Зов пустоты (СИ)

Перед самым входом на станцию Квинлан догнал Лэнигана, принялся что-то сердито втолковывать ему, размахивая руками. Старший скриптор отвечать не стал — просто приоткрыл незапертую дверь и спокойно, как к себе домой, вошёл в здание «СатКома».
— Это ловушка? — спросила Эмили.
— Скорее всего. А какая разница? Ты же всё равно туда полезешь, — отозвался Харон без тени надежды.
Рыцарь выглянул наружу. Махнул рукой — всё чисто, мол. Неужели чудо-робоглаз Квинлана оказался настолько эффективным?
— Пора, — проговорил Харон. И Эмили ничего не оставалось, кроме как последовать за ним — в точности как когда-то, вечность назад, на Вернон-Сквер.
  *
Ида помогла Генри подняться на ноги. Отвела на кухню: там была аптечка, а значит, и болеутоляющие.
— Подожди немного, — она усадила его на стул. — Я сейчас.
— Где мы? — обожжённые веки Генри дрогнули. — Хейз активировал барьер?
— Да, — машинально ответила Ида. На самом деле она не знала. Сейчас она могла думать лишь об одном. Не о Братстве, которое рыщет у дверей, не о защитном поле. А о том, что Генри больно, и значит, она, Ида, должна ему помочь. Какое-то решение, простое и очевидное, вертелось в голове — но никак не обретало отчётливую форму.
— Точно? — напряжённо спросил Генри.
— Он же не идиот. Включил, конечно.
— Ида, — укоризненно проговорил он. — Это ведь важно. Важнее, чем что угодно. Братство не должно получить доступ…
Из холла раздались хлёсткие звуки выстрелов. Два, потом ещё один.
Ида так и замерла — с рукой, протянутой к аптечке. Это рыцари? Но они не могли добраться сюда так быстро! Да и сигнализация сработала бы.
— Что там, милая? — прошептал Генри, подавшись вперёд.
— Я разберусь, — твёрдо проговорила Ида. — Никуда не уходи.
Она вытащила лазерный пистолет Генри из кобуры и выскользнула в коридор. За пятнадцать лет брака она научилась передвигаться почти бесшумно: Фрэнк не терпел, когда по ночам кто-то скрипел половицами.
Посторонних в холле и впрямь не оказалось. Только свои.
Раскрасневшийся доктор Хейз с пистолетом в руке беспокойно мерил шагами комнату и что-то втолковывал Элизе, ничком лежащей на полу в центре зала:
— …ну а что я мог сделать, юная мисс? Братство идёт, и они никого из нас не пощадят. О нет. Они выжмут из нас все сведения об Анклаве, а потом пустят в расход…
Элиза ему не отвечала — да она и не могла: на виске девушки чернел ожог от выстрела. Хью и Кастл тоже были мертвы — свихнувшийся сукин сын просто расстрелял их в упор, слепых и беспомощных. Ида отчётливо поняла: если бы они с Генри задержались в холле хоть на полминуты, их ждала бы такая же участь. Следующая мысль была не менее отчётливой: значит, ей придётся открыть свой счёт. Здесь и сейчас.
— Но! У нас есть андроид, — пропыхтел доктор Хейз, склонившись над лаборанткой. — Это хороший козырь, Элиза. Нужно правильно его разыграть, чтобы Лайонс нас пощадил. Надо показать Братству, что мы готовы сотрудничать. Они поймут, что мы всего лишь учёные, что нас вовлекли в это силой. Да. Проявить лояльность…
Ида нажала на спусковой крючок, почти не целясь; да на таком расстоянии и невозможно было промахнуться. Хейз безмолвно рухнул на пол, проявив максимальную лояльность Братству Стали.
Ида развернулась, отшвырнула пистолет — и, не помня себя от ужаса, побежала обратно к Генри. Она просто не могла оставить его одного и не могла оставаться одна.
— Хейз сошёл с ума, — выпалила она, не в силах давать какую-то оценку всему этому кошмару. — Он убил Эльзу, Кастла и Хью, а я убила его.
— Молодец, — похвалил её Генри — как когда-то давно, в лачуге на берегу Потомака. И улыбнулся. Ида не могла и помыслить, чего ему стоила эта улыбка.
— Теперь нас только двое, — горько и растерянно проговорила она.
— Двое — это уже целая армия, девочка моя, — Генри тяжело поднялся на ноги. — А ещё у нас есть Закари. Старый негодник, который нас всех переживёт. Скажи, та сумка с голодисками — она у Хейза?
— Да.
— Милая, прости, но тебе придётся её забрать. Это неприятно, но так надо. Только не подходи к нему, пока не убедишься, что он действительно мёртв. Хорошо? А потом мы включим барьер, попросим Зака спуститься с башни и будем ждать подмогу.
Ида понимала: это был хороший план. Лучший из возможных. Силовой барьер их защитит, как бы слабы и уязвимы они ни были. Братство может атаковать «СатКом» хоть в полном составе, но эта технология им не по зубам. А потом Анклав всё-таки вышлет подкрепления, и Генри заберут в Рейвен-Рок и вылечат…
Автодок! Ида чуть не вскрикнула от радости, наконец вспомнив о нём. Кто-то из учёных вчера говорил, что в лаборатории есть это устройство. Может, зрение Генри так просто восстановить не удастся, но унять боль, оказать первую помощь — на это ведь автодок сгодится? И к тому же до него рукой подать.
Они шли по коридору второго этажа. То и дело с тихим лязгом срабатывали датчики турели — единственный звук в кромешной тишине. Это действовало Иде на нервы, но с другой стороны — хорошо, что у станции осталась хоть какая-то защита. И потом, что она, что Генри, вчера не раз проходили по этому коридору, и всё было нормально.
— Малыш, — проговорил Генри еле слышно. — А куда мы идём? Разве генераторная не в другой стороне?
— Сначала зайдём в лабораторию, — твёрдо сказала Ида. — Тебе надо…
— Нет, — Генри изменился в лице. — Турель…
И прежде чем он успел договорить, а Ида успела понять, что происходит, в корпусе турели что-то щёлкнуло, и пулемётная очередь с сухим злорадным треском прошила тишину. Генри несколько раз дёрнулся, как от удара — и начал медленно оседать на пол.
Биометрические данные, отстранённо вспомнила Ида слова Хейза. Турели считывают черты лица и проводят окончательную аутентификацию по радужной оболочке глаза. Датчики в зале вывел из строя робот Братства, поэтому те турели и не причинили Генри вреда. Здесь же, в коридоре, техника действовала по протоколу.
Ида подхватила Генри под мышки и оттащила обратно за угол, уже понимая: это всё. Она сама за руку привела его к смерти.
Заверещала сигнализация: кто-то пробрался в башню. Иде было уже всё равно. Она сидела, склонившись над Генри, и тихонько выла от горя.
— Данные, — прошептал Генри еле слышно. — Их надо передать в Рейвен-Рок.
— Я не уйду, — проговорила Ида.
— Нет, уйдёшь, — он нашарил её руку и крепко сжал. — Я так хочу. Ты спрячешься, переждёшь нападение и потом доставишь данные на базу. Иначе всё зря.
— Генри…
— Беги, — приказал он.
И она побежала.
  *
В башне было тихо, как в могиле — по крайней мере, так показалось Эмили, когда она вошла в приоткрытую дверь станции. Коридор, ведущий к служебным помещениям, оказался совершенно пустым и безликим: ни следов побоища, ни признаков жизни. Только потрескивание лампочек под потолком да мерный гул вентиляционной системы — но даже эти безобидные звуки заставляли Эмили болезненно вздрагивать и крепче сжимать рукоять револьвера.
— Может, подождёшь меня здесь? — предложил Харон.
Эмили испуганно помотала головой. Эта безлюдная станция на краю света чем-то неуловимо напоминала папину лабораторию в Мемориале Джефферсона. Остаться здесь одной — да ни за что!
— Ну конечно, — гуль хрипло усмехнулся. Эмили не могла сказать, чего было больше в его взгляде — жалости или презрения.
Неважно, чем закончится эта битва, подумала она. Я уже проиграла.
С каждым шагом ей всё отчётливее становились слышны знакомые голоса: похоже, скрипторы о чём-то ожесточённо спорили.
— Так нельзя, Грег! — донёсся до Эмили гневный окрик Лэнигана. — Тебе нужен андроид? Так мы его нашли! Иди в лабораторию и займись им!
— Мне нужна правда! — заорал Квинлан в ответ.
— Наверняка в Цитадели вздохнули свободнее, избавившись от этих двух полудурков, — проворчал Харон.
Эмили осторожно выглянула из-за плеча Харона. Просторное, ярко освещённое помещение занимало почти весь цокольный этаж станции. Тут была бойня, по-другому не скажешь. Высокотехнологичная, почти бескровная бойня.