Худшие охотники за пиратами на Окраине (ЛП)

— Нам не стоит снова пытаться дать им бой на поверхности планеты. Пытаться сделать это с нашим ополчением было ошибкой. Мы не можем сражаться против их поддержки с воздуха. Тот корвет не способен на полёты в атмосфере, но их второй, меньший корабль — способен, как мы с горечью узнали в прошлый раз.
Я киваю. Всё это я знаю, но я всё ещё не придумал, как победить наших врагов. Мне нужно больше времени, чтобы подумать. К сожалению, мы с Джессикой были флотскими офицерами, а не морпехами, и даже те наземные штурмы, в которых мы участвовали в звании младших офицеров, планировались и обычно проводились старшими сержантами, пока все делали вид, что командуем на самом деле мы.
  
— Даже если бы мы могли снова сразиться с ними с ополчением, — говорит Норман, — сомневаюсь, что мы смогли бы собрать больше дюжины наших людей. Они не профессиональные солдаты, и они напуганы восьмидесятипроцентными потерями в прошлой попытке.
— А что, если мы сможем вооружить их лучше, чем в прошлый раз? — спрашивает Джессика за мгновение до меня. Мы мыслим в одном направлении.
Норман пожимает плечами.
— Это должно быть очень хорошее оружие, чтобы они снова покинули свои фермы и пошли против серьёзного врага.
Честно говоря, что угодно будет лучше, чем двухсотлетние охотничьи винтовки с продольно-скользящим затвором, которыми обычно пользуется ополчение. Охотничья винтовка крупного калибра с отдачей как у мула кажется настоящей силой в руках, пока ты не столкнёшься с парнем с лазерной или автоматической штурмовой винтовкой, который может всадить в тебя сотню пуль за секунды. Тогда ты чувствуешь себя до смешного маленьким.
Не то чтобы у меня был личный опыт быть парнем с винтовкой с затвором, но пару раз я командовал частью парней со штурмовыми винтовками, так что могу себе представить, что чувствовала другая сторона.
— Позвольте вас спросить, мистер Смит, — говорю я. — Сколько ополченцев вы могли бы собрать в крайнем случае, если бы у нас было подходящее оружие?
Он пожимает плечами, что не вселяет в меня уверенности.
— Я всё ещё сомневаюсь, что смогу собрать больше двух дюжин, и даже для этого оружие должно быть действительно подходящим.
Его пессимизм начинает меня немного утомлять. То есть, не то чтобы мы столкнулись с невыполнимой задачей и у нас не было плана; ну, вообще-то, так и есть, но его пораженческий настрой не помогает.
Я встаю, высвобождаясь из хватки Кайлы.
— Что ж, пойдёмте посмотрим, какие подарочки лежат в трюме моего корабля.
В суматохе нашего дерзкого побега от пиратов, за которым последовала быстрая вылазка на орбитальную станцию и обратно для наблюдения за врагом в действии, я почти совсем забыл о ящике, который приказала погрузить в наш грузовой отсек контр-адмирал Уолтерс. Мы направляемся туда, чтобы его проверить.
Как и обещала адмирал, ящик открылся, как только его внутренний навигационный чип подтвердил, что мы в системе Картер. Чтобы его вскрыть, нужен лишь мой отпечаток пальца. Я только надеюсь, что газы, проникшие сквозь уплотнители грузового отсека в атмосфере Большого Бена, не повредили содержимое, но снаружи всё выглядит целым.
Без малейших колебаний и церемоний я открываю ящик и заглядываю внутрь.
Я застываю, не в силах поверить в то, что вижу, но впервые с начала этой невыполнимой миссии чувствую прилив надежды. Контр-адмирал Уолтерс снабдила нас настоящими игрушками. И с ними у нас действительно есть шанс.
  
Глава 19
 
Два с половиной самурая
 
— Понимаю, почему она не хотела, чтобы мы открывали ящик, пока мы ещё были в пространстве Республики, — замечает Лин, когда мы изучаем содержимое, теперь разложенное аккуратными рядами на полу нашего в остальном пустого грузового отсека.
Я согласно хмыкаю. С таким арсеналом мы могли бы поднять революцию на большинстве планет и, вероятно, победить на такой маленькой планете, как Картерс-Уорлд. И у пиратов не будет ни единого шанса против нас, если мы сможем найти достаточно людей, чтобы это оружие держать.
Честно говоря, это меня почти разочаровывает. Не то чтобы я наслаждался невыполнимыми миссиями, но дерзкие и рискованные планы, которые каким-то образом бросают вызов судьбе, стали для меня и Джессики чем-то вроде фирменного знака с момента нашей встречи. Я ожидал, что эта миссия превзойдёт их все, если, конечно, не убьёт нас. Но теперь всё кажется таким простым.
За исключением одного: даже с таким арсеналом всё это — пехотное или морпеховское вооружение. Здесь нет ничего, что могло бы помочь нам уничтожить хотя бы один из пиратских кораблей. Особенно тот корвет. И наш невооружённый грузовик в этом деле тоже не помощник.
— Ладно, — говорит Норман, ополченец, потирая руки, как ребёнок в кондитерской. — С этим я, может, и соберу вам двадцать пять бойцов. Каков план?
План. Да уж. Неплохо бы его иметь прямо сейчас.
— Норман, вы когда-нибудь видели фильм под названием «Семь самураев»? Это классика Старой Земли. — Это был также любимый фильм моего деда.
Он с недоумением качает головой.
— Мы ваши семь самураев, — продолжаю я. — Ну, два с половиной, если щедро посчитать Харриса. Но суть в том, что мы собираемся обучить и вооружить то, что осталось от вашего ополчения, чтобы заставить этих пиратов сменить дислокацию.
— Э-э, мы хотим, чтобы они убрались из нашей системы, а не меняли дислокацию, — говорит он, нахмурив брови.
Я вздыхаю. С этим парнем совсем не весело.
— Это просто выражение, Норм. Мы вышвырнем их из системы. Довольны?
Он с сомнением кивает, но, по крайней мере, уходит, чтобы начать обзванивать своих ополченцев.
Джессика подходит ко мне, как только он оказывается вне пределов слышимости.
— У тебя ведь ещё нет плана, да?
Я качаю головой.
— Не-а. Я надеялся, может, у тебя есть.
Она смеётся и тоже качает головой.
— Не-а. Простите, сэр. Уступаю вам место.
Это ещё одна шутка, вроде той, где я — красивая женщина; уже вторая за два дня. Я потихоньку растапливаю её серьёзность.
— Харрис, — зову я своего матроса второго класса, который смотрит на оружие так, словно это инопланетные артефакты.
— Да, босс?
— А у тебя? У тебя есть план?
Он на мгновение смотрит на меня, вероятно, пытаясь понять, серьёзно ли я. Затем пожимает плечами.
— Оуэн всегда говорил: «Перенеси бой на территорию врага». Я так и не понял, что это значит, но он это часто повторял.
Я не особо слушал Харриса — не ожидал, что он скажет что-то конструктивное, — но теперь я сосредоточиваю на нём всё своё внимание.
— Повтори-ка, матрос, — требую я.
— Э-э, перенеси бой на территорию врага.
— Харрис, ты гений. И ты только что получил повышение до матроса первого класса!
Он с недоумением смотрит на Джессику.
— Погодите, я был матросом второго класса, а теперь первого? Разве во флоте один не ниже двух?
Мой старпом лишь закатывает глаза.
— Пойдём, Харрис, — говорит она, — пообедаем, и я объясню тебе флотские звания… ещё раз.
Они уходят через внутренний люк, ведущий в пассажирскую зону «Странника».
Примерно в это же время Норман возвращается в трюм снаружи.
— У меня уже пятеро согласились, как только я сказал им, чем мы их можем вооружить. К вечеру должно быть ещё двадцать. Они едут со всей планеты, так что могут быть здесь, скажем, через два дня. Подойдёт?
— Придётся, — говорю я ему. — Не то чтобы у нас были другие варианты для наземных войск.
Он кивает и убегает делать новые звонки, а я начинаю работать над своим планом.
  
Глава 20
   
Между двух огней
 
Десять вечера по местному времени, а это значит, что почти начался новый день; тот, кто терраформировал эту каменюку, не угадал со скоростью вращения, так что сутки здесь длятся всего двадцать с половиной часов. Раздражает.