Прекрасная маленькая принцесса (ЛП)

— Ты мне говоришь. Я пыталась быть с ним милой в его первый день. Я думала, что все прошло хорошо, когда мы встретились летом, и что он был достаточно милым, но оказалось, что он полный придурок. — Мой голос срывается на последнем слове, и я вытираю щеки, когда начинают течь слезы.
— О, Сильви. Только ты пытаешься сделать плохую ситуацию хорошей, просто чтобы извлечь пользу. Ты слишком мила для своего же блага. Что случилось?
— Ну, он ясно дал понять, что не хочет на мне жениться и что моя близость его просто отталкивает…
— Мудак, — бормочет Кассио достаточно громко, чтобы я могла его услышать.
У меня вырывается хриплый смех.
— Это не самое худшее. Я могла бы пережить его неприязнь. Я имею в виду, я не хочу, чтобы мне говорили, за кого выходить, так что я понимаю его разочарование. Но сегодня я разговаривала с Трэвисом перед уроком, и Петр просто подошел и ударил его!
— Что? — Возмущается Касс.
— Он сказал, что мне даже не следует разговаривать с другими парнями. Что я принадлежу ему и что никто не может трогать то, что принадлежит ему, без его разрешения. — Я выплевываю последнюю часть, моя боль и гнев выходят наружу горячими и сильными. — Я чувствую себя совершенно ужасно, и я просто… Я не знаю, что делать. — У меня вырывается рыдание, когда я заканчиваю свой рассказ.
Несколько студентов, идущих в противоположном направлении, с любопытством смотрят на меня, и я быстро вытираю слезы с лица.
— Ты что, издеваешься? — Шипит мой брат, его гнев растет, чтобы встретиться с моим.
Необычно слышать его таким злым, и на мгновение я сбита с толку. Я замедляю шаги, прикусывая губу. Может быть, это была не лучшая идея — рассказать Кассио.
— Трэвис в порядке?
— Думаю, да. Его губа была распухшей, когда он пришел на занятия, но, по крайней мере, он пришел на занятия.
— Это хорошо, — говорит Кассио. — Девочка, не могу поверить, что Петр мог потерять голову из-за Трэвиса.
— Я знаю.
— Вы двое были друзьями много лет.
— Да, ну, может, больше нет. — Я фыркаю. — Трэвис даже не смотрел на меня после этого.
— Мне так жаль, Сильви, — мягко говорит Кассио. — Но не теряй надежды. Мы найдем способ вытащить тебя из контракта.
— Ты же знаешь, отец просто так это не оставит. Нико и благополучие семьи важнее, чем то, выйду ли я замуж за этого придурка или за другого, который вдвое старше его и вполовину менее способен быть обаятельным.
— К черту это, — яростно возражает Касс. — Я не позволю тебе пройти через это, и Нико тоже. Наш отец, может, и полный придурок, но мы тебя поддержим. Ты не пожертвуешь своим счастьем только потому, что Матрона хочет раздавать ультиматумы.
Это вызывает у меня легкий смешок.
— Спасибо, Касс.
— Я серьезно. Мы найдем способ. По крайней мере, отцу удалось договориться о дате свадьбы. Тебе не обязательно выходить за Петра, пока ты не закончишь учебу, так что у нас есть время.
Остановившись перед зданием, чтобы пойти на следующий урок, я с облегчением вздыхаю.
— Ты прав. Спасибо, Касс. Мне уже от этого легче.
— Хорошо. Ты же знаешь, что можешь позвонить мне в любое время, да? Я всегда здесь для тебя.
— Я знаю. — Легкая улыбка расплывается на моем лице, когда мы прощаемся и вешаем трубку.
Даже если Петру удалось изолировать меня в колледже, мои братья никогда меня не бросят.
  
4
 
ПЕТР 
 
Волосы на затылке встают дыбом, когда я подхожу к студенческой стоянке, держа в руках ключи от своего белого Корвета. Три фигуры развалились вокруг него, один небрежно прислонился к капоту, скрестив лодыжки, опираясь на ладони.
Черт.
Я узнаю братьев Маркетти, у всех одинаковые темные вьющиеся волосы и римские носы, они смотрят на меня с хищным ликованием. У них одинаковые поджарые мускулистые формы задиристых бойцов, и хотя я уверен, что смогу справиться с одним из них, сомневаюсь, что смогу справиться со всеми тремя. Но они преграждают мне путь и, судя по их лицам, они никуда меня не отступят, пока я не встречусь с ними. Вероятно, это из-за того парня с фиолетовыми волосами, которого я сегодня ударил перед их сестрой.
  
Что ж, приятно знать, что мое заявление услышали.
Расправив плечи, я направляюсь к своей машине, не теряя ни секунды.
— Вы соскучились по колледжу? Или вы так развлекаетесь? Крадетесь по кампусу Роузхилла, ищите студентов, чтобы побеспокоить? — Усмехаюсь я, подходя к своей машине.
Николо отталкивается от капота моей машины, выглядя совершенно непринужденно.
— На самом деле, ты как раз тот человек, которого мы хотели видеть, — говорит он легкомысленно, сжимая рукой мое плечо с впечатляющей силой. — Мы не устроили тебе должного приветствия. Добро пожаловать в Чикаго и все такое.
— Заманчиво, но, думаю, мне придется отказаться, — возражаю я, демонстративно отмахиваясь от его хватки, когда близнецы Маркетти обходят задний бампер моей машины, практически загоняя меня в клетку.
— Я думаю, ты этого действительно этого заслуживаешь, — говорит один, хотя я не могу понять, Кассио это или Лука.
Я смотрю на него через плечо и меняю позу на оборонительную.
Отчетливый щелчок снова привлекает мое внимание к старшему брату Маркетти.
— Если только колледж не изменил свою политику, я полагаю, что у тебя нет с собой оружия.
Снова глядя на Николо, я смотрю в ствол его Кольта, отмечая, с какой легкостью он держит его — словно продолжение своей руки.
— Я думаю, в твоих интересах делать то, что мы говорим, — самоуверенно говорит он.
Ебучий случай. Именно это я и имел в виду, когда говорил о том, чтобы вытянуть шею. Мне не следует здесь находиться. Но я не собираюсь показывать прилив адреналина, который сейчас бурлит в моих венах. Небрежно пожимая плечами, я встречаюсь с ними взглядами.
— Чего вы от меня хотите? — Спрашиваю я, стараясь говорить ровным голосом.
— Чтобы ты сел, — говорит один из близнецов, откидывая заднее сиденье гладкого черного Мазерати рядом с моей машиной.
Это не может быть хорошо. Но у меня нет выбора. Шансы на то, что меня застрелят, если я этого не сделаю, чертовски высоки. Тем не менее, я должен что-то попробовать.
— У меня есть дела, так что, думаю, мы можем пропустить приветственный фургон, — заявляю я, глядя на пистолет, который Николо продолжает направлять на меня.
— Боюсь, нам придется настаивать, — говорит один из близнецов. Отчетливый щелчок говорит мне, что он тоже направил на меня пистолет.
— Ладно, — решительно заявляю я, садясь на заднее сиденье Мазерати.
Близнец без пистолета садится в машину позади меня, заставляя меня переместиться на другую сторону машины. В то же время другой близнец садится на пассажирское сиденье, изворачиваясь, чтобы направить на меня свое оружие.
Николо садится на водительское место, и на долю секунды я размышляю, смогу ли я выскользнуть через дальнюю дверь машины, прежде чем вооруженный близнец успеет меня застрелить. Маловероятно, и машина выезжает со своего парковочного места прежде, чем я успеваю среагировать.
Сохраняя свои инстинкты настороже, я молчу, пока мы едем по городским улицам, лавируя между потоками движения. Братья не разговаривают. Но близнецы не спускают с меня глаз, их лица почти пугающе похожи.
Мы подъезжаем к высокому зданию, в котором, кажется, находится многоэтажный ночной клуб. Над входной дверью красуется надпись «Танец», которая выглядит как яркая неоново-фиолетовая вывеска. Сейчас она молочно-белая, только с оттенком цвета, потому что вывеска не горит.
— Ночной клуб? Вам не стоило. — Сухо отвечаю я.
— Конечно, стоило. Не хотели бы, чтобы ты чувствовала себя… нежеланным гостем, — усмехается Николо.
Это говорит о том, что он паркуется прямо перед дверями клуба. Должно быть, они владеют этим местом, если планируют затащить меня туда средь бела дня.