Дракон цвета смерти
Именно так, с большой буквы.
Итак, в каких случаях помолвка расторгается и человек становится свободным? Для нас, на конкретном примере, если Жоао Феррер помрет, сам откажется от помолвки, влетит в такой скандал, в котором будут замешаны… да все, кто окажется в зоне видимости. Скандал скандалу рознь, но если его нельзя замять и убытки станут крупнее прибыли, эс Лиез откажется от сделки. Это понятно.
Только вот…
Убытки будут для Ферреров и Марисы. А для него – вряд ли. Подумаешь, Жоао оскандалился? Я рассматривала вариант засунуть его в постель с женой брата, но потом решила не заморачиваться. Можно, конечно. И Жоао окажется в одной кровати с Пилар, и положение у них будет – веселее не придумаешь. Но кто сказал, что это приведет к расторжению помолвки? Да вот ни рядом и ни близко!
Поэтому я рассматривала самый простой вариант. А именно: Жоао должны признать невменяемым.
Если родня до сей поры его отмазывала и отмывала, значит, надо сделать что-то такое, после чего выбора не будет. К примеру, плясать голым на виду у всех. Пописать на алтарь в храме.
Ну хоть что-то!
Короче, нужно, чтобы у бедолаги крупно сорвало крышу.
Как?
Да чего тут огород городить? Уж такие-то мелочи известны каждому человеку девяностых. Псилобициновые грибы называются.
Да-да, и я о них отлично знаю. Вот ей-ей истерический смех вызывает запрет продавать марганцовку в аптеках. Дескать, люди пойдут и наркоты наварят!
Ага-ага. А еще леса огородите, горшки с цветами из квартир изымите, акации вырубите, мимозу изведите и вообще… некоторые водоросли тоже галлюциногенные. Так что вперед, просеивать море! [2]
Нет? А чего такого? Вы бы, паразиты, так с борщевиком Сосновского боролись, наркоманы-то помрут самостоятельно, а вот эта дрянь живее всех живых!
Травница из меня откровенно паршивая, чего уж там! Но борщевик я бы узнала где угодно. И грибочки тоже. Думаете, в среде спортсменов их не знают? Это таблицу умножения спортсмены могут не знать. А вот грибочки выучат! Стимулятор же! При правильном приготовлении.
А при неправильном… с десяти штучек народ массово с ума сходил. Ненадолго, но нам того и надо. То есть задача Марисы просто угостить жениха, хоть чем! Примерно за полчаса до начала веселья…
Мариса вняла и направилась к ювелиру, у которого был приобретен медальон в форме ракушки. Нажала на шпенек, он раскрылся, все высыпалось – и угощай на здоровье. Хоть хлебом, хоть вином.
Мы потренировались немного, но отчаяние придавало Марисе ловкости, так что через пару дней она добавляла порошок незаметно и ловко.
И вот настал день икс.
Мариса была великолепна. Как блондинке, ей безумно шли голубые тона, а вкус у подруги отличный. Нежно-голубое, воздушное, кружевное, почти ничего не показывающее, но в то же время очень провокационное платье обрисовало ее фигуру. Я выглядела намного хуже, даже ради праздника не собираясь расставаться со своей серо-мышиной шкуркой.
Матиас попробовал через мать заказать для меня что-то розовое, но я уперлась бараном. И эс Лиез-старший поддержал меня. А нечего тут блистать на чужой помолвке!
Ладно, на ее объявлении.
Сильнее всего нервничала мать Марисы. Я была спокойна. Запасной вариант у нас всегда есть, если что – от жениха и ушей не найдут. Просто не хотелось убивать без нужды, но Виола и Эстанс другого мнения. Драконицы мне еще пару месяцев предложили попросту разорвать ненужного жениха. Одна тянет за ноги, вторая за голову, минута – и все кончено. Запчасти выбрасываются в тот же океан, ему рядом со столицей уже ничего не повредит, там даже водоросли подохли.
Так что…
Варианты возможны.
* * *Первыми прибыли Ферреры.
Жоао оглядел невесту, остался чем-то недоволен и резко высказался. Мариса тут же мило улыбнулась и отправилась наверх, чтобы вернуться с переделанной прической. Теперь она выглядела хуже, локоны ей шли, а вот туго стянутая коса – нет. Зато жених был доволен, и даже одобрительно улыбнулся.
Вот и хорошо. Пусть все усвоят, что Мариса пыталась ему угодить.
Потом начали прибывать гости. Сначала, на центральной лестнице, их встречал эс Лиез-старший с супругой. Потом Мариса с женихом.
Улыбки, поздравления…
Это дело сложное и трудное.
Если кто читал Булгакова с его бессмертными «Мастером и Маргаритой», те знают, что Маргарита как раз этим на балу у Сатаны и занималась. Приветствовала гостей.
Это не так легко, как кажется.
Кстати, для себя я отметила, что в моду вошли сумочки-клатчи. Маленькие, изящные, в тон платьям, на серебряных и золотых цепочках, отделанные цветами и драгоценными камнями. И с магнитными застежками.
Так что… меня ждет хорошая прибыль!
На правах подруги дома я стояла рядом с Матиасом и Феррерами. И лично я коснулась руки Матиаса.
– Ты не мог бы отнести Марисе и эсу Ферреру по бокалу с лимонадом? Мариса едва на ногах держится, посмотри?
– Гости же…
– Вот, смотри, как раз есть минута. Ты же не хочешь, чтобы Мариса закашлялась или в обморок упала?
Никто не хотел. Матиас взял два бокала с лимонадом и направился к сестре и зятю. Протянул их молодым… те действительно едва на ногах стояли, и два бокала с лимонадом были восприняты Марисой и эсом Феррером как благо. Мариса взяла уже бокал, чтобы передать жениху, и тут случилась крохотная неприятность.
Ну… почти крохотная.
Совершенно случайно (я тут ни при чем и ножку никому не подставляла, честно-честно) упал лакей с подносом. А на подносе бокалы.
А шума и гама…
А дребезга…
Да и я от души взвизгнула… так, что обернулись все. Секунды Марисе хватило. И бокал с лимонадом уже у жениха. А она спокойно берет второй у Матиаса и делает глоток.
Матиас поспешил к нам, ликвидировать проблему. А я запомнила лицо лакея. Его же и уволить могут, и из зарплаты вычесть, а он в невинно пострадавших.
Мариса поймала мой взгляд и улыбнулась. Так, со значением.
Теперь оставалось только ждать.
Сколько? А вот тут как повезет. От двадцати минут до пары часов. Но нам повезло.
Приемы действительно проводятся примерно по той же кальке.
Встреча гостей – первое.
Развлечение и обход, чтобы гости не скучали, – второе. Эта вторая фаза может длиться до полутора часов, как раз и припозднившиеся успеют приехать.
Важные объявления – третье.
И потом торжественный ужин. Не фуршет, который так и так организован, а именно ужин. Полноценный, в парадной столовой, с хрусталем и фамильным сервизом, или чем там положено?
Раэши Понс на меня нет. И не надо.
Нам действительно серьезно повезло. Потому что Жоао Феррера накрыло аккурат посреди зала.
Слов я не слышала. Но… первый удар получила Мариса. Я точно знаю, подруга могла бы увернуться, но она показательно ахнула и обмякла.
Второй удар (вот на такое везение я не рассчитывала, но…) достался начальнику порта.
Ногой, в живот, с разворота. А потом Жоао вцепился в прическу его супруге, кинул несчастную женщину в угол… и его накрыло новым приступом.
Уж что ему показалось до того как, что после… не представляю. Но он запрыгал по залу, срывая с себя одежду и вопя что-то о муравьях размером с ноготь.
Потом, оставшись в чем мать родила, принялся чесаться, потом замер, уселся посреди зала, устремил взгляд вверх… это все происходило достаточно быстро, так что остановить его не успели.
А потом с диким воем «ГОРИМ!!!» схватил ведерко со льдом и запустил в люстру.
Ведерко приземлилось на чьей-то голове…
Это было финишем представления.
Жоао таки скрутили Лиезы и Ферреры, но присутствующие так возбужденно переговаривались, что ни о каких объявлениях и речи быть не могло. Да и начальник порта явно никого прощать не собирался.
* * *– Я… Какой кошмар! – самозабвенно рыдала Мариса. – Я ничего… а он… а бедный эс Сильва… о, какой ужас!!! Какой кошмар! Это такой позор для нашей семьи…