Виктория - значит Победа. Сердцу не прикажешь (СИ)
О Тереза, отчего же ты такая болтливая? Зачем, зачем говорить об этом?
- В самом деле? – виконт улыбается и смотрит на меня.
Пожимаю плечами – мол, так и было. Танцевали. И что? Один танец – не повод для знакомства, судя по всему.
- Мало ли, Тереза, с кем господин виконт танцевал один танец, - тоже улыбаюсь. – Думаю, таких дам… достаточно много. Но вдруг он расскажет нам что-то любопытное? О чём и о ком говорят? Что обсуждают?
- Хорошо, милые дамы, извольте, - он улыбается нам обеим и кланяется.
И вот он начинает говорить, и говорит о людях и событиях, о которых я не знаю ничего. Просто потому, что не в курсе жизни столицы и двора, и слышала главным образом болтовню о короле и его любовнице, маркизе дю Трамбле. Но о них виконт не говорит ничего, вероятно – понимает, что не нужно о таких людях болтать почём зря в первой попавшейся гостиной. Точнее, я бы не стала так делать, а что он думает – я не в курсе.
Но гостям моим нравится. И о том, куда пошёл граф какой-то там и с кем подрался. И о том, что в Другом Свете постоянно конфликтуют выходцы из Франкии и выходцы с Полуночных островов. И ещё о какой-то неведомой болезни, перед которой пасуют даже целители. И немного о моде – какие ткани и какие ленты нынче носят. Я разве что за моду зацепилась краем уха, потому что – мой корабль «Аврора» должен привезти из Индии ткани и пряности, и мне нужно будет основную часть груза продать, или пристроить как-то с выгодой для себя. Интересно, не нужно ли начинать ввозить красители для ткани? Если я правильно помню, в моей домашней реальности анилиновые красители изобретут лет через сто от такого момента. А здесь – неясно.
Интересно, чего это он на меня поглядывает? Думает, заслушалась? Пускай думает, пускай. Я же после тканей и лент снова вернулась мыслями к своим делам, а именно – к моей необыкновенно одарённой магической молодёжи. Граф Ренар уже некоторое время как вернулся в гостиную, тоже слушал, как виконт разливается соловьём. Наверное, что-то узнал? И провёл воспитательную беседу?
И вот пирожки съедены, фрукты тоже, и кто-то украдкой зевает, а кто-то трёт глаза. Госпожа Дарьен подаёт сигнал ко всеобщему отбытию – поднимается, кланяется и кладёт руку на плечо дочери, а дочь, юная хохотушка по имени Мари, не сводит глаз с нашего докладчика. Правда, присутствие маменьки не даёт ей утратить остатки разума, она поднимается, и все Дарьены прощаются.
Следом потихоньку отправляются и остальные, и на прощание все говорят, что у меня очень вкусно, очень интересно и весело. Что же, вот и славно.
Последними остаются граф Сегюр с супругой и виконт. Графа Ренара я уже даже почти и за гостя не считаю, он совсем свой. И нам с ним сейчас ещё кое с кем разговаривать.
Кое-кто не отсвечивает, нет в моём доме никакой магической молодёжи. Ни вихра, ни пуговицы, ни ленты, ни оборки. Прикрываю глаза, прислушиваюсь – запрятались где-то на третьем этаже. Ну ничего, голубчики, мы с вами ещё поговорим.
- Госпожа де ла Шуэтт, я буду весьма рада заглянуть к вам ещё, - улыбалась графиня на прощание. – И буду рада видеть вас в нашем доме. Камерный приём послезавтра, заглядывайте. Будет приезжий гость.
Камерный приём? Отлично, придём. Новый гость? Тоже хорошо.
- Госпожа де ла Шуэтт, я благодарю вас за тёплый приём и замечательный вечер, - промурлыкал виконт. – И надеюсь, что вы дозволите бывать в вашем гостеприимном доме.
Наклонился и поцеловал руку, и я убедилась – в темноте тоже был он, да. Улыбнулась безмятежно.
- Конечно же, виконт, заглядывайте. Я подумываю о том, чтобы сделать приёмный день… возможно, мы с Терезой надумаем. И непременно известим, да, Тереза? – подмигиваю ей.
Тереза сияет. Новые гости, ещё гости, больше гостей богу гостей. Особенно новых гостей. С Терезой всё понятно.
- Конечно-конечно, Викторьенн, я всегда рада, когда к нам приходят гости!
А если Гаспар там в могиле ворочается – то так ему и надо.
Когда все гости отбыли, я обернулась к своим.
- Кажется, мы всё пережили, да? С минимальными потерями?
- Да! И вот увидишь, этот фокус со светом ещё кто-нибудь возьмётся повторить!
- И пускай, я не против. Но сейчас я хочу узнать, кто был творцом этого изумительного фокуса, - вздыхаю.
- Вы в самом деле хотите? – усмехается граф.
- Весьма желаю, да. Какого чёрта и вообще. Вы поговорили, я правильно понимаю?
- Поговорил, - кивнул граф с улыбкой. – Поговорите и вы, потом сравним результаты.
Я кивнула, и пошла наверх. Там выделили комнату для троих мальчишек, и рядом ещё одну для девочки. И судя по ощущениям, все они и сидели у Камиллы Чернули.
Поднимаюсь неслышно, подкрадываюсь под защитным куполом к двери, слушаю.. разговаривают.
- А что ты хотел? Думал, господин граф – дурак и не расколет тебя тут же? – это Шарло.
- Да я просто так, попробовать, получится или нет, - это вздыхает Поль, младший из братьев.
- Ну вот, получилось. И что теперь? Что ты скажешь госпоже Викторьенн? – это Камилла, и она очень ехидна. – Что ты дурак? Так она и сама это знает. Захотел обратно в Песчаный конец? Надоело ходить в хорошей одежде и есть досыта каждый день? И учиться магии у господина графа?
Значит, старшие, Шарло и Камилла, против выходки, а что думает старший братец Пьер? Он молчит, его не слышно.
- Да я просто попробовал, правда, я ж не знал, что у меня выйдет! А оно взяло и вышло! Чтобы раз – и столько магических шаров погасить! Вдруг понадобится где-нибудь! Правда-правда!
Ладно, я иду вперёд. Открываю дверь и захожу. Обычно я, кстати, стучусь, а сегодня не стала.
- Ну что, орлы, будем разговаривать?
Сидят на кровати и на подоконнике, увидели меня, сползли на пол.
- Это я, госпожа Викторьенн, - горестно прошептал Поль. – Я не думал, что смогу. И смог.
- И отчего же ты не попробовал, пока гости не пришли? – интересуюсь.
- Тогда я ещё не придумал, - честно ответил малец. – А как придумал, так и сделал. Они мне сразу сказали, что я дурак. А я и сам знаю, без них.
- Ну вот, ты смог. И что теперь?
- А теперь я это знаю и больше не буду, - честно заявляет красавец.
- А что ты придумаешь в следующий раз? Уронишь кого-нибудь на пол? Утащишь еду со стола? Или вещи у гостей?
- Ничего я не тащил, неправда это! – тут же вскинулся, и я вижу – правдив, в самом деле ничего не крал, только напакостил.
И что, оставить так? Или придумать наказание?
- Хорошо, я верю тебе на первый раз. Но завтра с утра ты руками и без магии моешь пол в гостиной и столовой, я предупрежу госпожу Сандрин.
Он только выдохнул – так, что глаза вытаращилась.
- Я? Пол? Без магии?
- Ну да, - киваю я. – Или…
- Нет! – Поль не даёт мне говорить. – Нет, простите меня, госпожа Викторьенн, всё сделаю! Что скажете, всё сделаю!
- Хорошо, я принимаю твои извинения и твоё обещание, - киваю. – Завтра, до завтрака. Ясно?
- Ясно, - кивает.
Поверим на первый раз. И вдруг поможет, и больше не напакостят?
Впрочем, я думала, что ещё как-нибудь попытаются.
5. Итоги званого вечера
Наутро после приёма гостей я выслушала страдания Сандрин о том, что гости съели слишком много припасов, потом радость Терезы о том, что гости – это замечательно, и нам следует поскорее пригласить их ещё раз, и особенно виконта Гвискара. А к обеду пришёл господин граф, оглядел меня и спросил:
- Ну что же, Викторьенн, вы довольны?
- Чем именно? – усмехаюсь.
- Вашим званым вечером, вестимо, - граф вернул усмешку.
- Вечер как вечер. Конечно, по идее нужно придумать какое-то развлечение, на которое бы как раз приходили, но я пока его не придумала. Вчера таким развлечением стал виконт де Гвискар, но он вряд ли ещё придёт, судя по его лицу, и наши юные балбесины, которые устроили нам магическую темноту.
Пол поутру был чисто вымыт – Поль скрипел, но старался. Сандрин бурчала – мол, делать нечего, допускать этих безобразников к уборке, за ними ж всё потом придётся переделывать. Не знаю, много ли пришлось переделывать, но работу он сдавал сначала мне, я не увидела ничего страшного, и всё приняла. И отправила его читать книгу к приходу графа.