Худшие охотники за пиратами на Окраине (ЛП)

— Абсолютно уверен. У нас, может, и не бог весть какая планетарная сенсорная сеть, но мы знаем, где находится база пиратов — не то чтобы они чувствовали необходимость её от нас прятать, — и мы держим на ней всё, что у нас есть. Мы видели, как приходят и уходят только два корабля.
Я киваю, но сомнения меня не покидают. Пираты должны ожидать, что планета следит за их базой, а недооценивать даже разношёрстную пиратскую шайку — а эта таковой определённо не является — может быть крайне опасно.
  
— Один корабль мы видели. А что за второй? — спрашивает Джессика с кресла слева от меня. Кайла устроилась справа и придвинула свой стул до неприличия близко, и я изо всех сил стараюсь не отвлекаться.
— У нас есть хорошее изображение с сенсоров, — говорит Норман с первым проблеском воодушевления за весь разговор и двигает по кухонному столу планшет с картинкой. Судя по всему, жители Картерс-Уорлда не слишком часто пользуются имплантами, если они у них вообще есть.
Я смотрю на изображение корабля на экране и присвистываю.
— Коратанский корвет, — говорю я, качая головой. Ну почему меня вечно пытаются убить именно коратанские корабли? — Неудивительно, что они с лёгкостью вынесли ваш патрульный катер. Эти штуки — не шутка.
Это правда; корабль, на который я смотрю, вероятно, в последний раз нёс настоящую флотскую службу лет пятьдесят назад, но он, похоже, в хорошем состоянии и хорошо вооружён, и пираты, без сомнения, его модернизировали, судя по тому, что мы видели на другом корабле, который нас преследовал. Я до сих пор не могу поверить, что такая хорошо оснащённая пиратская банда так упёрто пытается захватить такую маленькую и никчёмную планету.
Норман пожимает плечами.
— Вам виднее, капитан Лопес. Мы знаем только, что этих двух кораблей достаточно, чтобы почти полностью перекрыть торговлю в системе. Мы уже с трудом находим контрабандистов, готовых прорвать блокаду, чтобы привезти нам товары, а тех, кого находим, не можем себе позволить.
— Вы аграрная планета, так что еды у вас должно быть в избытке. Какие товары вы пытаетесь достать? — спрашивает Джессика, и мне хочется застонать. Вот уж точно, богатая городская девчонка, ничего не смыслящая в экономике и в том, каково жить в таком захолустье. Конечно, мои познания не намного лучше, но, по крайней мере, они простираются до того, о чём я слышал от своих дедушки и бабушки на их ферме на Дентоне III.
Отвечает президент Картер, и его, похоже, не обижает её вопрос.
— Вы правы, мисс Ким. Еды у нас в избытке — даже с излишком, так как мы экспортируем большую часть того, что выращиваем, — но у нас нет производства товаров первой необходимости, лекарств и прочего, что нужно нашим людям для жизни. По оценкам моих советников, у нас осталось три месяца, прежде чем по планете начнут свирепствовать легко излечимые, но по-настоящему жуткие болезни. Но пираты не пропускают даже самое необходимое. Мы должны положить этому конец ради блага моего народа.
По-моему, звучит как отличная предвыборная речь, но я в основном пропускаю её мимо ушей. Я всё ещё изучаю изображение коратанского корвета. Он немного меньше «Персефоны» и, вероятно, составил бы моему старому фрегату довольно равный бой. Мой старый боевой крейсер, «Лэнсер», смог бы стереть его в космическую пыль, не моргнув глазом. Но для такой глуши на Окраине, так далеко от любой из крупных звёздных держав, это всё равно значительная огневая мощь. Неудивительно, что картерс-уорлдцы… картериане… картеране… как их там… не смогли найти никого, кто был бы готов рискнуть и бросить ему вызов.
— Когда вы ожидаете их следующего налёта? — спрашивает Лин.
Я позволил ей вести большую часть этого разговора, оставив себе роль поглотителя информации и сохранив некоторую командную дистанцию от «гражданских». Она справляется с этим естественно, как и положено хорошему старпому, и я поражаюсь, как легко мы всегда находим общий ритм в подобных ситуациях. Жаль, что в личной жизни у нас, очевидно, никогда не будет возможности найти подобный ритм.
— Завтра, если они будут придерживаться своего обычного графика, — отвечает на вопрос Джессики Норман, тот самый ополченец. — Должны появиться где-то в обед.
— Отлично, — говорю я, ловя на себе несколько удивлённых взглядов. — Это даёт нам как раз достаточно времени.
— Для чего? — спрашивает президент Картер.
— Для того, чтобы Харрис, — я указываю на парня, который час назад уснул, положив голову на стол, и теперь вскакивает, услышав своё имя, — сделал меня неузнаваемым, а вы доставили меня на вашу орбитальную станцию.
Теперь все смотрят на меня в растерянном молчании, включая мою собственную команду. Я лишь усмехаюсь, беру один из кексов, которые они поставили к кофе, и откусываю большой кусок. Они довольно вкусные, и я жую, не переставая ухмыляться, наслаждаясь их ошарашенными взглядами.
  
Глава 17
 
Я убью Харриса
 
— Харрис, — говорю я через свой комм-имплант, — когда я просил тебя сделать меня неузнаваемым, я имел в виду не совсем это.
— Простите, капитан, — отвечает он мне в ухо. — Вы просили — я сделал. По-моему, идеально.
Я хмурюсь.
— Помнишь, мы говорили о том, чтобы присвоить тебе звание в нашей организации? Так вот, я думал о старшине, но, кажется, ты только что убедил меня сделать тебя вместо этого матросом второго класса.
— Это же хорошо, да? — с некоторой надеждой спрашивает он. — Второй класс звучит лучше, чем старшина.
В наш разговор вклинивается Джессика.
— Не обращай на него внимания, Харрис. По-моему, ты проделал великолепную работу. А ты, Брэд, не жалуйся. Ты выглядишь прекрасно. — Она пытается шутить, но в её тоне слышится скрытое напряжение.
Я приказываю импланту переключить связь на личный канал Лин.
— Ты в порядке?
— Конечно, — коротко отвечает она. — А почему я должна быть не в порядке? Это я сижу в безопасности за запертой дверью, а идиот тут ты.
Ой. Она не была в восторге, когда я впервые представил свой план, и за прошедшие полдня не особо к нему потеплела. А когда Джессика на меня злится, в ней просыпается Уверенная Лин, суровый старпом, который не церемонится ни с кем, и уж тем более со своим капитаном. Большую часть времени мне нравится Уверенная Лин, но не тогда, когда она на меня злится.
— Всё будет в порядке, — говорю я с напускной беззаботностью. — Харрис по крайней мере в одном не прогадал: я сейчас на себя совсем не похож.
Она в ответ хмыкает.
— Я всё равно считаю, что сначала нужно было собрать побольше сведений, а уже потом затевать операцию.
— Да ладно, — говорю я, — эта операция и есть сбор сведений. Какой способ узнать о пиратах лучше, чем подобраться к ним вплотную? Кстати говоря, наши гости прибыли, так что мне пора.
Я отключаю связь, пока она не успела снова обозвать меня идиотом, и обращаю всё внимание на парня, который только что вошёл в небольшое кафе на орбитальной платформе Картерс-Уорлда. Он точно пират. Более того, если попросить четвероклассника нарисовать пирата, он, скорее всего, нарисует именно этого парня. Мало того что у него стереотипный ирокез, так ещё и каждый квадратный сантиметр его открытой кожи, не покрытый татуировками, казалось, приютил по нескольку очень болезненного вида пирсингов. Некоторые из них выглядят совершенно невозможными, и я не могу понять, как он ест. Не дай бог ему когда-нибудь вздумается кого-нибудь поцеловать или даже высморкаться. Хороший чих его, наверное, прикончит.
Он входит с развязной уверенностью парня, который знает, что поблизости нет никого, кто осмелился бы бросить ему вызов. На нём чёрные кожаные штаны, майка-сетка под такой же кожаной курткой, а в руке он лениво держит дробовик, оперев его на плечо. Выглядит он нелепо, но при этом очень страшно. То есть я, может, и посмеялся бы над ним, но он бы за это меня точно прикончил.
  
Поскольку я сижу у входа в кафе, он первым делом смотрит на меня и вальяжно подходит к моему столику.