"Фантастика 2025-122". Компиляция. Книги 1-16 (СИ)

– А чтоб я вас не видел! – рявкнул на них Эркин.
Они слетели с забора в заросли и продолжали там гомонить.
Когда к загону прибежала Молли, в мыле были все четверо. Оставив Принца и Бобби в загоне, они пошли в кухню.
– Ну и вляпались мы, – вздохнул Андрей.
Эркин только покосился на него.
А когда они после ленча шли обратно к загону и вокруг никого не было, он тихо ответил.
  
– Ты как говорил? Сколько лет тяжело, пока не привыкнешь?
– В лагере? – усмехнулся Андрей. – Двадцать. А… у вас?
– В Паласе? Тридцать.
– Тридцать лет? – удивился Андрей.
– До тридцати, – объяснил Эркин и спокойно добавил. – Старше двадцати пяти спальников не держали.
Они уже подходили к загону, когда Эркин остановился.
– Ну и дурак же я! Андрей, у тебя хлеб остался?
С солёным хлебом дело пошло быстрее.
Поладив с Принцем, Эркин кинулся к бычкам. Напоить сто бычков – все руки отмотаешь. Его уже захлёстывала круговерть этой, в общем-то простой, но нудной работы, когда день тянется долго, но незаметно. В беготне от загона к конюшне и обратно они как-то не замечали творящегося вокруг.
Солнце садилось, когда Джонатан увидел их неподвижными. Эркин сидел на жердях конского загона, где паслись четыре лошади, а Андрей стоял рядом, опираясь на верхнюю жердь грудью и расставив ноги. Джонатан усмехнулся и направился к ним.
– Завтра ещё поездишь.
– Издеваешься? Я месяц ног не сведу.
– Послезавтра погоним. Тебе надо хоть держаться. Поведёшь Огонька и Резеду. Гнать я буду.
Они говорили привычно тихо, так что в двух шагах уже не слышно.
– Эй, парни, – окликнул их Джонатан.
– Да, сэр, – Эркин легко крутанулся на жерди и спрыгнул, но подошёл не спеша и повторил уже вопросом. – Да, сэр?
– Завтра с утра обиходите бычков, и поедешь со мной, покажу границу.
Медленно, неуверенно ступая, подошёл Андрей.
– Эндрю, днём один управишься?
– Придётся, сэр, – пожал плечами Андрей.
– Хорошо, я скажу Ларри, чтобы помог.
– Спасибо, сэр.
Джонатан достал сигареты, предложил. Андрей кивнув взял сигарету, Эркин отказался. Постояли молча.
– Да, – Джонатан сплюнул окурок. – Вернёмся с границы, припасы все отберёшь. Погоните на рассвете.
– Да, сэр, – кивнул Эркин.
Подбежала и остановилась в пяти шагах Молли.
– Что, Молли? – Джонатан скользнул по ней своим обычным, вроде безразличным взглядом, но она покраснела и потупилась. Джонатан усмехнулся. – Идите, парни. Ваше время.
– Да, сэр, – Андрей сплюнул окурок и придавил его подошвой. – Спокойной ночи, сэр.
Эркин покосился на него, но повторил за ним.
– Спокойной ночи, сэр.
– Спокойной ночи, парни, – голос Джонатана был серьёзен.
Утром и днём они ели, торопясь, даже не очень замечая окружающего. Но вечерняя еда… Это совсем другое дело.
Кухня была полна народу. Сэмми и тот длинный негр – видимо, Ларри, рядом с Сэмми Дилли, в конце стола все пятеро негритят, что утром следили за учёбой Андрея. А им было оставлено место ближе к верхушке стола. Эркин усмехнулся: тогда в имении он с Зибо сидел на дальнем конце, – и покосился на Андрея. Как тот, сядет за стол? И тут же мысленно выругал себя. Мало что ли Андрей сидел на рынке и станции в общем кольце? Мамми властно распоряжалась плитой. Ели каждый из своей миски. Только негритятам Мамми поставила одну большую на всех. Но кашу – Эркин сразу заметил – накладывала всем честно, не выгребая всё мясо в одну миску. Ларри исподлобья поглядывал на Андрея, наконец, осторожно спросил.
– Эндрю?.. Мне завтра с тобой что ли? Масса Джонатан сказал…
– Поможешь днём с бычками, – Андрей спокойно поднял на него глаза. – Меченого забирают границу смотреть.
– Ага, – кивнул Ларри. – А то я с Сэмми-то…
– Толку от тебя всё равно мало, – загудел Сэмми, – хоть к бычкам, хоть куда тебя… Мне без разницы, где ты болтаешься.
Мамми походя стукнула по шее двоим повздорившим из-за куска негритятам, положила ещё каши в миску Сэмми и села сама к столу.
– Ларри себя не перетрудит, – усмехнулась Дилли.
– Ты-то не встревай! – огрызнулся Ларри. – За собой смотри.
– А не то смотреть, что Сэмми один тянет? – Дилли перекладывала из своей миски кусочки мяса в миску Сэмми.
– А то у него на ночь сил не хватает! – съязвил Ларри. – Знай своё место, баба, и не лезь.
Сэмми не спеша поднял от миски глаза и улыбнулся.
– Туго тебе придётся завтра, Эндрю.
Андрей насмешливо пожал плечами.
– Одним бычком больше? Справлюсь.
– Как же, бычок он! – фыркнула Дилли.
Ларри напрягся, но Мамми положила ему ещё каши, и он уткнулся в миску. Мамми выставила на стол кружки с молоком.
– Холодное, – обрадовался Андрей. – В самый раз.
– Нутро не застуди, – улыбнулась Мамми.
– Лужёное, – похлопал себя по животу Андрей.
Все охотно засмеялись.
– Это да, – Ларри шумно отхлебнул из кружки. – Была бы еда, а брюхо вытерпит.
Негритята допили первыми и с гомоном вылетели наружу.
– Чьи? – спросил Эркин.
– А ничьи, – махнула рукой Мамми. – Прибились тут. Масса Джонатан не гонят. Так, подкармливаю. Ну, и работают по мелочи.
– Что ж, и не записались ни за кем? – удивился Эркин.
– У этой мелюзги и справок-то нет, – усмехнулся Сэмми.
– Пусть растут, – Мамми налила всем ещё молока. – Подрастут, сами запишутся.
Андрей не понял, но промолчал: Эркин потом объяснит если что. Молли вздохнула.
– Жалко их.
– А чего жалеть? – не согласилась Дилли. – Не бьют и кормят. Мамми вон только шумит на них. А так, что хотят, то и делают. Чего ещё?
Эркин задумчиво кивнул.
– Кормят и не бьют. Чего ж ещё?
Сэмми внимательно посмотрел на него.
– Меньше хочешь, больше имеешь. Ведь так?
– Так! – Эркин залпом допил кружку и встал. – Доброй всем ночи.
Встал и Андрей.
– Спокойной ночи.
Им ответили нестройным хором.
Они уже почти дошли до сарая, когда их догнала Молли.
– Парни, давайте рубашки, постираю вам. За завтра высохнет, в чистом погоните. Сменка-то есть у вас?
– Есть, – Эркин уже расстегивал рубашку, но поглядел на спину уходящего в ночь Андрея и досадливо прикусил губу: чуть не подставил. – Обожди здесь.
Молли недоумённо осталась. Она слышала, как индеец – трудное у него имя какое, и не запомнишь, и чего за него держится, а Меченым его точно прозвали – догонял Эндрю. Вот они зашли в сарай, о чём-то заговорили. И вот быстрые лёгкие шаги.
– Держи, – Эркин протянул две рубашки. – И спасибо тебе.
– Спасибо не накормит, – фыркнула Молли.
Но он уже убежал, и её ответ с намёком пришёлся ему в спину. Ну, ничего, завтра она их постирает с утра, к вечеру высохнет, и тогда… Молли улыбнулась. А ещё лучше, она их сейчас замочит.
Эркин подтянулся на руках и прошёл к окну. Андрей уже лежал, укрывшись запасной рубашкой.
– Сапоги сними, а то ноги отекают, – посоветовал, разуваясь, Эркин.
– Не дурнее тебя, – сонно ответил Андрей, – а портянки чего ей не дал?
– Она рубашки спрашивала. Обойдусь. – Эркин с блаженным вздохом лёг на сено.
– С удобствами живём, – потянулся Андрей. – Да, слушай, я не понял, чего это ты про мелюзгу говорил, за кем они записаны, что ли?
– А! – Эркин зевнул и стал объяснять. – Нам когда справки давали, ну, на пунктах, можно было записаться в семью. Кто хотел, записывался там братьями, сёстрами, муж с женой, и мелюзгу, опять же кто хотел, себе в дети записывал.
– Так, слушай, а в Цветном же полно детей… все с родителями.
Эркин снова зевнул.
– Кто цветной, ну, свободным был, у тех и раньше семьи были. А с рабами… все записанные. Ну, и кого раньше хозяева в дети дали. Десятого ребёнка рабу оставляют.
– Ты ж говорил, что в год отбирают.
  
– Ага, – голос Эркина потерял сонное благодушие, стал напряжённо тихим. – Отбирали и продавали. Но вот хочет хозяин, пришло ему в голову старого раба заменить, но не сразу, а постепенно. Или ещё что взбредёт… Ну, так покупает он мальчишку там или девку и даёт кому из старых рабов, вот, дескать, твой десятый.