Побочный эффект

— Всегда? — прошептала девушка.
— Всегда, — ответил Паскаль. И взял Джаду за руку. — А теперь скажи, кто ты?
* * *
— Я безмерно удивилась, узнав, что вы наложили запрет на нашу эвакуацию, — холодно произнесла Альбертина, ярко выделив слово «безмерно».
Тишина. Собеседники по видеоконференции, не сговариваясь, решили не комментировать это заявление молодой женщины. Или не прониклись. Значит, необходимо усилить давление.
  
— Своим решением вы, возможно, убили Эдди.
— Он был заражён, — сказал Паркер, владелец «Parker&Brooks».
— Перелёт бы его не спас, — сказал Брукс, владелец «Parker&Brooks».
Они не были похожи, но их часто путали.
— Раз Эдди был заражён, запрет был введён правильно, — добавил Графен, владелец «BioGlob». — Мы не имеем права рисковать — под ударом вся цивилизация.
Остальные собеседники кивнули.
Помимо Паркера, Брукса и Графена, на встрече присутствовали владельцы JDFKZ и «MedConstruction», кто-то из финансистов и представители технологических корпораций. Восемь человек из самого могущественного сословия планеты, которые хотели понять, что случилось с одним из них.
— Мы понимаем, что ты расстроена, Альбертина, но, пожалуйста, не обвиняй нас в том, что Эдди заразился.
— Это могло случиться с кем угодно.
— И с тобой.
— Вы ведь тесно общались?
Все умолкли в ожидании ответа, однако раскрывать детали «тесного общения» Альбертина не собиралась.
— Хотите сказать, что мне пора писать завещание?
— Мы все надеемся, что нет.
— Вирус поражает не в ста процентах случаев.
— Но пока ты жива, скажи, пожалуйста, как получилось, что вы поженились?
На Графена даже не зашикали, все знали, что его воспитание оставляет желать лучшего. Даже в своём кругу он порой вёл себя с чудовищной бестактностью, а уж с низшими никогда не церемонился.
— Как вы знаете, мы с Эдди планировали заключить брак в следующем году, но все эти события… — Если бы Альбертина разрыдалась или заплакала, ей бы никто не поверил. Но она сыграла идеально: однаединственная слеза из правого глаза. — Мы прекрасно проводили здесь время, если вам интересно, а сегодня утром случились две вещи. Во-первых, мы узнали о вирусе. Во-вторых, я узнала, что беременна.
— Ты беременна?
— Да.
— От кого?
На этот раз Паркер не выдержал:
— Графен, ты идиот?
— Я должен быть уверен во всех деталях.
— Уверен ты будешь, когда ознакомишься с результатами генетической экспертизы, а пока слушай, что говорит бедная девочка.
Паркер выглядел моложаво, лет на тридцать, однако в действительности ему было восемьдесят три, и он имел полное право называть Альбертину девочкой.
— Пожалуйста, продолжай. И… прими мои поздравления. Мои и Сары.
— Спасибо. — Альбертина выдержала паузу, дождалась от Графена:
— Извини.
И только тогда вернулась к рассказу:
— Эдди обрадовался и, конечно, разволновался. Он сказал, что мы должны принять все необходимые меры, чтобы ребёнок получил всё, что ему причитается. И ещё… — Голос дрогнул. Не ярко, но заметно. В Альбертине пропала великая драматическая актриса. — И ещё я думаю, что Эдди что-то предчувствовал. Его предложение показалось неожиданным, но Эдди так настаивал, а я… я хотела за него замуж. В конце концов, это мой первый опыт. — Она слабо улыбнулась.
— Всё будет хорошо, — пообещал Паркер. — Прикажи юристу прислать нам брачный контракт — нужно его оценить.
— Конечно…
Альбертина хотела продолжить, но замолчала, услышав восклицание Брукса:
— Глазам не верю!
— Что случилось?
— Все получили сообщение? — громко спросил Графен.
Альбертина взяла свой коммуникатор, сразу разглядела метку «Экстренно!», открыла, прочитала… — Боже, это правда?
«Большая Московская Катастрофа унесла жизни десяти тысяч человек и с каждой секундой число жертв растёт… Мы не можем допустить… Мы не знаем, сколько времени понадобится корпорациям, но хотим сказать: ВАКЦИНА ЕСТЬ!»
— Вакцина есть? — А вот теперь из глаз Альбертины полились слёзы. — Кто-то придумал вакцину?
— Мы ещё не знаем, — отозвался Паркер. — Информация только что прошла по всем новостным каналам.
— В свободный доступ выложена инструкция по её изготовлению, — добавил Брукс, его доппель успел прочитать дополнительные материалы. — Нужно проверить.
Появившееся в Сети сообщение произвело эффект разорвавшейся бомбы. Нет! Оно и было бомбой, без всякого «эффекта». Перепуганные люди неожиданно узнали, что ВАКЦИНА ЕСТЬ! И поверили. Чудо спасения обрушилось на них столь же внезапно и столь же стремительно, как ужас катастрофы.
ВАКЦИНА ЕСТЬ!
— Сколько времени вам нужно?! — взвизгнула Альбертина. — Когда будет вакцина?!
— Минимум двенадцать часов, — ответил Графен.
— Мы сделаем всё, чтобы получилось раньше, — пообещал Паркер. — Никто из нас не был в подобных обстоятельствах, но мы от всей души желаем тебе выйти из этого испытания живой и здоровой. И, конечно же, сохранить ребёнка.
— Спасибо. — Альбертина вздохнула. — Мне предстоят самые страшные двенадцать часов в жизни, но я справлюсь.
— Не сомневаюсь, что справишься.
— Поговорим, если я выживу.
Совещание закончилось.
Альбертина отключила связь, некоторое время молча сидела перед погасшим коммуникатором, затем улыбнулась и покачала головой:
— Условия брачного контракта? Даже я не ожидала, что ты заговоришь о них сейчас. Никакого уважения к молодой вдове, которая, возможно, заражена смертельным вирусом и вот-вот умрёт. — Услышала, что открылась дверь, повернулась и улыбнулась вошедшему Янгу: — Джереми, у нас всё получилось.
— Да, миледи, формула вакцины выложена в Сеть.
— Мы знаем, кто её выложил?
— С большой вероятностью.
— Замечательно. — Альбертина поднялась на ноги. — Что в городе?
— Беспорядки не утихают. Власти пытаются их подавить, но получается плохо: погромы охватывают всё новые и новые районы.
— Нас атакуют?
— Пока нет. К Лосиному острову подходило несколько разрозненных групп, но они испугались дронов и отступили.
— Мы открывали по ним огонь?
— Нет.
— Хорошо. Не нужно злить местных. — Альбертина помолчала. — Действуем по плану, Джереми, я должна лично отправиться на встречу.
— Не будет ли разумнее доставить клиента сюда?
— Нет, — твёрдо ответила Альбертина. — У нас есть договорённости, и мы обязаны их придерживаться. Дело слишком важное, чтобы менять планы.
— Да, миледи, — склонил голову Янг. — Как вам будет угодно.
* * *
Что происходило во время стрельбы, Бесс не видела — пряталась за стеной, не желая словить случайную пулю. Когда же выстрелы стихли, вампиресса со всей осторожностью выглянула в окно и узнала две важные вещи. Первая: мародёры не устояли, валялись теперь там, где их настигли пули, а победители уже приступили к сбору добычи, снимая с убитых оружие и амуницию. Вторая вещь оказалась совсем плохой: командовал маридами лично Шамиль. Он, как и все боевики, был в комбинезоне и в скрывающем лицо респираторе, однако сначала вампирессе показалась знакомой фигура, а затем к большому боссу громко обратился один из подчинённых, и всё окончательно встало на свои места: в маленький двор не самого дорогого московского дома явился лично главарь одной из крупнейших московских банд. А это значит, что мариды приехали сюда вовсе не для того, чтобы грабить — они искали Ивана. Или её. Решили воспользоваться ситуацией, чтобы отомстить, а значит, счёт идёт на секунды, и теперь нет никаких сомнений, бежать или нет — только бежать. Бесс прекрасно понимала, что сделают с ней мариды, окажись она в их руках: сначала завершат то, что не сумели сделать тогда, а затем убьют — безжалостно и беспощадно. Окажись она в руках маридов, умирать придётся после издевательств и пыток, скорее всего, в страшных мучениях, поэтому вампиресса открыла сейф, код от которого ей когда-то назвал Уваров, достала пистолет, снарядила его, передёрнула затвор, выскользнула из квартиры, бесшумно закрыла дверь на замок и стала быстро подниматься по лестнице вверх. Бесс знала, что спрятаться наверху негде, люк на чердак надёжно заперт, и надеялась только на то, что, наткнувшись на запертую дверь, мариды её взломают, обыщут квартиру, никого не найдут и уедут. Решат, что Иван на службе, а она прячется среди вампиров.