Турист (СИ)
— Дорогой, тебе же интересно то же, что и мне? — промотав запись до конца и убедившись, что более никаких интересных событий в кабинете Исенбаева не происходило, Оля свернула экран коммуникатора и выжидающе уставилась на меня.
— Если ты имеешь в виду интерес к грузу, который должны доставить завтра в Усть-Бельск, и почему Исенбаевы так трясутся над ним и его скрытностью, то… — я сделал паузу, чтобы затянуться дымом сигареты и выдохнул, — нет, дорогая. Мне это неинтересно.
— Ты скучный сегодня, дорогой, — отвернувшись, протянула Ольга, поигрывая полупустым бокалом в руке.
— Дражайшая моя супруга, — заговорил я, потушив окурок. — Ваше кошачье любопытство для меня давно не секрет. Тем не менее, хочу вам напомнить, что ныне мы находимся в свадебном путешествии, которое предполагает отдых, развлечения, постельный разврат и ленивое ничегонеделанье, а вовсе не вскрытие чужих тайн и поиск ненужных нам секретов.
— Это да-а, — Оля мечтательно уставилась в ночное небо. — Особенно мне нравится часть про развлечения и разврат.
— Первое будет завтра, а второе могу обеспечить хоть сейчас, — тут же отозвался я.
— Если под приключениями ты имеешь в виду игру в кошки-мышки с наблюдателями Исенбаевых, то… ладно. Будем считать это половиной откупных, — улыбнулась жена.
— А что будет второй половиной? — прищурился я.
— Как сказал этот старик: «догадаешься с двух раз?» — улыбка Оли стала искушающей и… я понятливый, да. А потому подхватил взвизгнувшую жену на руки и потащил её в пещеру… в номер, то есть. И плевать мне было на возможные проблемы с Исенбаевыми, чем бы они нам ни грозили!
Глава 28
Неприятности⁈ Они же ждут!
Сарапул — уездный город, со всеми приличествующими его статусу присутствиями. Иными словами, здесь нашлось место не только городским службам, но и уездным отделениям государственных контор, в том числе и присутствию Поместного приказа, мимо которого наша рыжая спасплатформа и пропыхтела, тормознув на перекрёстке с круговым движением. Отсюда, если верить карте, мы могли выйти на дорогу, ведущую к континентальной трассе, уходящей к Ижевску, либо принять правее и, свернув в узкий тенистый проулок, выкатиться к Верхней набережной, проехав которую, окажемся на Прикамском шоссе. Учитывая, что дорога к континенталке пролегает через немногочисленные, но весьма обширные боярские владения, выбор наш был ясен. Платформа еле слышно вздохнула пневмоподвеской на разбитом асфальте переулка, кажется, не знавшем ремонта со времён прошлого царствования и, тут же прибавив ходу, мерно покачиваясь на колдобинах, «поплыла» туда, откуда ветер доносит речную свежесть… Ещё один светофор, левый поворот, и вот Ольга уже уверенно ведёт тяжёлую машину по довольно ухоженной, хотя и явно не прогулочной набережной. А ещё через полчаса мы покинули пределы Сарапула, оставив позади многочисленные сооружения так называемого «Малого порта». Не название, а насмешка, честное слово! Мы мимо этого самого «малого» добрых десять минут по дороге пылили, не имея возможности полюбоваться рекой, вид на которую напрочь перекрывали портовые строения.
Наблюдатели от Исенбаевых вслед за нами, кстати, прочь из города не сунулись, хотя по городу ходили за нами неотвязно. Глаз с нас не спускали, да и сами старались остаться незамеченными. Но как бы им это удалось, учитывая, что на нашей платформе установлен авиационный москит «Лена» с селекцией целей[1]? Ему, чтобы выявить одинаковые сигнатуры, таскающиеся за нами хвостиком по всему Сарапулу, понадобилось чуть больше двух минут, ну и ещё пяток, чтобы точно их идентифицировать и запомнить. Ну да ладно, сами они за нами не поехали, а вот пару дронов запустили. И управляют ими, надо заметить, по уму. Над головами эти микровертолёты не вьются, не жужжат и не отсвечивают, идут параллельным курсом да время от времени мелькают на экране москита, когда наворачивают очередной гигантский круг над нами. Да и чёрт с ними, успеем ещё поиграть. А пока… едем-путешествуем, наслаждаемся видами.
Без малого четыреста километров до Перми мы одолели всего за семь с половиной часов, но в сам город въехали уже поздним вечером. Сказались наши утренние прогулки по Сарапулу и послеобеденный выезд из него. И здесь, как ни удивительно, у нас тоже не было никаких проблем с устройством на ночлег. Правда, остановиться в историческом центре, как того хотелось Оле, не вышло, но тут уж вина нашей машины. Там просто не нашлось достаточно просторной стоянки, которая могла бы принять тяжёлую спасплатформу. Ну да мы не в претензии. Огромный гостиничный комплекс, расположившийся перед въездом в Студенческий городок, оказался ничуть не хуже, чем дорогие гостиницы на той стороне Камы. Да и виды с верхних этажей этого более чем современного здания открывались такие, какие и не снились обитателям невысоких отелей исторического центра Перми. Ну нет там таких высоких домов. Вообще нет. Такое впечатление, что местные власти попросту запретили строить в основной части города здания выше пяти-шести этажей.
Впрочем, такое архитектурное решение, на мой взгляд, придавало городу свой особый шарм… особенно учитывая тот факт, что здесь и в помине нет такой штуки как «типовое» строительство. Здания, старые и новые, большие и маленькие, все они имеют свой стиль, свое «лицо», так сказать. И при этом как-то умудряются не выбиваться из общего ряда, отчего архитектурный ансамбль Перми выглядит органичным, без выбивающих кровь из глаз сверкающих сплошным зеркальным остеклением «вставных зубов» точечной застройки. Нет, здесь встречались здания вполне современного вида, но они либо «кучковались» по улицам в компании себе подобных, либо же скромно прятались за зеленью скверов и в глубине дворов. Приятное место. Было… пока спасплатформа не подала мне на коммуникатор сигнал о приближении к ней отмеченных ещё в Сарапуле объектов. Надо же! Соглядатаи всё же сорвались за нами вслед.
Интересно, они повторят подвиг урядников Швырко или всё же поберегутся и не сунутся к машине? Кружат, кружат…
— Кир, а чем ты занят? — в интонациях сидящей напротив меня жены послышались вкрадчивые нотки, и я вздохнул. Ну не могли придурки подобрать другое время для визита? Хоть бы получасом позже, когда Оля, наконец, закончит делиться впечатлениями о Перми? А то ведь загрызёт же за то, что не обращаю должного внимания на её щебет…
— Наблюдаю, как филёры Исенбаевых пытаются подобраться к нашей машине, — ответил я. Честность — лучшая политика. По крайней мере, в данном случае. Точно… наверное… может быть.
— О… — Оля откинулась на высокую спинку кресла и, подхватив со стоящего перед нами блюда яблоко, с хрустом его надкусила. — Это, конечно, важно, но… Они что, уже пытаются её взломать?
— Пока нет, — вздохнул я. — Крутятся рядом, словно акулы вокруг раненого дельфина, но ближе десятка метров к машине не подходят. Наверное, знают, чем это закончилось для подчинённых портового околоточного.
— Ой… стоп, Кир! — жёнушка тут же перестала играть обиженку и, развернув экран своего коммуникатора над заставленными закусками столом, принялась активно работать… я так понимаю, с вычислителем спасплатформы. Впрочем, уже черед полминуты она на миг отвлеклась от своей работы и кивнула: — Разверни свой экран на полную, я дам тебе телеметрию с борта и данные с москита.
Браслет вздрогнул, и передо мной возникла картинка, аналогичная той, что видела сейчас на своём коммуникаторе Оля. И первым, что бросилось мне в глаза среди нагромождения таблиц и диаграмм, расположенное в центре подобие экрана радара с многочисленными отметками, из которых лишь пять соответствовали тем, которыми москит обозначил наших сарапульских филёров.
— Кто все эти люди, что здесь происходит? — не удержался я от сарказма.
— Смею предположить, что жёлтым отмечены дружинники Исенбаевых, — пожала плечами Оля, хмуро наблюдая мельтешение жёлтых отметок, собравшихся вокруг спасплатформы.
— А красные — это наши сарапульские наблюдатели, да? — вздохнул я. Жена кивнула в ответ.