Книжный магазин «Булочка с корицей»
Он шел к соседней двери с напитками в руках, внезапно решив, что ему просто необходимо увидеться с одной продавщицей книг, прежде чем начинать рабочий день.
— Хейзел, ты здесь!
Хейзел оторвала взгляд от ноутбука, услышав голос Энни. Та вошла через заднюю дверь, как делала всякий раз, когда магазин был закрыт.
— Конечно, здесь. А ты разве не должна быть в собственном заведении?
Энни отмахнулась:
— Я слышала, что вчера вечером Ноа унес тебя из парка аттракционов на плече, после того как выиграл с десяток мягких игрушек.
Хейзел захлопала глазами:
— Ой, нет. Все не так.
Энни плюхнулась на диван:
— А как?
Хейзел по-прежнему не хотела объяснять всю историю с подсказками в книгах, летним весельем и влечением к Ноа, поэтому предпочла простую ложь:
— Ноа попросил меня сходить с ним, и я пошла.
Энни округлила глаза:
— И…
— И все. Было весело.
— Весело?
— Да, весело. Я правда способна весело проводить время.
Энни нахмурила брови:
— Конечно, Хейз. Но ты терпеть не можешь парк аттракционов. Особенно после того случая с чертовым колесом в школьные годы.
Хейзел пожала плечами:
— Оказывается, что на нем вполне весело.
Энни внимательно вглядывалась в нее, хмурясь все сильнее:
— Ты уверена, что все нормально?
— Да.
— А то, что между вами с Ноа…
— Несерьезно.
— Несерьезно?
— Да. Забавно и несерьезно.
Энни фыркнула.
— Что?
— Хейз, мы же давно знакомы. И ты никогда не была в несерьезных отношениях.
Хейзел уже открыла рот, чтобы что-то сказать, но снова закрыла его. Энни не ошиблась. Хейзел была серийной сторонницей моногамии. За всю жизнь у нее было только три парня, с каждым из которых она встречалась год или два, после чего они без каких-либо скандалов исчезали. Ее расставания не были ни драматичными, ни интересными. Каждый раз они расходились мирно и договаривались остаться друзьями. На самом деле она до сих пор иногда писала электронные письма своему парню из колледжа, который вернулся в Японию. Все это было очень… скучно.
— Ну а теперь вот буду.
Энни разглядывала ее, склонив голову набок, будто смотрела на Хейзел под другим углом.
— Я поддерживаю.
— Очень рада, что получила твое согласие, — сухо заметила Хейзел.
Энни усмехнулась:
— Думаю, это может пойти тебе на пользу. Очевидно же, что Ноа хочет залезть к тебе в трусики.
— Не увлекайся. Мы просто целовались.
— Вы целовались! — Энни чуть не вскочила с дивана. — Надо было начинать с главного, Хейз!
Она покачала головой, глядя на подругу:
— Да в этом нет ничего особенного.
— Еще как есть. — Энни подалась вперед: — И как все прошло?
Щеки Хейзел залились румянцем.
— Это был… — Лучший поцелуй в моей жизни. — Было приятно.
Энни нахмурилась:
— Приятно? Хейзел, говорят, этот парень чертовски хорош в сексе. Должно быть не просто приятно.
— Боже, Энни. Не говори так о нем.
Энни приподняла бровь:
— Погоди-ка. Тебе нельзя западать на него. То есть с Ноа весело проводить время, но он не годится для серьезных отношений. Вообще. Ты же знаешь, что он спит только с туристками.
— Я в курсе. Но сейчас и сама не хочу ничего серьезного. Я устала от этого.
Взгляд Энни все еще был скептическим, но она кивнула:
— Ладно. Если ты не смотришь на все это сквозь розовые очки.
Хейзел захлопала глазами, показывая на линзы в оправе:
— Вот, смотри. Они абсолютно точно не розовые. Я знаю, что делаю.
— Хорошо, детка. Я тебе верю. Мне пора возвращаться. Я оставила Джорджа по локоть в тесте для печенья, а нам открываться через полчаса. Люблю тебя.
— Я тоже тебя люблю. Пообедаем вместе?
— Обязательно.
Энни чуть не налетела на Ноа, выходя из кабинета:
— О, привет, Ноа. Как дела?
Голос Энни звучал так громко и странно, что Ноа глянул за ее плечо на Хейзел с выражением лица, которое так и кричало: «Что это с ней?»
Хейзел пожала плечами и не смогла сдержать улыбки. Она не ожидала сегодня увидеть Ноа, но, когда он пришел, внутри вновь все перевернулось.
— Все нормально. А у тебя? — сказал он, отвечая на пронзительный вопрос Энни.
— Хорошо. Очень хорошо. Надо бежать!
Он озадаченно покачал головой, когда она умчалась из кабинета.
— Как ты вошел? — спросила Хейзел.
— Через заднюю дверь. Прости, нельзя было так делать?
— Ты принес мне чай, так что спущу тебе это с рук.
От его улыбки у Хейзел перехватило дыхание. Ноа поставил холодный чай на стол и сел напротив, вращая кубики льда в своем стакане. Он наблюдал за ней, как и всегда — потемневшими глазами и с игривой улыбкой на губах.
Он был ярким даже в полумраке ее кабинета: волосы цвета меди, хитросплетения татуировок, солнечный ожог, постепенно переходящий в загар, разноцветные браслеты на запястье. Он будто принес морской бриз прямо сюда.
Хейзел вдохнула его и лишь потом заговорила.
— Так… зачем ты пришел? — спросила она, радуясь, когда ее слова вынудили его отвести взгляд.
— Просто принес тебе напиток. И хотел с тобой увидеться.
— Хотел со мной увидеться?
— Конечно.
— Что ж.
Она тоже покрутила свой стакан и сделала большой глоток, избегая взгляда Ноа. Вчера вечером она поцеловала его. Намеренно и будучи совершенно трезвой, но теперь не знала, что со всем этим делать. Предостережения Энни отдавались эхом в ее голове.
— Послушай, Ноа. Насчет прошлого вечера…
— Я хорошо провел время. А ты?
— Я тоже, но…
— Никаких «но».
— Что?
— Ты наняла меня, чтобы я помог тебе провести лето, так?
— Да, но…
Он покачал головой:
— Без «но». Мы повеселились. Цель достигнута.
— Но поцелуй…
— Был классный.
— Очень. Просто я не хочу, чтобы между нами возникла неловкость или, не знаю… какая-то путаница.
Ноа наклонился вперед, упершись локтями в колени. Хейзел насчитала пять звезд и два больших георгина на его правой руке. Затем вновь посмотрела ему в глаза: в игривом прежде взгляде промелькнула тревога.
— Я не хочу делать то, чего не хочешь ты, Хейзел. Но если ты хорошо проводишь время, давай просто посмотрим, что из этого выйдет. Ладно?
Хейзел подавила в себе все возражения. Этого она и хотела. Поэтому и попросила Ноа помочь. Хотела узнать, куда заведет ее это лето. Хотела еще больше поцелуев. Необязательно, чтобы это приводило в замешательство. Все могло быть мучительно просто.
— Ладно.
Он улыбнулся шире:
— Ну и отлично. Есть еще подсказки?
— Сомневаюсь, но я пока не проверяла.
— Чего же ты ждешь?
Не успела она ответить, как он вскочил и выбежал из кабинета. Когда Хейзел нагнала его, Ноа уже стоял перед стеллажом с любовными романами.
— Смотри! Стоит криво.
— Хм, — Хейзел взяла книгу с полки и увидела страницу с загнутым уголком.
Тихий вздох Ноа отвлек ее внимание. Она вопросительно вскинула бровь.
— Так волнительно.
Хейзел рассмеялась и устремила взгляд в книгу.
— «Она погрузила пальцы в прохладный песок и запрокинула голову, позволяя теплым лучам солнца ласкать ее лицо», — прочел Ноа подсказку бархатным голосом, и Хейзел едва подавила дрожь. — Похоже, мы отправимся на пляж, — сказал он, по-прежнему стоя так близко, что его дыхание колыхало кудри у ее лица.
Хейзел вздохнула.
— Прошу, только не говори, что не любишь пляж.
Он вмиг стал выглядеть таким обиженным, как будто Хейзел оскорбила его мать.
— Я всегда обгораю, и песок всюду забивается, а в последний раз чайка нагадила на мой сэндвич.
Ноа боролся со смехом — она это видела.
— Обещаю, в этот раз ни один представитель фауны не нагадит на твой обед.
— Не уверена, что ты можешь давать такие обещания.
