Выбор (СИ)
Ударив пятками по бокам Ласковой, что недовольно на меня посмотрела, мы промчались до скопления больших камней. Я спрыгнул и быстро все тут осмотрел. Подходит.
— Остаешься здесь. Началось.
— Господин? Но? Вы? А-а?
Яр испугался. То о чем мы с ним говорили, произошло, и он растерялся и расстроился.
— Держи, — порывшись в седельной сумке, я вручил ему большой алхимический будильник. Часов меньшего размера у меня не было. Я завел стрелку на час и пятьдесят минут и обратный отсчет пошел.
Из-за спешки я говорил с ним короткими, отрывистыми фразами.
Следующее что я сделал, это залпом выпил первую часть двухкомпонентного эликсира. Первая часть — это Искаженная Смерть в жидком виде. А вторая — Воспламенение Души. Эту часть эликсира Яр должен будет влить мне в горло не позднее чем через два часа после того как я умру, иначе привязка моей души к телу не поможет и моя смерть будет окончательной. Вся моя надежда строится на том, что мое тело не сильно пострадает. Если это не так и мне оторвут голову, к примеру, то даже этот эликсир не поможет. Жуткое расточительство кстати. Траву что стоит в одном шаге от настоящего сокровища я потратил на «это». Приоткрыв крышку шкатулки, я бросил последний взгляд на ярко светящийся в наступивших сумерках эликсир Воспламенения Души, а потом захлопнул крышку и передал шкатулку Яру. Звенящий трилистник, который я добыл в пещере ушел на изготовление именно этого эликсира.
— Ты помнишь, что обещал мне, Яр? Не рискуй. Как только пройдет один час и пятьдесят минут — сработает будильник. К тому времени все должно закончиться. Беги в ту сторону, — я показал направление рукой. — Я отбегу туда и кто бы за мной не пришел, они поймают меня именно там. Если я буду кричать — заткни уши и просто сиди здесь и жди. Как только сработает будильник, осторожно, еще раз повторю — осторожно иди меня искать. У тебя будет десять минут. Времени должно хватить. Как найдешь меня, ты должен влить в меня этот эликсир и любой ценой, слышишь, любой ценой ты должен меня разбудить! Облей водой, ударь меня кулаком по лицу — не знаю, но я не должен спать. На тебя вся надежда, Яр. Все. Времени нет. Так, Ласковая, Водичка, — я уложил ящериц на песок, спрятав их за камнями, и разбил бутылек с заключенным внутри туманом, начавшим расползаться по округе, а потом я побежал, стремясь отбежать как можно дальше от Яра и места, в котором он прячется.
О том, что случится, если Яр не успеет или мое тело слишком сильно пострадает, я старался не думать. Надеюсь, он сможет выбраться из пустыни и дойти до Тизира в одиночку. Не зря же я весь этот поход учил его ориентироваться по звездам и компасу, забрасывая вопросами, в какой стороне дом?
Я успел отбежать где-то метров на триста, как события понеслись вскачь. Понимая чем должна закончиться встреча с Энеем, я не собирался позволить ему убить себя просто так, так что я приготовился к драке, но чего я не ожидал, так этого того что за мной придет не Эней.
Тьма вокруг меня ожила и скрутила меня куда быстрее, чем я успел среагировать. Мой слабенький щит сразу лопнул. Воля и способности подавлены. Я снова чувствую себя беспомощным и жалким, как и тогда на площади перед мэрией Тизира.
Из тени вышло три человека. Никого из них я не знал.
— Вы кто?
Мне не ответили. Двое из них стали говорить между собой, не обращая на меня внимания, а третий «гость» смотрел прямо на меня, плохо скрывая безумие во взгляде.
— Чуешь, могильник рядом? Может, перенесем его туда? Ритуал пройдет легче.
Я заволновался. Если меня перенесут, Яр меня не найдет.
— И отсюда дотянемся.
— Как скажешь.
Эти двое начали расчищать площадку, утрамбовывая там песок своими способностями, а я за ними наблюдал. Больше я все равно сделать ничего не мог. Эти ребята совсем из другой лиги. Даже их ранги мне непонятны. Они носят какое-то серое, неприметное тряпье.
Через какое-то время я все же вспомнил, что мне напоминает темное пятно в районе груди на их одежде. Царь теней! Церковь Огама! Это его жреца я убил, сразу позабыв об этом. А сам он то-ли полубог, то-ли младшее божество. Как так? Я же настроил компас на Энея? Черт!
— Готово.
— Укладывай его в центр и начнем.
Тени что меня спеленали, задвигались и, приподняв меня над землей, на удивление мягко уложили меня в центре узора нарисованного на песке.
— Твой ход.
Эти двое обратились к третьему участнику нашей полуночной «вечеринки», которого я как-то упустил из виду. Тот, ощерившись, сделал шаг ко мне и с размаху воткнул в мой живот нож.
— А-а-а-а, — тут уж молчать я не стал. — С-ука!
Больно-то как.
Когда первая, самая сильная боль отступила, я смог сфокусировать взгляд и чуть приподняв голову — почему-то это у меня получилось — я посмотрел на свой развороченный ножом живот. Кривой разрез, что шел от пупка вверх — был раздвинут, а внутрь меня были засыпаны черви. Грязная банка, в которой они до этого содержались, стояла рядом.
Несмотря на весь ужас происходящего, я выдохнул с облегчением. Все же это Эней.
Жрецы церкви теней снова заговрили между собой, по прежнему не обращая на меня внимания, словно я был никем.
— Он идет. Мост душ почти закончен.
— Последний компонент?
— Что? — Безумец что засунул в меня червей и все это время сидел рядом, наблюдая как они во мне копошатся, попробовал обернуться, но его тоже спеленали тени, а потом ему перерезали горло и его порченая кровь смешалась с моей. Ему специально придержали голову, чтобы все, что из него вытечет, попало мне на живот, а потом, когда он умер — отбросили в сторону.
— Готово.
— Да. Наше дело сделано.
Тут они оба впервые на меня посмотрели.
— А ты радуйся, что достался этому Энею, а не нашему господину — Огаму. Убийца наших братьев заслуживает куда более страшной участи, чем смерть.
Говоривший со мной отвернулся.
— Уходим, брат.
И они ушли, растворившись в тенях. Больше меня ничего не держало, я даже почувствовал свою силу, но прежде чем я успел даже подумать о попытке излечить себя, первая и вторая моя оболочка духа разлетелись вдребезги, а меня затянуло внутрь самого себя, где надо мной возвышался мерзко улыбающийся полубог червей и гнили. Такой, каким я его запомнил. Гигант, чье тело состояло из мириад червей и жуков, сплетенных в одно целое. Полубог гнили, воздух вокруг которого искривлялся и дрожал, словно под действием высокой температуры. В этот раз над его головой вращался нимб — кольцо, только не из света, а из истязаемых душ, кричащих в страхе. Это те глупцы, что перешли ему дорогу или стали его последователями.
От одного его присутствия рядом мой дух стремительно распадался. Первая и вторая оболочка уже исчезли. Туман междумирья что раньше пытался добраться до меня уже был тут и только Эней не давал ему пожрать меня, так как я был ему нужен живым.
— ВОР! — Обратился он ко мне. — Вот я тебя и нашел, как и обещал. Жаль, слуги Огама поторопились. Я еще не ступил на землю этого мира. Впрочем, неважно. Моста душ нам хватит.
Он с алчностью посмотрел в сторону моего средоточия, на бутон красной розы, вращающийся вокруг него.
— А теперь отдай мне око Даммаса.
Из-за распада моего духа — эликсир Искаженной Смерти начал действовать. Я стремительно умирал, а Эней пока этого не замечал. Рана в животе пустяк — сильный маг от такого не умрет.
Кажется, я был прав. Он не хочет забирать розу самостоятельно. Вырвав ее из меня, он может ее повредить. Ему нужно мое согласие, которого он не получит, а мне нужно продержаться еще какое-то время. Как только я умру, надеюсь, его метка исчезнет. Жаль что это только предположение.
Терпением он не отличался. Эней начал меня пытать. Черви стали грызть меня изнутри и уже никакая «изумрудная река» не помогала. Я кричал. Он требовал дать согласие и передать ему око, а потом я снова кричал. Время тут шло по-другому, и для меня прошла целая вечность, прежде чем он перестал меня мучить и заметил происходящее. Его взгляд изменился.