"Фантастика 2025-122". Компиляция. Книги 1-16 (СИ)

У себя в комнате Джонатан сел за стол, показав парням на стулья напротив. Фредди сел сбоку стола. Помягчевшее лицо Эркина снова отвердело, напрягся и как-то подобрался Андрей.
– Под расчёт, парни, – Джонатан говорил очень чётко, даже резко, улыбаясь только глазами. – Итак, плата. Вам причитается ещё одна треть. Пятьсот кредиток. Так? По стаду и инвентарю претензий нет, поэтому вы получаете её полностью. Теперь премия за привес. Средний вес бычка тысяча триста семьдесят пять фунтов. Средний привес составил тысячу двести пятьдесят фунтов. Мясо высокого качества, по кредитке за два с половиной фунта. Таким образом, прибыль на бычке пятьсот кредиток. Ваш призовой процент – шесть. Шесть от пятисот – тридцать кредиток. И на сто голов… это будет три тысячи кредиток.
  
Объясняя, Джонатан считал на больших массивных счётах, звучно щёлкая костяшками. Парни явно уже запутались в числах, и лицо Эркина стало угрюмо-покорным, а у Андрея зло заходили желваки на скулах. И если бы сейчас Джонатан упомянул о вычете… неизвестно, чем бы кончилось. Но Джонатан повторил:
– Три тысячи кредиток – это ваша премия за привес. На двоих. Понятно?
Они осторожно кивнули. Джонатан достал из ящика письменного стола деньги и отсчитал двадцать четвертных и тридцать сотенных кредиток. Парни переглянулись, и Джонатан молча достал и протянул им лист бумаги. Но Эркин снял свой шейный платок и, не пересчитывая, очень ловко завернул в него деньги.
– Правильно? – улыбнулся Джонатан.
– Да, сэр. Спасибо, сэр, – вежливо улыбнулся Эркин.
– Тогда последнее.
Джонатан раскрыл толстую бухгалтерскую тетрадь, в которой вёл учёт найма и расчётов с работниками. Быстро нашёл нужную строку, проставил дату.
– Вот, запись о вас. Наняты в мае, рассчитаны сегодня, пятого сентября, расписывайтесь. Да, опять две буквы.
Они медленно старательно расписались. Джонатан оглядел результат, кивнул. И раскрыл другую, приходно-расходную книгу.
– А теперь здесь. Полторы тысячи зарплаты, три тысячи премии. Здесь может расписаться один, так как деньги вы сами между собой делите.
Эркин посмотрел на Андрея и расписался.
– Ну, вот и всё, парни. Спасибо вам за работу, – улыбнулся Джонатан. – Сегодня можете отдыхать. А завтра на рассвете уезжаем. Привезём вас туда, откуда увезли.
– Да, сэр, – Эркин встал, взял свёрток с деньгами. – Спасибо, сэр.
– Спасибо, сэр, – встал и Андрей.
В дверях Эркин оглянулся на Фредди. Их глаза встретились, и Фредди кивнул.
Когда за парнями закрылась дверь, Фредди негромко засмеялся.
– Ну, ты и строг, лендлорд. Даёшь премию, а голос… И слишком быстро, Джонни, они сразу запутались. А так, всё нормально.
– Эркин же хорошо считает, – удивился Джонатан.
– Он умножать не умеет. А проценты для них вообще… тёмный лес.
– Ладно, учту. Но в целом… – Джонатан засмеялся. – А я прав оказался. Излишек-то… налицо.
– Какой излишек? – удивился Фредди.
– А перец! На перегоне-то его уже в Мышеловке не было. Ты ещё докупать собирался.
– Точно, – засмеялся и Фредди. – И ты заметил? Мешочек новый, не захватанный. Не иначе в Бифпите купили и подложили. Артисты!
– Артисты, – согласился Джонатан. – А чего ты с Эркином перемигивался?
– Дело есть, – усмехнулся Фредди. – Так что вечером я буду занят. У него ко мне разговор какой-то тайный. И ещё одно… Я переговорю с ним и скажу тебе.
– Ладно. Тайно если… ну, имение велико, найдёте место.
– Найдём, – кивнул Фредди. – Ты сейчас в Большой Дом?
– Да, надо посмотреть, что там Сэмми наломал.
– Хорошо. Я к Стефу зайду и скот проверю.
От Джонатана парни сразу пошли к себе в сенной. И там Эркин развернул на сене свой свёрток.
– Ну вот, – улыбнулся он. – Обошлось без вычетов. Держи.
Он быстро поделил деньги пополам. Андрей кивнул и взял свою пачку. Достали из мешков узелки с деньгами, уложили, завязали, оставив в бумажниках мелочь. Андрей взвесил на ладони свой свёрток.
– А что? Хоть не зря корячились. Но с перцем ты здорово придумал. Мне и в голову не пришло…
– Парень один, – Эркин негромко рассмеялся, – в Бифпите плакался, что под расчёт с него за каждую тряпку вычли. Ну, я и чухнулся.
– Сам покупал?
– Зачем? Одному сверху на стакан обещал, тот пулей и слетал.
– Местный?
– Не дурак же я. Шакал безродный. Он для всех на посылках за выпивку.
Андрей рассмеялся.
– Здоровско получилось. Фредди аж обалдел.
– Обошлось, и хорошо. И хватит об этом. Теперь мне ещё с Фредди одно дело уладить успеть. И всё.
– Ладно. Шумнёшь, когда, и я остальных на себя возьму.
– Трёпом?
– А что? Можно и трёпом, но я получше придумал. Играть сядем. Стеф в блэк-джек умеет. Должен уметь.
– Смотри, накостыляет тебе Фредди.
– Я аккуратненько.
Они убрали деньги, переглянулись.
– Ну что? Пойдём, Сэмми поможем?
– Давай. Ломать не строить, – кивнул Андрей. – Не надорвёмся.
Когда они вышли во двор, там было уже пусто. Не так много людей в имении, чтоб днём кто-нибудь без дела болтался. Даже мелюзги не видно. Из развалин Большого Дома доносились удары топора. На этот шум они и пошли.
Сэмми отдирал панели тёмного дерева от стен одной из комнат.
– А, парни, – он опустил топор и выпрямился, утирая рукавом лицо. – Ну, как у вас? Обошлось?
– Да, всё в порядке, – Андрей огляделся. – Это что ж раньше было?
– А хрен его знает. Масса Джонатан кабинетом называет. Сказал, чтоб если бумаги какие или книги найдутся, то чтоб ему показали. А эти дурынды в сарай потом снести. Они вон целые все. Только те три с угла чуток обгорели.
– Ну, давай, – усмехнулся Эркин. – Топоры-то ещё где?
– Лом возьми и отжимай. У тебя силы много. А ты, парень, рамы посмотри. Вроде, в дело ещё пойдут.
Какое-то время работали молча, сосредоточенно.
– Мебель-то выбрали уже?
– Ну да, – Сэмми, крякнув, оторвал очередную панель. – Что поцелее и получше, масса Джонатан к себе в дом перенёс. Ну, и нам перепало. Вы не подумайте, чего-то такого, он сам брать разрешил. Так что… кровать там себе сделать, стол. Всем дал.
– И вычтет под расчёт? – ухмыльнулся Андрей.
– А как же! Мне дармового не надо, дармовое завсегда отобрать могут, – Сэмми усмехнулся. – Я, весной когда шатался, работу искал, то чтоб с домом. Чтоб надолго осесть.
– Понятно, – кивнул Эркин. – С весны здесь?
– Я первым пришёл. Сам. Болтали об этом месте, что стреляют, дескать, не спрашивая.
– А ты не побоялся? – Андрей осторожно вынул раму из оконного проёма. – Ну, вот. Тут только стёкла вставить.
– Со стёклами хреново, – вздохнул Сэмми. – Все осколки на счёт. Окна когда в выгородках делали, так под стёкла подгоняли.
– Заметно, – кивнул Андрей, переходя к следующему окну.
– Да, под сапогами не хрустит, – улыбнулся Эркин.
– Всё до осколочка подобрали, – кивнул Сэмми. – И черепки, ну, от посуды, тоже.
– А их-то куда?
– А масса Фредди всю мелочь стеклянную, ну, и черепки с цементом намешал и птичник обмазал от крыс. Чтоб не наглели.
– Здоровско! – восхитился Андрей.
– А комнату для наказаний напоследок оставили? – усмехнулся Эркин.
– Вспомнил! – заржал Сэмми. – Её ещё до меня расшарашили. Я, когда ходил, приду в имение какое и первым делом барак и эту комнату смотрю. Кольца, цепи на месте, плети валяются… я сразу ухожу. Тут жизни не будет. А сюда пришёл… В бараке ни одного кольца нет, с мясом выдернуты, не вставишь. А по дыркам если смотреть, то на каждого заготовлено было. Я в Большой Дом, – гудел своим низким глубоким голосом Сэмми, – ну, комнату эту, камеру для битья, смотреть. Расшарашена подчистую. И не впопыхах разломана, а вот как мы сейчас. Ни цепей тоже, ни плетей с дубинками, ну, говорю, подчистую. Ну, думаю, здесь нужно пробовать.
  
– И не подстрелили тебя, когда по дому шатался? – Андрей даже работу оставил.
– А чего меня стрелять? Я ж не воровать пришёл. Это ж сразу по человеку видно. Ну, я и подошёл к ним, – Сэмми шумно вздохнул и замолчал, уйдя в воспоминания…