Когда мы вернемся (СИ)

— Вы ведь Данила Монахов, капитан «Ермака»? — спросила Влада. — Я увидела ваше имя в списках прибывающих и вот, решила встретить.
Она кивнула на экраны справочно-информационной службы, по которым на зелёном фоне бежали строчки обычных для любого крупного транспортного узла сообщений: — «…Отбывающим приготовиться…», «Прибытиезадерживается…». Сообщения дублировались мягким женским голосом и звуковыми сигналами — они смешивались с голосами пассажиров, писками многочисленных электронных устройств, жужжанием роботов-гидов и механических носильщиков, отчего под стеклянным сводом висел немолчный гул.- справочной службы за своей спиной.
  
— Вы ведь собираетесь разыскать отца? — продолжала девушка. Огоньки светового табло с сообщениями для отбывающих на батутодром Куру во Французской Гвиане играли на металле её скулы, и Данила с усилием отвёл взгляд от этого украшения. Он узнал её сразу, хотя и видел до сих пор лишь на фотографиях и экранах — да и мудрено было не опознать самого, наверное, известного члена экипажи «Зари-2», ту, без кого экспедиция вообще не состоялась бы…
— Боюсь, мне придётся вас разочаровать. — она шагнула к Даниле, и тот машинально отметил, что багажа у неё, как, и у него самого нет. — Ваш отец, как и остальные, уже на Земле. Отправились туда сразу, как только «Заря» оказалась на орбите Земли, не захотели ждать лишней минуты…
— Вы что же, прыгнули через батут «Гагарина»? — спросил он. — Обычно большие корабли пользуются другими точками выхода, но для вас, видимо, сделали исключение…
— Да, для нас сделали исключение. — подтвердила девушка. — Медицинский осмотр тоже не занял много времени, все понимали, насколько всем не терпится почувствовать под ногами твёрдую землю. Два с половиной года — это всё же не шутка…
— Почему два с половиной? — едва не спросил Данила, но вовремя понял, что речь именно столько времени прошло на корабле. Выходит, для отца и его спутников тридцатипятилетнее отсутствие обернулось не такой уж долгой — по меркам Внеземелья, разумеется, — разлукой с родной планетой? В самом деле, тот же Зурлов не ступал на бетон земного батутодрома почву уже лет пять — и, насколько мог понять Данила, не особо стремился домой. И он такой был не один — он знал не один десяток тех, кто воспринимали подобные многолетние отлучки ка нечто само собой разумеющееся.
Влада улыбнулась, видимо, словно прочтя мысли собеседника. К удивлению Данилы, титановая нашлёпка вовсе не исказила улыбку — может, мелькнула мысль, она вовсе не вросла в кожу, а служит своего рода украшением? В самом деле, пластическая хирургия восьмидесятых вполне способна была справиться с такого рода повреждениями лица, но девушка почему-то предпочла сохранить этот, с позволения сказать, аксессуар…
— Как я уже сказала, ваш отец и остальные не дождались вашего прибытия. — продолжала тем временем собеседница. — Если вы не собираетесь прямо сейчас отправиться за ним следом — то, может, нам пройти куда-то, где можно побеседовать в спокойной обстановке? Полагаю, на есть о чём поговорить, не так ли?
Она сделала приглашающий жест в сторону неприметной двери с надписью «Только для работников станции». Данила кивнул и последовал в указанном направлении, пытаясь на ходу привести мысли в порядок. Два с половиной года… — крутилось в голове. — Два с половиной миновало по бортовому календарю «Зари» (должен же быть у них календарь?) — и тридцать пять лет отсчитали его земные аналоги. Отцу сейчас… позвольте, сколько же? Ну да, двадцать девять, а матери сорок два, а сынку, то есть ему самому почти сорок. Ну и семейка получилась, покачал он головой, одно слово — хронопарадоксы…
* * *
«Артур Кларк» ушёл за обрез иллюминатора — теперь его место в поле зрения заняла «Заря». Данила любовался обводами корабля, невольно сравнивая её с киношной «Зарёй». Одно время шли разговоры о съёмках продолжения кино-дилогии, потом кто-то из молодых режиссёров сообщил о подготовке к съёмкам новой версии — ремейка, как называют подобный вторичный продукт американцы, — знаменитой киноэпопеи. Затея провалилась — и далеко не в последнюю очередь из-за бурных протестов многочисленных поклонников изначальной версии, целой кампании, развёрнутой по этому поводу в ИнфоСфере. Данила отнёсся к этому равнодушно — ну снимут и снимут, кто не захочет посмотрит, а что до протестующих — то неплохо бы им найти для себя какое-нибудь полезное занятие, а не засорять информационное пространство планеты… И не только планеты — станции на низких орбитах подключены к цифровым каналам уже давно, процесс задерживается и-за неизбежных задержек радиосигналов, необходимых для преодоления более значительных расстояний. Впрочем, в последнее время идут разговоры о разработке технологии цифровых каналов передачи данных через тахионные зеркала многочисленных «батутов», что позволит включить в И-Сферу не только Луну и Марс, но и всю Солнечную Систему.
Он потянулся к портативному компьютеру, открыл программу поиска и вызвал на экран фрагмент фильма с летящим на фоне мерцающих звёзд кораблём. Киношный «звездолёт аннигиляционный, релятивистский, ядерный» имела немало общего со своей реальной «дочкой», на которой отец Данилы ходил в Пояс Астероидов — но совсем не походила на внучку, вторую «Зарю». Место горизонтально закреплённого в передней части «бублика» с установленном в нём батутом заняли шесть цилиндров жилых отсеков, вращающихся вокруг общей оси для создания искусственной гравитации. На замену паре колонн ионных двигателей пришла длинная нелепо тонкая балка с нагромождением параллелепипедов двигательных отсеков и пусковых контейнеров тахионных торпед в кормовой оконечности — оба эти элемента делали звездолёт похожим на «Артур Кларк», болтающийся сейчас по другую сторону от станции. Такая конфигурация после постройки «Зари-2» стала общепринятой для «тахионных рейдеров», к которым и относился тёзка американского фантаста. Стандарт этот выдержал испытание временем; другой же типовой конструкцией стали буксиры-прыгуны, к которым относился и кружащийся сейчас на орбите планеты Океан «Арго», и отданный под команду Данилы «Ермак Тимофеевич», и множество его систершипов (буксиры этого класса штамповали на орбитальной верфи «Китти Хок» едва ли не конвейерным методом), таскавшим по Внеземелью крупногабаритные грузы. Например — торы космических станций с «батутами», общее количество которых во всём пространстве Солнечной Системы давно уже перевалило за три сотни. И даже проникли за её пределы — наглядным подтверждением чего была станция, которую Даниле предстояло отбуксировать в созвездие Дракона.
Ну ладно, хватит отвлечённых мыслей… Данила бросил напоследок взгляд сначала на медленно вращающийся на фоне чёрного неба вокруг своей оси, потом на его кино-прототип на экране, захлопнул крышку портативки и, скрипнув креслом, развернулся спиной к чёрной пустоте за толстым бронированным стеклом. Влада, услыхав это звук, тоже повернулась к нему. С полминуты они молча смотрели друг на друга.
— Ну как, Даниил Алексеевич, поговорим? — сказала девушка. — Время у нас есть — ваш отец, отбывая на Землю, вряд ли успел обзавестись коммуникатором, подключённым к И-Сфере, да и на то, чтобы освоить его нужно время — так что связаться с ним прямо сейчас, отсюда, не получится. Я бы советовала послать сообщение в королёвский Центр Подготовки — несомненно, в первую очередь он отправится именно туда, а потом мы сможем побеседовать.Полагаю, захочется разузнать побольше об отце — что ж, я готова ответить на любые вопросы. И, в свою очередь, задам несколько… если вы, конечно, не против.
    
IV
 
В прошлый раз я пользовался железнодорожным транспортом года три назад — по моему собственному, персональному счёту, который на четыре без малого десятка лет расходится с земным календарём. Тогда я вернулся с орбиты, намереваясь