Все началось с развода (СИ)

Разбирая утреннюю почту в мессенджерах, я наткнулась на незнакомую аватарку.
« Цветы понравились?»
Всего два слова, но в них было немножко больше смысла, чем принято считать, Человек не просто сделал галочку, пометку, что он поступил правильно, отправил цветы женщине, человеку было интересно, понравились ли цветы.
Я, почему-то поддавшись какой-то глупой легкомысленной ноте, быстро набила ответ.
  
«Нет той женщины, которой не нравятся розы».
«Тогда гладиолусы не отправлять?»
Прилетело мне следом.
Я скосила глаза на сообщение и вздохнула, не считая нужным отвечать, но почему-то, проходив час по дому, позавтракав, переодевшись в рабочий комбез, я не выдержала и все-таки ответила.
«Сейчас не сезон гладиолусов, они будут из Голландии и абсолютно без запаха».
«Если хочешь запах, могу букет из креветок отправить. Пойдёт?»
Я сама не поняла, когда мы перешли на ты. И было в этом что-то до ужаса неудобное.
«Нет», — написала я и свернула в мессенджер.
Но после восьми вечера на экране наружной камеры появился курьер.
Это были не гладиолусы и не розы.
А крупнолистные здоровые ромашки, больше похожие на эхинацею белого цвета с травяно-жёлтой серединкой.
И они очень сильно пахли.
Медом, Лугом. И летним, ещё не начавшим греть особенно сильно солнцем.
Я мягко улыбнулась и покачала головой, вместо радости, какого-то хмельного счастья, ощущая тихую грусть.
39.
Ближайшую неделю состояние было как перед штормом, когда особенно тихо и аж в ушах звенит.
Я списывала все это на то, что Альберт успокоился и угомонился, и все сейчас сидели в ожидании большого взрыва, когда ему придёт извещение о том, что я подала на раздел имущества.
Меня даже Перт Викторович звонил и предупреждал.
— Алёнушка, вы, пожалуйста, без резких движений, если вдруг у Альберта возникнет какое-то желание повлиять на ваше решение, то вы сразу отправляйте его ко мне.
— Хорошо, обещаю, — тихо сказала я и улыбнулась, — и обещаю, что скоро заскочу и помогу разобраться с гортензиями.
— Мы будем очень рады, привози Митенька, — ответил мягко юрист, и я улыбнувшись, положила трубку.
Зина действительно предлагала несколько раз закинуть ко мне Митю, но я чувствовала такое своё состояние, что только испорчу ребёнку настроение выбираться никуда из дома мне не хотелось, а томить Митю постоянно на участке мне казалось немножко эгоистичным, поэтому обходными путями я все время съезжала с темы и старалась даже не заговаривать об этом.
Настя фонтанировала восторгами относительно того, что у нас начался большой рост аудитории, и даже проект, запущенный сейчас, показал новую волну продах, так что в целом появление на телевидении послужило больше хорошей рекламой, нежели чем плохой, даже несмотря на то, что разговор шел исключительно про мой развод и да, как я и ожидала, в блоге писали какие-то незнакомые люди в комментариях о том, что Алёна, вы очень хорошо держитесь, Алёна, я никогда бы не подумала, что вы пережили такое горе. Алёна, спасибо за ваше состояние спокойствия. Если у вас будет желание поделиться с нами своей историей расставания, мы были бы только благодарны. Ваш пример показывает, как можно сохранить достоинство, находясь в разводе.
Мне это, с одной стороны, безумно льстило, а с другой стороны, я понимала, что если буду включаться в эту тему, то я начну терять свою основную целевую аудиторию, поэтому чаще всего я уходила от этих вопросов, съезжая на то, что блог у нас исключительно про эстетику загородной жизни.
А к эстетике загородной жизни тут же, соответственно, и добавилось, что со мной вдруг захотели выйти на сотрудничество несколько знаменитых брендов. Когда я увидела референсы- я чуть было не визжала от радости, скидывала Насте, и мы вместе с ней сидели и хлопали в ладоши.
Это был очень большой рывок для блога. Такого формата компании ещё у меня не было, и это было офигенно.
Подводя итоги, подсчитывая, сколько у меня в этом месяце получилось заработать, я в тихую радовалась. Потому что блог рос, и доходы с него тоже были сейчас больше, чем в самом начале.
Запустив таймлапс того, как я пересаживаю клубнику в маленькие деревянные ящики для того, чтобы расставить её по по всему периметру веранды я не заметила, что мне пришло несколько сообщений от дочери, и очухалась я только когда закончила всю работу и поставила съёмку на паузу.
«Мам, можно тебя попросить, Митя хочет к тебе. Я не знаю, готова ли ты или что».
«Мам, ты как только решишь, набери, пожалуйста, чтобы я знала, ввести к тебе Митю или нет».
«Мам, у тебя все в порядке? Почему ты не отвечаешь?»
Последнее сообщение отдавало нервной истерикой, и поэтому я все-таки, подняв мобильник, набрала дочь.
— Что случилось?
— Привет, господи, ты не отвечаешь. Я уже запаниковала, думала звонить в охранное агентство, узнавать, все ли там у вас в порядке.
— Нет, все в порядке, у меня была съёмка, — произнесла я сдержанно и поджала губы, осматривая, что разбросала везде слишком много земли.
— А, хорошо, хорошо, я поняла. Ты как на это смотришь, Митя сможет приехать к тебе вечером?
Я оглядела теплицу, в которой сейчас черт ногу мог сломать, и вздохнула.
— Митя может, конечно, приехать, но только давайте без всяких сюрпризов и эксцессов.
— Нет, нет, ты что, нет, если ты про папу, то не переживай вообще.
Я вздохнула
— Тогда, наверное, часов в семь Митя будет у тебя.
— Хорошо, я поняла. И где Гордей пропадает последние три дня, он не ночевал у меня, и мы только переписывались.
— Я, если честно, не особо в курсе. Я думала, он у тебя.
— Нет, последние три дня у меня его не было.
— НУ значит, он у отца.
Я вздохнула и приняла это к сведению.
— Хорошо, понятно. — Положив трубку, трубку я быстро стала собирать разбросанный инструмент, складывала в корзины, оставшуюся рассаду и полив клубнику удобрением решила, что завтра утром при хорошем солнце сделаю съёмку на веранде.
Я успела как раз закончить все дела в теплице и даже поставить печься манник, это было бы, конечно, все быстрее, если бы я не решила ещё и съёмку этого манника сделать.
Ну да Бог с ним.
Поэтому, когда у меня в духовке пирог стоял и еще готовился, на пороге появился Митя, и не один.
— Бабуля, привет, — с разбегу бросился ко мне внук, схватив меня за ноги, я наклонилась, заправила ему волосы за уши, чмокнула в щеку, и он, глубоко вздохнув, прошептал: — Сладкое да?
— Родной, минут через двадцать будет готово.
Митя с визгом побежал на второй этаж переодеваться в свою комнату, а я перевела взгляд на Максима.
— Привет, — сказал он легко и пожал плечами.
— Здравствуйте. — Произнесла я сдержанно и сложила руки на груди.
— Просто сегодня я вместо няньки. И Зина позвонила, сказала завести к вам. Ну, я подумал, что это мне даже на руку, давно ведь не виделись.
— Ага, — без энтузиазма подтвердила я и вздохнула.
— А пахнет у вас действительно шикарно. — Макс улыбнулся одним уголком губ, стараясь очаровать. Ну, слава Богу, очарование на такую, как я, уже сейчас не
работало. — И, кстати, ну мало пи, вдруг вы решите, что я достоин попробовать чего-нибудь сладкого, то я даже подготовился.
Максим оттолкнулся от косяка, и во второй руке у него появился бумажный
крафтовый пакет с лейблом грин лавки. — Это свежая клубника. Пахла на всю машину, но мне почему-то показалось, что сегодня это лучше, чем цветы.
40.
Я вздохнула, спрятала улыбку и покачала головой.
  
— Максим, ну вот зачем вам это?
— Скажем так... Вы мне приятны.
— Ну не настолько же, чтобы лезть к теще своего друга? — Усмехнулась я и качнулась с пятки на носок.
— Настолько. Тем более я же не похабными словами лезу.
— Ну похабство я от вас уже слышала.