Парфюмер для герцога (СИ)

Вивьен поерзала, крепко сцепив пальцы до побелевших костяшек. В ушах зашумело после слов Уилби. Вся цветочность из воздуха исчезла, он стал тяжелым и вязким. Удушающим.
С желанием открыть окно, чтобы впустить немного морозной свежести и привести чувства в порядок, Вивьен пришлось бороться. Ее бросило в жар при мысли, что этот человек будет перевоспитывать Рэй. Что он просто позволил себе допустить предположение о возможности подобного…
  
Она коснулась похолодевшими пальцами пылающего лба, отгоняя воспоминания о том, что граф уже трижды вдовец. И реальная причина смерти его прежних жен Вивьен была неизвестна.
Кто знает, быть может, их он тоже перевоспитывал.
— Вы сейчас… угрожаете мне? — спросила Вивьен. После смерти родителей сестра осталась единственным близким для нее человеком. С Бернартом она ладила, но не более. Им так и не удалось стать друг для друга семьей. Хотя Рэйчел воспитанник отца любил и с самого появления в поместье, еще когда был совсем маленьким, постоянно ходил за ней.
Вивьен не сомневалась, что Бернарт не дал бы Рэйчел в обиду. Но он отчаянно не успевал ее защитить.
— Ни в коем случае. — Граф оставался все так же невыносимо равнодушен. — Лишь поделился с тобой планами на ближайшее будущее. Но также…
Он подтолкнул коробочку с кольцом поближе к Вивьен:
— Могу предложить тебе другой вариант. Если ты перестанешь упрямиться, примешь кольцо и займешь место моей невесты, Рэйчел сможет и дальше досаждать окружающим и оскорблять память об отце своим неподобающим поведением.
В чайном уголке задребезжала посуда. Анита, как раз собиравшаяся нести поднос с чаем, вынуждена была поставить его на место, чтобы он не выпал из ослабевших рук.
Вивьен бросила на горничную быстрый взгляд и вновь уделила все свое внимание графу. Короткий приступ паники прошел, она взяла себя в руки и немного успокоилась.
У нее был туз в рукаве, и хотя стоил он дорого, в критической ситуации Вивьен готова была им воспользоваться.
Комиссар за один флакон душистого масла согласился сопровождать ее дважды. Готов был потратить на нее свое время за такую малость. Что же он сделает, если Вивьен согласится сотрудничать с его племянницей?
Поможет ли получить опеку над сестрой? Поддержит ее прошение? Поручится за нее?
Вивьен казалось, что это не так уж невозможно.
А слово комиссара, да еще и наследника одного из шести герцогских родов страны, стоило куда больше слова простого младшего судьи и парочки мелких аристократов.
— Чем же вас так не устраивает моя сестра, что вы, смирив гордость, пришли к такой презренной беглянке, как я?
— Рэйчел совершенно несносная, невыносимая и незрелая особа. — Припечатал граф. — Общение с ней вызывает исключительно головную боль и отвращение.
— Она еще юна…
— Она невозможно избалована.
— Она еще юна, — повторила Вивьен, — вы же уже не в том возрасте, чтобы поспевать за молодостью. Вы не справляетесь и злитесь. Рэйчел в этом не виновата. Да, в ней много энергии, но она была такой всегда. И многие считают, что это мило.
Граф поджал губы, пережидая вспышку раздражения. Он не терпел любые проявления несогласия с ним. А такие откровенные и наглые особенно выводили его из себя. Но сейчас граф Уилби пришел договариваться и вынужден был смирить свой нрав. На время.
— Ты же, дорогая, полная ее противоположность. Из тебя получится отличная жена.
— Вы сильно ошибаетесь, если действительно так считаете. И знаете что? Меня невозможно перевоспитать. Розгу об меня сломаете раньше, чем добьетесь желаемого.
Прийти к взаимопониманию они так и не смогли, но к концу беседы Вивьен была уже решительно настроена пожертвовать добрым именем своего магазинчика и принять предложение о сотрудничестве от Мэделин, лишь бы комиссар посодействовал с получением опеки над сестрой.
Граф покинул кабинет полностью неудовлетворенный беседой, сжимая в костлявой руке коробочку с кольцом.
Вивьен же остаток дня просидела у смесителя с мензурками, пипетками и набором концентратов и эфирных масел. Она листала свою драгоценную записную книжку со всеми недоработанными формулами, выбирала некоторые, пробовала их закончить, проверяла результат и пыталась решить, можно ли будет использовать это, если ей все же придется сотрудничать с Мэделин, и не пожалеет ли она о том, что потратила многообещающий аромат на предприятие, от которого ожидалось больше вреда, чем пользы. Одновременно с этим формула не должна быть совсем безнадежной, чтобы Вивьен не похоронила будущее «Флакона» собственными руками.
Особенный аромат, вернувший ее в детство, был временно забыт.
В лабораторию Анита заглядывала несколько раз.
Сначала принесла перекусить — бутерброды и чашку горячей воды, так как во время работы Вивьен не пила ничего другого, потому как все равно не чувствовала вкуса. Еще раз Анита заглянула, чтобы напомнить об ужине, который Вивьен пропустила…
— Госпожа моя, уже полночь, — сообщила Анита, когда заглянула в лабораторию в третий и последний раз.
— Я почти закончила, — рассеянно отозвалась Вивьен. — Осталось решить, какой вариант лучше подойдет для работы с Мэделин… Она еще совсем молодая и довольно вздорная. Наверное, лучше взять цветочный с легким цитрусовым оттенком.
— Но разве вы собираетесь создать духи для леди Мэделин? Или все же вы выбирали основу для того, чтобы выпустить духи совместно с ней? И… разве вы не отказали в ее просьбе?
Вивьен медленно подняла взгляд от записной книжки. Шмыгнула носом, почти утратившим чувствительность, и подперла отяжелевшую голову ладонью.
Она переусердствовала и понимала это, но все равно ни о чем не жалела. Это помогло ей отвлечься от разговора с графом и не натворить глупостей.
Вивьен очень хотелось прямо сейчас ехать в родовое поместье и просто выкрасть Рэйчел. Сдерживаться удавалось с трудом и лишь благодаря пониманию, что сестру у нее все равно заберут, а этот случай непременно в будущем отразится на вердикте суда о передаче опеки.
— Возможно, я пересмотрю свое решение, — задумчиво произнесла Вивьен. — Это будет зависеть от ее дяди. А сейчас набери, пожалуйста, мне ванну. Я пока приберусь здесь.
Анита удалилась выполнять поручение. Для этого ей понадобилось лишь подняться на второй этаж в ванную, заткнуть сливное отверстие и подкрутить вентили у двух кранов — холодной и горячей воды — чтобы вода была приятной температуры.
Горячую воду в дома начали проводить всего чуть больше семи лет назад, и Анита еще помнила те времена, когда приходилось греть воду для омовения госпожи и таскать ее в ванную комнату.
Раньше это занимало намного больше времени. Теперь же к тому моменту, как уставшая Вивьен с начинающейся головной болью поднялась на второй этаж, ее уже ждала горячая ванна, свежая ночная сорочка, а на маленькой кухне закипал чайник. Анита хорошо знала свою госпожу и помнила, что после таких насыщенных рабочих дней Вивьен крайне нуждалась в чашке травяного чая и сахарном пирожном с помадкой.
  
Глава 5. Рабочие окраины
 
Привычные ритуалы Вивьен не помогли, и утром, когда в магазинчик заглянул герцог, ей показалось, что они поменялись местами.
— Вам нездоровится? — спросил Адриан.
Вивьен невозмутимо шмыгнула забитым носом. Как выяснилось этой ночью, у нее была легкая аллергия на какое-то из эфирных масел, с которым она работала. Чрезмерная концентрация вылилась в заложенный и оттого покрасневший нос и общий болезненный вид.
— Неудачное стечение обстоятельств, — ответила она, умолчав о том, что послужило причиной ее нездорового внешнего вида. Это было не лучшее время и крайне неудачное место для заключения сделки. Было странно предлагать новое взаимовыгодное сотрудничество как раз в тот момент, когда герцог приехал, чтобы сделать ей одолжение. — А вы, как я вижу, воспользовались душистым маслом. Выглядите значительно лучше.
Он сдержанно улыбнулся. Вивьен не казалась удивленной, напротив, она была полностью удовлетворена увиденным. Как человек, ожидания которого в полной мере оправдались.