Семейный пикник

"Зачем он так рисковал? — подумал Бэрридж. —  Бравада опытного альпиниста?.. "
То, что Роджер разбился насмерть, было совершенно очевидно — глубина ущелья достигала тридцати ярдов, дно было усеяно крупными обломками скал, находящийся на расстоя­нии десяти ярдов от края пропасти карниз был слишком узок, чтобы задержать падение - ударившись о него, тело Роджера полетело дальше, на дно. Роджер был мертв, и Ли вместе с Патриком пошли назад. Встретившись с Уиллисом, они ре­шили, что разумнее поспешить за помощью в отель, нежели пытаться вытащить тело своими силами: их веревка до дна не доставала, а другого спуска на дно ущелья они не знали.
Бэрридж настоял на том, чтобы сделать Патрику укол, и воспользовался самым сильным успокаивающим средст­вом, какое оказалось в его распоряжении, однако Патрик, увидев в окно направлявшуюся за телом группу, сорвался с места и заявил, что тоже пойдет. Бэрридж загородил собой дверь и решительно сказал, что не выпустит его из номера.
Он не мог допустить, чтобы Патрик исполнил свое намерение, так как прекрасно понимал, что вид тела, упавшего с высоты в тридцать ярдов, может трагически повлиять на психику мо­лодого человека. Мгновение Патрик смотрел на него беше­ным взглядом, словно готов был идти напролом, а потом вдруг обмяк, спотыкаясь, доплелся до дивана и рухнул на него, как подкошенный. Бэрридж попытался заговорить с ним, но Патрик никак не реагировал. Больше всего Бэрриджу не нравились глаза Патрика; Бэрридж был хирургом, а не психиатром, и испытывал неприятную неуверенность в своих силах, думая о том, что будет, когда тело Роджера доставят в отель.
Постепенно взгляд Патрика начал затуманиваться, потом глаза его закрылись — укол подействовал. Бэрридж уложил его поудобнее и, хотя знал, что в ближайшие восемь часов тот не проснется, остался в номере. Когда вместе с группой, которая принесла тело Роджера, вернулся Гловер, Бэрридж обсудил с ним сложившуюся ситуацию. Гловер понял с полу­слова и сказал, что берет на себя отправку гроба в Англию, как только будут соблюдены необходимые формальности. Он полностью согласился с Бэрриджем, что необходимо избавить Патрика от зрелища, которое нанесет его психике тя­желый удар, и побыстрее увезти его отсюда.
— Не знаю, как у местных властей принято действовать при подобных несчастных случаях, однако надеюсь, что они не станут нас удерживать, — сказал Бэрридж. — Хотелось бы завтра же увезти Патрика.
Прибывший вместе с полицией врач констатировал, что смерть наступила в результате многочисленных повреждений, полученных при падении с большой высоты. Бэрридж предуп­редил инспектора о состоянии Патрика и попросил обращаться с ним поделикатнее. Выслушав показания Альберта Ли, инспектор заявил, что хотя случившееся не вызывает сомне­ний, он все же должен поговорить с Патриком Карлайлом, как со вторым очевидцем, однако согласился отложить беседу на следующий день.
Утром Бэрридж, который хотел присутствовать при раз­говоре, зашел за Патриком и вместе с ним направился к инс­пектору. На верхней площадке лестницы они увидели Уиллиса.
— Что же вы не пойдете посмотреть? — каким-то странным тоном сказал он Патрику и кивнул на помещение, где лежало тело Роджера. — Взгляните.
Патрик сильно вздрогнул, но ничего не ответил.
Поднимавшийся по лестнице Ли, увидев Патрика с Бэрриджем, опустил глаза и молча прошел мимо, сделав вид, будто не замечает их. Патрик тоже отвернулся и ускорил шаг.
Показания Патрика, полностью совпадающие с тем, что рассказал Альберт Ли, удовлетворили инспектора. Если бы Роджер разбился в присутствии одного Патрика, его показания могли вызвать сомнения, однако свидетельство Ли, человека постороннего и познакомившегося с погибшим лишь накануне вечером, да и то по инициативе самого Роджера, решало дело. Гарольд Уиллис, поскольку он не являлся очевидцем смерти Роджера Карлайла, вообще не заинтересо­вал инспектора.
Было уже совсем поздно, когда в номер Бэрриджа посту­чала Луиза. Она выглядела довольно спокойной, и Бэрридж безуспешно гадал, что кроется за сдержанностью этого хоро­шенького личика: искреннее горе или полное его отсутствие.
 
— Как все это ужасно! — воскликнула она. — Пойти на прогулку и так нелепо погибнуть... Кстати, какое заключение сделал полицейский врач о причине смерти Роджера?
Вопрос вызвал у Бэрриджа недоумение: обсуждать при­чину смерти человека, упавшего с высоты в тридцать ярдов, казалось излишним. Так он ей и сказал.
— Да, конечно, Роджер разбился, это ясно. — Луиза криво усмехнулась. — Просто мне хотелось узнать, что в таких случаях пишут в официальных документах. Может быть, это глупо. Извините за беспокойство, мистер Бэрридж.
Через четверть часа Бэрридж заглянул к Патрику, кото­рый с безучастным видом лежал на диване.
— Патрик, погуляйте с Ником, — сказал Бэрридж, стре­мясь чем-нибудь занять его. — Я тоже пойду с вами.
Патрик машинально взял поводок и направился к двери, он двигался с таким видом, словно временами не совсем отчетливо представлял, что делает. В холле им повстречался Гловер; пока Бэрридж с ним разговаривал, Патрик с собакой вышел из отеля, и вскоре до Бэрриджа донесся его истерический крик:
— Теперь можете жениться и спать с ее деньгами!
Вместе с Гловером Бэрридж выбежал наружу: Патрик разговаривал, хотя это едва ли можно было назвать разгово­ром, с молодым мужчиной, рядом с которым стояла краси­вая темноволосая девушка. Мужчина, судя по его виду, тоже был настроен весьма агрессивно и даже сжимал кулаки, но между ним и Патриком, угрожающе оскалившись, стоял сенбернар.
— Ник, сидеть! — крикнул Бэрридж.
Пес подрагивал от возбуждения и глухо рычал. Бэрридж, опасаясь, что тот бросится на незнакомца, схватил сенбернара за ошейник. Пес зарычал еще громче, но Патрик не обращал на разъяренную собаку никакого внимания. Положение спас Гловер.
— Доброе утро, мисс Уинд, - спокойно сказал он. - Вот уж не ожидал вас здесь встретить. Что случилось?
— Мистер Карлайл позволил себе лишнее, — ответила Джоан ледяным тоном. — Разумеется, сейчас ему многое мож­но извинить, но все же у него нет никакого права оскорб­лять меня и моего жениха. Мистер Мортисс, - представила она своего спутника.
— Кажется, я вас здесь уже видел, — заметил Гловер.
— Собственно, я пришел забрать свои вещи, - сказал Мортисс. - Переселяюсь в другой отель, где остановилась Джоан.
— Не терпится! — зло бросил Патрик. — Дождались, на­конец.
— Замолчите! — оборвала его Джоан. — Как вы смеете разговаривать со мной в таком тоне?! В конце концов, я тоже могу сказать, что теперь вы получите все деньги Роджера и у вас не будет нужды выпрашивать их.
— Мисс Уинд! — укоризненно сказал Гловер.
— Он сам виноват! — вспыхнула Джоан. — Вы еще не все слышали, что он тут кричал. Будто мы виноваты в том, что Роджер погиб.
— Нет! — Патрик поднял руку, словно защищаясь от чего-то, и попятился. — Нет, нет, я этого не говорил!
Круто повернувшись, он бросился бежать к отелю.
— Пойдите с ним, - сказал Бэрридж Гловеру, сам он держал сенбернара и не решался отпустить его: пес по-преж­нему тянулся к Мортиссу с явно враждебными намерениями.
— Я присмотрю за Патриком, не беспокойтесь, — уже на ходу ответил Гловер.
— Пожалуйста, подержите собаку, пока мы не уйдем, — попросила Джоан. — Мы быстро, вещи Сирила уже собраны.
Они направились к отелю, а Бэрридж повел Ника в проти­воположную сторону. Патрик убежал вместе с поводком, и вести за ошейник упирающегося пса было тяжело и неудобно. Бэрридж присел на нагретый солнцем валун; Ник, все еще недовольно ворча, стоял рядом.
"Согласится ли Патрик уехать сегодня? — раздумывал Бэрридж. — Предвидеть его реакцию невозможно... Что если он заупрямится?"
— Чертова собака! — воскликнул он, обнаружив, что Ник исчез; задумавшись, он выпустил ошейник, и пес этим вос­пользовался. — Ник! Некогда мне сейчас с тобой возиться! Ник, Ник! — Сенбернар лаял где-то близко, и Бэрридж пошел туда. — Куда тебя несет? Ник! Поди сюда, Ник! - Однако со­бака упорно продолжала продираться через густой кустарник, словно нарочно выбрав самый заросший участок. — Ловит он там кого, что ли? — пробормотал Бэрридж, обходя за­росли.