее отец, скорее всего, один из тех дядей-предателей Луки.
– Ты прав. Ее отца убили за то, что он предал Луку.
– Так он нам отдает дочь предателя? – тихо спросил Римо. – Нас-то такие вещи не слишком волнуют. – Римо метнул один из ножей в кресло, и тот вонзился в кожу, в которой уже было много отверстий. – А вот Семью – да. Видимо, этот высокомерный мудак хочет этим браком что-то до них донести.
– А может, Нино – это что-то вроде наказания для нее, – протянул Савио, и автомобиль, которым он управлял, врезался в стену. Его карие глаза загорелись, как мне показалось, веселым огоньком. Адамо, похоже, не был рад тому, что победил. Отложив в сторону контроллер, он взглянул на меня с выражением, которое, вероятно, выражало скуку.
– Иногда мне кажется, что Нино – и для меня наказание, – сказал Римо. – Логично, что Лука наказал бы свою кузину, выдав ее за Нино.
Я тоже об этом задумывался, но Лука был не из тех, кто будет таким образом наказывать женщину, особенно ни в чем не виноватую.
– Если бы не я, тебя бы уже давно не было в живых.
Римо пожал плечами.
– Может. Мы никогда этого не узнаем.
– Так ты что, правда женишься? – уточнил Адамо. Его волосы сильно отросли и падали на глаза, так что ему приходилось постоянно откидывать пряди назад. В отличие от меня он никогда не собирал их в хвост и не зачесывал.
– Правда.
– Но ты ведь в глаза не видел эту женщину. Что, если она начнет тебя бесить? – Адамо не мог скрыть удивления.
Савио закатил глаза.
– А ты можешь еще более по-бабски говорить? Трахнись уже с кем-нибудь.
Адамо залился краской.
– Заткнись.
– Да ладно, тебе уже почти четырнадцать. Когда я был в твоем возрасте, то уже переспал с несколькими девчонками. – Савио взглянул на Римо. – Запри его в комнате со шлюхами. Пусть они из него мужика вылепят.
Адамо толкнул Савио в плечо.
– Заткнись! Мне не нужны твои шлюхи.
– Если хочешь стать настоящим Фальконе, ты не можешь быть долбаным девственником. Это же просто убожество. А может, ты педик?
Вскочив, Адамо набросился на Савио. Оба, повалившись на пол, начали молотить друг друга кулаками.
В отличие от Савио Адамо еще никогда не дрался в клетке, так что нападать было не самым разумным решением с его стороны.
Римо покачал головой, но не стал вмешиваться. Я подошел поближе, чтобы лучше их видеть на случай, если ситуация приобретет слишком жесткий оборот. Одержав верх, Савио оседлал Адамо, нанеся ему один, а потом и второй мощный удар, и снова занес над ним кулак. Я сделал шаг вперед, чтобы его остановить, но, перемахнув через диван и приземлившись рядом с Савио, Римо схватил его за шкирку, оттащил от Адамо и оттолкнул в сторону. Савио плюхнулся на диван, тяжело дыша и пытаясь снова подняться на ноги.