Твори бардак, мы здесь проездом! (СИ)

- Пижон! – зло сплюнул в сторону побледневший Бесков.
Пока москвичи предъявляли друг другу претензии, последовала ответная комбинация и Пилипчук, опередив защитника, пробил в дальний угол. Ракитский лишь задел мяч и всем показалось, что тот сейчас закатится за ленточку, но в последний момент он ударился в основание штанги и отскочил в руки голкипера.
До конца первого тайма игра так и шла, будто на качелях – то в одну, то в другую сторону. И киевляне, и москвичи не раз имели прекрасные возможности, чтобы отличиться, но мяч упорно не шел в ворота. На перерыв так и ушли с нулями на табло, но сказать, что это были унылые нули не мог бы никто.
В раздевалке Бесков молча прохаживался перед игроками, что-то обдумывая.
- Играем неплохо, – высказался он наконец. – Уверенно, агрессивно. Молодцы. Но! – старший тренер остановился. – Надо добавить в скорости атак. Много возитесь и делаете поперечных передач. А надо отдавать вертикальные. Экономия времени запредельная, опять же, оставляете не у дел сразу нескольких соперников. – Старший тренер подскочил к доске с макетом поля и резко передвинул несколько разноцветных фишек, наглядно иллюстрируя свои слова. – Медвидя ловите, когда он убегает вперед, Соснихин не всегда успевает его подстраховать. Поэтому сразу диагональ в свободную зону и туда подключается наш нападающий. Например, Вшивцев.
- А если не успею? – неосторожно поинтересовался Юра.
- Значит, ты бездарный футболист! – мгновенно припечатал его Бесков своим любимым эпитетом. – И зря занимаешь чужое место.
А Данила в это время во все глаза наблюдал за тем, как морщась от боли, Володька Козлов, стянул футболку и как-то странно выворачивает согнутую в локте под прямым углом руку. Щелчок – Мельник вздрогнул – и товарищ уже подмигивает ему: – Все в порядке, Малой! Не дергайся так, у меня привычный вывих плеча – вот и научился сам вправлять его на место. Вылетает, паскуда.
Данила невольно сглотнул. Игра вдруг перестала выглядеть манящим, завораживающим зрелищем и показала свою темную изнанку, где властвовали боль и кровь.
- Неужели нельзя сделать операцию?
- Ага, и пропустишь минимум полгода, – невесело усмехнулся Козлов. – Так и место в составе потерять недолго. Вот, к примеру, ты его и займешь, – он ткнул пальцем в грудь Даниле. – А что, молодой, борзый! – Мельник растерялся. Он не знал, что нужно сказать в ответ и лишь растерянно хлопал глазами. – Да шучу я, шучу, расслабься, – засмеялся товарищ. Но как-то грустно.
Второй тайм начался так, словно команды никуда и не уходили. Мяч метался от одних ворот до других, заставляя зрителей то радостно кричать, то досадовать. Но постепенно киевляне начали прибирать нити игры к своим рукам. А контратаки москвичей проходили все реже и реже. Бесков заволновался.
- Мельник, – обернулся он к Даниле. – Переодевайся, разминайся и вперед. Заменишь Вотоловского – что-то он совсем ноги перестал двигать. Не забывай о партнерах, в одиночку на защитников не лезь. Иначе они тебя съедят на раз-два. Надо отодвинуть игру от наших ворот. Зацепись за мяч, подержи, отпасуй, заставь их за вами побегать. Понял?
Форвард торопливо закивал. Сердце от волнения, казалось, забухало с утроенной скоростью и, того и гляди, сейчас выскочит из груди. Несколько торопливых упражнений на разогрев и на растяжку и вот уже он стоит на кромке поля, приплясывая от нетерпения.
Едва вышел и сместился на привычное место в нападении, как Маслов хорошо обыграл на правом краю соперника, прошел до штрафной, убрал на ложном замахе Соснихина, добежал до лицевой и мощно прострелил вдоль ворот. Данила прочитал комбинацию и рванулся на дальнюю штангу, надеясь, что Банников не сумеет прервать эту передачу. Вратарь киевлян и в самом деле замешкался, прозевал момент, и Мельнику всего то и оставалось, что подставить ногу. Гол!
Какая-то другая команда, возможно, и опустила бы руки, получив такой нокаутирующий удар в ситуации, когда ты вроде бы владеешь ощутимым преимуществом. Другая. Но не киевляне!
Они с утроенной энергией навалились на ворота Ракитского. Опасные моменты следовали один за другим и вот уже в суматохе и толчее Серебряников сумел таки найти щель в частоколе ног и аккуратно положил пятнистого в нижний угол. 69 минута – 1-1.
 
А еще через пять минут Пилипчук совершил рывок по левому краю, выполнил хороший навес и Хмельницкий безупречно пробил головой под перекладину. 2-1
Бесков тут же выпустил на поле вместо явно выдохшегося Юрия Вшивцева другого Юрия – Авруцкого – пытаясь добавить остроты в атаках.
И моменты у ворот Банникова еще возникали. Особенно обидно было, когда за две минуты до конца матча после филигранного паса Козлова защитник Иванов, подключившийся к атаке, получил мяч и, вместо того, чтобы отдать его совершенно открытому Даниле, начал долго обрабатывать завозился и, разумеется, потерял.
Но…свисток судьи застал москвичей в очередной атаке, возвестив, что они потерпели поражение.
- Смотри, Малой, не ляпни сейчас чего лишнего в раздевалке, – предупредил Маслов юного форварда, когда они не торопясь уходили с поля. – Бес [7] сейчас злющий будет, как собака, порвет! Молчи, кивай и соглашайся со всем, понял?
Что тут скажешь?
- Понял.
  
Глава 5
 
1968 год. Май. Киев – Москва
Экспресс до Москвы отходил в 22-45. По пустынным ночным улицам от Республиканского стадиона до станции Киев – Пассажирский ехать было минут сорок, не больше. Матч закончился в девять вечера, москвичи в темпе помылись, сложились, погрузились и вот уже автобус, любезно предоставленный хозяевами, трогается с места, оставляя позади местную негостеприимную футбольную поляну.
Данила бездумно смотрел в окно. Игровой адреналин схлынул, оставив после себя тягучую усталость. Противно, словно зубная боль, ныла «ошпаренная» в конце матча киевским игроком нога. Тогда, на поле, Мельник в запале толком и не обратил внимания на удар, а вот сейчас ушибленное место давало о себе знать. Кто же это был? А, точно, Серебряников. Кто-то из одноклубников, помнится, предупреждал, что он «злючий» – в запале и землю в глаза может швырнуть, и локтем исподтишка врезать, как следует. Даже странно, что такой классный игрок использует столь грязные приемчики. Хотя, не он первый и не последний. Когда-то давно, еще в прежнем мире, Мельник читал о звездных профессионалах из НХЛ, которые также не отличались повышенным человеколюбием по отношению к сопернику. Взять, к примеру, Бобби Кларка – лидера «Филадельфии Флайрз» – и его откровенную охоту за Валерием Харламовым в Суперсерии-72. Тогда все закончилось тяжелой травмой советского хоккеиста. По легенде, именно после этого эпизода Николай Озеров произнес свое знаменитое: «Такой хоккей нам не нужен!»
- Не спишь, Малой? – бесцеремонно пихнул Данилу в бок Маслов. – Ты как насчет того, чтобы завтра сходить за наших поболеть?
- А кто играет?
-Тю, вот ты дурной, – удивленно присвистнул Валерий. – Сборная наша играет, кто ж еще. От нас Анюта [8], Число [9] и Генка Еврюжихин туда поехали.
- Сборная? – завис Мельник. Странно, вроде бы на игры сборной команды в чемпионате всегда делался перерыв. Так, чтобы лучшие игроки, призванные под ее знамена, потом могли помочь своим клубам. Но здесь – новая память услужливо сделала подсказку – дело обстояло совсем иначе. И, оказывается, в параллели с чемпионатом страны шла ожесточенная борьба за выход в финальную часть Чемпионата Европы и летних Олимпийских игр. И завтра, в самом деле, сборная СССР играла с чехословаками за право поехать в Мексику. Ха, Олимпийские игры заявлены, как летние, а футбольный турнир состоится – барабанная дробь – в октябре! Нет, от такого у кого хочешь, голова кругом пойдет. Логика отдыхает! – А успеем?
- Должны успеть, – прикинул Маслов. – Ехать нам часов пятнадцать, значит, в Москве в начале третьего будем. А матч в полвосьмого начнется. Как раз времени хватит, чтобы вещи домой закинуть, перекусить и чутка отдохнуть.