"Фантастика 2025-122". Компиляция. Книги 1-16 (СИ)

– Руки помыть есть где? – спросил Андрей.
– А вот, – Молли показала им маленький жестяной рукомойник у двери.
Они ополоснули руки, Андрей скептически оглядел висящую рядом на гвозде замызганную тряпку, но Молли уже подавала ему чистую, с аккуратно подшитыми краями.
– Спасибо, – поблагодарил Андрей, вытирая руки.
Она покраснела, потупилась.
– Пожалуйста, – ответила она шёпотом.
  
Сели за стол. Мамми поставила перед ними две жестяные миски с кашей.
– Больше ничего нет, парни, не ждали вас.
Молли быстро зашептала ей что-то на ухо. Мамми сердито нахмурилась, замотала головой, но Молли настаивала. Эркин уловил слово «коптильня» и под столом толкнул ногой Андрея. Тот, скрывая смех, склонился над миской.
Молли убежала, а Мамми налила им дымящегося бурого «рабского» кофе и решительно села напротив.
– Как звать-то?
Она ни к кому конкретно не обращалась, но они ответили.
– Эндрю.
– Эркин
На имя Андрея Мамми кивнула, а на Эркина посмотрела чуть удивлённо.
– Так и прозывался?
Эркин усмехнулся и назвал полученное в Джексонвилле прозвище.
– Меченый.
– Так оно лучше, – кивнула Мамми, – раз уж по-человечески зваться не хочешь. Наши-то все имена взяли.
Андрей покосился на невозмутимое лицо Эркина и промолчал. Хотя… и в самом деле, лучше, чтоб знали кликуху, а не имя.
– Давно здесь? – спросил Эркин.
– Да месяца три, а может, уже и четыре, – она положила на стол пухлые морщинистые руки. – Если ты об этом, то из прежних никого не осталось. Все пришлые. Кого масса Джонатан привёз, кто сам забрёл и остался.
Вбежала Молли и положила перед ними ломоть копчёного мяса.
– Вот, – и на укоризненный взгляд Мамми заторопилась. – Нет, Мамми, масса Джонатан разрешили, я к ним бегала. Они сами отрезали и сказали, что ты сама могла сообразить и взять, что мясо на такой работе нужно.
Мамми покачала головой, но разрезала кусок надвое и положила на стол две лепёшки.
– Вот, к кофе вам.
Андрей отодвинул пустую миску, отхлебнул из кружки.
– А вы издалека? – спросила Молли.
– Из Джексонвилля, – ответил Андрей.
Молли удивлённо округлила глаза.
– А где это?
– Далеко, – усмехнулся Эркин. – Весь день ехали.
– Мы и не слышали о таком городе, – вздохнула Мамми. – Ну, как там?
– А как везде, наверное, – пожал плечами Эркин. – Кто как может, так и крутится.
– Здесь хорошо, – заторопилась Молли. – Масса Джонатан требуют, конечно, но ни в чём не прижимают. Ни в еде, ни в чём таком. Вот Сэмми с Дилли поженились, так масса Джонатан даже свадьбу им разрешили и жить отдельно, выгородка у них. И всем разрешили выгородки себе сделать. А не в общем бараке.
– А сам он где живёт? – спросил Андрей.
– Кто? Масса Джонатан? Большой, ну, господский дом сгорел, так у них там, – она махнула рукой куда-то за стену. – Так они в домике таком маленьком. А чего там раньше было, я не знаю. Но кухни там нет. И Мамми им готовит. И массе Фредди тоже.
– Затрещала, сорока, – Мамми стала собирать посуду. – Так-то она всё верно говорит.
– Понятно, – Эркин вылез из-за стола. – Ну, мы пошли.
– Спокойной вам ночи, – встал Андрей.
– И вам того же, – откликнулись в два голоса Молли и Мамми.
Стоя на крыльце своего дома, Джонатан слышал, как парни, негромко переговариваясь, прошли к сенному сараю, не заметив его. Ну что ж. Это он сделал. Завтра надо будет съездить в резервацию, нанять пятерых, а лучше десяток ровнять дорогу, а то чуть не угробили сегодня грузовик. Джонатан стоял неподвижно и слушал, как затихает, засыпает имение. Неслышно подошёл и встал рядом Фредди.
– Ну как, Джонни?
– В общем, – Джонатан, не глядя, протянул ему сигареты. – Я ждал худшего. Всё-таки они шевелились. Со скотиной порядок, лошади все целы…
Фредди закурил и вернул ему пачку.
– Ну что ж, у тебя новая игра, Джонни. Я не против.
– Я знаю, Фредди. В конце концов, она не более рискованна и азартна, чем другие.
– Столь же опасна и более выгодна, – Фредди усмехнулся. – Этих ты отправил в сарай?
– А куда ещё? Они здесь временные. Два дня и в стадо. Да, Фредди, завтра я в резервацию. Дорогу надо делать. Этим я с утра всё скажу.
– Они уже болтались у загона.
– Индеец, как его?..
– Вроде, Эркин, – не очень уверенно ответил Фредди, – но Мамми он назвался Меченым.
– Ну да, это он сообразил.
– С этими, из резервации, не столкуется?
– Он издалека, наверняка другого племени. Ты же их знаешь, Фредди, в этом они не умнее нас.
Фредди приглушенно засмеялся.
Андрея разбудил Эркин, бесцеремонно дёрнув за ноги.
– Ты чего так рано?
– Нормально, – лицо Эркина мокро блестело. – Привыкай со скотиной жить.
Андрей шумно зевнул.
– Ты хоть думай, чего несёшь.
– А что?
Андрей хмуро осмотрел залитый рассветным сумраком сарай, ещё раз зевнул.
– Сказать, что у тебя получилось?
– Ну?
Слезая вниз, Андрей по-английски объяснил Эркину смысл сказанной им русской фразы. Эркин сначала растерялся и пытался объяснить, что он хотел сказать, но потом начал хохотать. Так, давясь от хохота, он показал Андрею колодец и, когда тот умылся, потащил к загону с бычками.
Джонатан был уже там.
– Ага, ну хорошо, что будить не надо, – глаза у него были серьёзные, хотя губы улыбались. – Так, парни. Это стадо на вас. Сто голов. Два дня вам на обвычку и сборы. А там погоните. Ясно?
Эркин кивнул, а Андрей с заметным только Эркину вздохом сказал.
– Да, сэр.
– Так, тогда пошли.
Джонатан привел их в полупустую конюшню, искоса глянул на Эркина.
– Выбирай.
– Любую, сэр? – на всякий случай уточнил Эркин.
– Любых. Ты же говорил, что четыре нужны.
– Да, сэр.
Эркин осторожно пошёл вдоль денников. Вот этого, серого, спокойного, Андрею, или вьючным? Тогда лошадей им выбирал Грегори… Увильнуть? «Дайте сами, сэр». Но уж пошёл… Да и больно ехидная рожа у беляка. Э, была не была! Эркин вошёл в денник к светло-гнедому, чем-то напомнившему ему Бурого.
– Ловок, – одобрил его выбор Джонатан. – Этого, – он указал сигаретой на того спокойного, что приметил Эркин, – этого тебе, Эндрю, а двух крайних берите вьючным и подменной. К кличкам они приучены. Не выдумывайте ничего.
Эркин гладил шею гнедого, пряча лицо. Да, он видел прибитые над денниками дощечки с буквами, но если белый не назовёт… Хотя, хотя Андрей-то должен уметь читать. Но Джонатан сам, указывая сигаретой, назвал лошадей. У Эркина Принц, у Андрея Бобби, подменная Резеда, и вьючный Огонёк. Потом Джонатан посмотрел на Андрея, весело хмыкнул.
– За конюшней загон. Учись, – и Эркину, – сёдла и всё там сам возьми. Днём бычков напоите и сена заложите. Вечером тоже. Знаешь?
– Да, сэр.
Джонатан ухмыльнулся.
– Эта четвёрка тоже на вас.
– Да, сэр, – вздохнул Эркин.
Следовало ждать такого. Если белый платит, то и работы наваливает выше головы. Когда Джонатан ушёл, Эркин отправился за сбруей. С помощью Андрея разобрались в надписях – сбруя была надписана – и взялись за дело.
Бобби оказался на редкость спокойным и терпеливым. Потому что только такой мог выдержать, что его пять раз подряд засёдлывали и рассёдлывали. Эркин учил Андрея единственным известным ему способом. Заседлал на его глазах, потом расседлал и предложил Андрею повторить. На пятый раз Андрей справился без ошибок.
– Ну вот, – вздохнул Эркин, – это ты теперь умеешь.
– А тебя как учили? – Андрей вытер рукавом мокрое лицо.
– Так же, – пожал плечами Эркин, – только Грегори стоял рядом и бил за каждую ошибку. Плетью.
– Это кто такой?
– Надзиратель в имении. Выводи.
В загоне Эркин стал учить Андрея влезать в седло и управлять конём. Тем же методом. Но Бобби был согласен стоять, а не двигаться. Оставив Андрея воевать с Бобби, Эркин пошёл за Принцем.
  
Выйдя в загон, Принц показал характер. К тому же откуда-то появилось пять негритят разного возраста. Они расселись на жердях загона и загомонили, страшно довольные таким зрелищем.