"Фантастика 2025-122". Компиляция. Книги 1-16 (СИ)

– Где Эркин? – не дал ему опомниться Фредди.
– Умывается, – разлепил, наконец, губы Андрей, кулаками протирая глаза.
– Тебе тоже не помешает, – засмеялся Джонатан. – Приводите себя в порядок и идите к столу.
– А это что, ужин или?..
Андрей не договорил. Смуглая рука Эркина за шиворот вдёрнула его в спальню, и дверь закрылась. Фредди рухнул на стул, не в силах стоять от хохота.
  
Парни вышли из спальни уже умытые, с влажными приглаженными волосами, аккуратно заправленными рубашками, в шейных платках. Не успели сесть за стол, как в дверь номера осторожно постучали. Эркин попятился было назад, но Джонатан уже был у двери и принял поднос с двумя бутылками и четырьмя рюмками, бросил:
– К общему счёту, – и коленом закрыл дверь.
Джонатан подошёл к столу и стал переставлять бутылки и рюмки.
– Фредди, закрой на задвижку. Нам никто не нужен, и никого не ждём.
– Если думаешь, что двух бутылок хватит… – пожал плечами Фредди, но засов задвинул.
– Садитесь, парни, – Джонатан широко повёл рукой. – Будем ужинать.
Андрей сразу сел, но Эркин медлил, нерешительно держась за спинку стула.
– Садись, – Фредди мягким, но сильным нажимом на плечо заставил его сесть. – И не начинай каждый раз заново.
Эркин опустил ресницы и несколько секунд сидел неподвижно, потом поднял глаза и вежливо улыбнулся остальным. Фредди разложил яичницу по тарелкам.
– Хлеб сами мажьте. Джонни, наливай.
Эркин с осторожным интересом рассматривал свою тарелку, покосился на жующего Андрея.
– Это яичница, – улыбнулся Джонатан. – Никогда не ел?
– Нет, сэр. А это… – Эркин вилкой аккуратно подцепил кусочек бекона. – Это мясо?
– Да. Это бекон.
К удивлению Джонатана, Эркин управлялся со столовым прибором совсем не плохо, во всяком случае, лучше Эндрю. И рюмку держал умело. И Эндрю, словно вспоминая что-то далёкое, давно забытое, орудовал ножом и вилкой всё увереннее. В глубине души Джонатан всё-таки опасался поставить парней в неловкое положение. Он помнил, каково приходилось Фредди. Но, похоже, для парней это не самая сложная проблема. Что ж, тем лучше. И значит, задуманное ещё на Перегоне, когда он сказал парням, что за ним ужин, он сможет осуществить в полном объёме. Стóить это будет много, но парни стóят того. Но где же Эркин выучился этому? Хотя… жаль, нельзя расспросить его, ни о чём нельзя расспрашивать. Что сами скажут, то и будем знать. Но неужели вот эти парни сделали то, о чём говорил Фредди? Смогли, посмели. И так просто, за так отдали вещь, которая стóит шестьсот восемьдесят тысяч… а может, и больше. А может, они просто не знали, не понимали её ценности… Да нет, ведь не нашли, не подобрали в мусоре, в развалинах… Джонатан сразу вспомнил, как зимой только-только после капитуляции видел разгромленное здание полицейского управления графства. И как ветер гонял по свежему снегу обрывки дел и регистрационных карточек… Да, тогда, в тех условиях, могло быть… случайно подобрали, потому и легко отдали. А здесь… столько выдумки, изобретательности, холодного расчёта… и ведь они не могут не понимать, что рисковали жизнью. И всё для того, чтобы задать два идиотских вопроса… Хотя, почему идиотских? «Твоё ли это?» Эркин неграмотен, Эндрю, кажется, немного читает. Они сомневались. И удостоверились. И забыли обо всём. Или делают вид, что забыли, что ничего особенного не произошло. Едят, пьют. Подражая Фредди, не намазывают хлеб маслом, а кладут на ломти хлеба тонкие пласты масла. Смеются, вспоминая всякие происшествия перегона. Но пьют мало, очень осторожно. Эркин, похоже, просто подносит рюмку к губам, но глотка не делает. Очень красиво ест парень. Да, правильно, это он тоже должен был уметь. Ну, ладно.
– Ладно, парни. Я вам когда-то обещал ужин…
– Да, сэр. Спасибо, сэр.
– Нет, это не тот. Будет очень хороший ужин. – Джонатан выделили слово «очень». – Но… даёте мне неделю срока? Через неделю… всё увидите.
– А это тогда что? – Андрей постучал вилкой по своей тарелке.
– Это ковбойский ужин после Большого Перегона. Хороший, сытный, но ковбойский. А будет…
– Ужин лордов, Джонни?
– А почему не королей, Фредди?
– Ну-ну, кажется, и тебя разбирает.
– Нет, Фредди. Решено! – Джонатан обвёл их блестящими глазами. – Ужин будет королевским. Ровно через неделю.
– Хорошо, сэр, – очень серьёзно сказал Эркин. – Мы подождём, сэр.
– Спасибо, – столь же серьёзно ответил Джонатан.
Эркин недоверчиво отвёл глаза. Но сытная, непривычно вкусная еда делала своё дело. В конце концов, его и такой ужин вполне устраивает. Яичница с беконом… Яичницу раза два делала… Стоп! И про себя не надо. Но вкусная штука. И сытная. И хлеб с маслом. И кофе. Не рабское и не то, каким их поил тогда Фредди, но похоже и на то, и на другое. Но вкусно. И с сахаром и сливками. И пирог. Всё вкусно, сытно. Что ещё надо? Всего много. Даже Андрей наелся. Фредди точно язык распустил, рассказал про карту, то-то беляк их так рассматривает. Ладно. Они сделали, что сделали. А если Фредди рассказал всё этому… так они тоже напарники, так что это теперь их проблема.
Эркин встретился глазами с Фредди и улыбнулся ему.
– Ты, я смотрю, не пьёшь совсем.
– А мне и так хорошо, – весело ответил Эркин.
Глаза у него блестели, на скулах выступил румянец. Разрумянился и Андрей. Пил он тоже немного, больше ел.
– Уф! – Андрей обвёл глазами опустевший стол. – Не думал, что столько съедим.
– После Перегона-то, – засмеялся Фредди, – с устатку…
Парни так захохотали, что Фредди удивился.
– В городе девчонка одна, – стал объяснять Эркин, – на станцию ходит, кофе продаёт.
– А вот кофе, парни, кофе с устатку, – пропищал тоненьким голосом Андрей.
Теперь смеялись все.
– А варит ей кто? – отсмеялся Джонатан.
– Мать. А она с братишкой, того от земли не видать, – рассказывал Андрей, – ходит, торгует. У них налажено. Два ведра, черпак, кружки…
– Два ведра кофе? Оно ж простынет.
– Нет, – стал объяснять Эркин. – У неё ведро с кофе, а у мальчишки поменьше с водой. Кружки ополаскивает. А что простынет… – он улыбнулся. – С устатку всё равно какое. Было бы по деньгам.
– А вы на станции работали? – спросил Джонатан.
– А где работа была, там и работали, – рассмеялся Андрей.
– Постоянную не пробовали найти?
– Если такая и есть, – спокойно ответил Эркин, – то берут белых. Ну, кто из плена вернулся.
– Ясно, – кивнул Джонатан. – А если в имение где-то устроиться?
– Место в рабском бараке и миска каши у меня и до Свободы были, – Эркин улыбкой смягчил ответ. – И на хозяйских глазах всё время…
Андрей кивнул.
– Мы сами по себе.
– Тоже резонно… – пробормотал Джонатан.
– А если ковбоем? – спросил Фредди. – Ковбой лендлорда два раза в год видит. Когда берёт стадо и когда сдаёт, – и подмигнул Джонатану. – Хорошего лендлорда.
Эркин молча покачал головой, снова на мгновение опустил ресницы и тут же улыбнулся, взмахом головы отбросил прядь со лба.
– Увидим. Кто знает, что будет. Я год назад разве думал… что такое будет? Нет ведь. Работал и Оврага ждал.
– За что тебя в Овраг? – удивился Андрей. – Ты ж здоровый был.
– А раб с детства про Овраг знает и ждёт его, – спокойно ответил Эркин. – Ладно. Не туда едем, – он, улыбаясь, смотрел на Джонатана и Фредди. – Вам это ни к чему теперь.
– Да, – кивнул Джонатан, – теперь…
– А если обратно всё повернут? – неожиданно жёстко спросил Фредди.
Эркин сразу повернулся к нему. Лицо его отвердело.
– Всё обратно? – тихо и очень спокойно спросил Эркин.
– Хотят всё, – так же тихо ответил Фредди.
– Пусть попробуют. Много оврагов понадобится, – Эркин холодно улыбнулся. – И мы там не одни лежать будем.
  
– Захватим, сколько сможем, – кивнул Андрей.
Парни переглянулись, и Андрей улыбнулся.
– Петь нельзя тут?
– Поздно для пения, – вздохнул Джонатан.
– Тогда спасибо за угощение, а мы спать пойдём, – Андрей подмигнул Эркину. – А то к лошадям проспим.