Отец подруги. Мой генерал

Открываю заднюю дверцу авто и прыгаю в тачку.
Заваливаюсь прямо на колени какого-то мужика.
Ох, черт…
Знатно проехавшись по нему задницей, занимаю соседнее пассажирское место и воплю:
– Поехали отсюда быстрее, пожалуйста!
Из подъезда как раз выскакивает Андрей и смотрит по сторонам. Так вот почему он так долго – одевался. Дорожит репутацией перед соседями, голым не решился поскакать за мной. У нас очень хороший дом, все приличные, при деньгах.
– Поехали! – повторяю хрипло. – Только не отдавайте меня ему!
Мужчина, на которого я нагло плюхнулась, кивает водителю, и машина трогается с места.
Выдохнув, перевожу взгляд на человека, сидящего рядом. Представительный, седовласый, но не слишком старый. Белая рубашка, черный галстук. Весь такой причесанный, приглаженный, надушенный. Одним словом, шикарный!
– Ну, и куда тебя везти, красавица? – спрашивает он насмешливо…
 
Глава 3
 
Ева
– Куда-нибудь, пожалуйста. Только не останавливайтесь, – хватаю мужчину за локоть и умоляюще смотрю на него.
Не знаю, откуда взялось такое доверие к случайному незнакомцу. Кажется, будто все мужчины города в тысячу раз лучше и порядочнее, чем Беззаконов. Говорящая у него фамилия, да. С такой в органы охраны правопорядка нельзя брать.
– Малышка, ты только что проехалась попкой по моим яйцам, а теперь хочешь сломать мне руку? – весело спрашивает незнакомец. – Прекрасное знакомство, я считаю.
– Простите, – тушуюсь, отпуская его.
– Прощаю. Так от кого бежишь? От мамки с папкой, потому что на дискотеку не пущают?
Его юмор действует на меня успокаивающе. Лучше шутить, чем в красках рассказывать, от какого кошмара я сбежала. Да и честно сказать, я не собираюсь откровенничать перед незнакомым человеком. Пришлось бы врать на ходу, чего я не люблю. Лучше отмалчиваться.
– А как вы узнали? – нахожу в себе силы улыбнуться.
Наверняка улыбка эта вышла жалкой и жуткой. Надеюсь, он не попрет меня из машины на первом же светофоре.
– Сам ведь отец взрослой дочери, – разводит руками. – По клубам нынче опасно ходить. Плохие дядьки не спят, а ищут доверчивых красавиц.
– Простите, это вы о себе?
Мужчина красиво смеется, запрокинув голову назад. Он меня не опасается, раз спокойно открывает шею. Да кто в здравом уме будет бояться зашуганную девчонку? Скорее всего, я вызываю лишь единственное желание – обнять и плакать.
– Ефим, – представляется он.
– Ева.
– Будем знакомы. Как насчет выпить чего-нибудь горячего? Тебя трясет, Ева.
– Хорошо. Только где-нибудь на другом конце города, пожалуйста.
– Гриша, бар «Зодиак», – велит водителю Ефим и опускает перегородку, скрывающую нас от Гриши. – Ехать долго придется, – объясняет мне. – Так что можем пока поболтать о том, о сем.
– Простите, что нагло ввалилась в вашу машину, но так сложились обстоятельства, – пытаюсь унять дрожь во всем теле.
Спина адски болит. Мудак нехило приложил меня об пол. Надеюсь, обойдется без смещения позвонков. Но засудить его за побои не выйдет, можно даже не пытаться, у него везде связи.
Ефим что-то спрашивает, но до меня не доходит смысл его слов.
Кажется, я сейчас отключусь. Какой уж тут бар на другом конце города?
***
Прихожу в себя в незнакомой обстановке. Спальня, мягкая постель, и дурнота. Горький вкус желчи во рту. Горло скребет, и я захожусь в сухом кашле.
Вспоминаю почти сразу, что произошло накануне, и не верю, что это был не сон. Я сбежала от тирана. Я свободна. Только вот… надолго ли? Если он меня найдет, то всё пропало.
– Проснулась?
В комнату входит незнакомец из ночной тачки. Ефим, кажется.
Сажусь в постели и морщусь от вспышки боли в спине. Хочется шипеть и материться, но я же теперь девочка воспитанная, поэтому молча терплю боль.
– Лежи-лежи. Тебе здорово досталось.
– Что со мной?
– Тебе лучше знать, что с тобой происходило последний… мм, скажем, год.
– Вы о чем? – придуриваюсь.
– О твоих шрамах и синяках, Ева.
Упираюсь взглядом в занавеску, украшающее окно. Золотая, тяжелая портьера с кисточками, она уже давно вышла из моды. Но одет Ефим дорого и современно – без труда узнаю качественные рубашку и брюки. И черные носки. Какое счастье, что не белые. Это для меня прям особый маркер.
  
У Беззаконова была особый пунктик на носки – они непременно должны быть белоснежными. Следить за их чистотой приходилось мне. Как вспомню, так вздрогну. Неужели пришел конец мучениям, и мне больше не придется обслуживать этого гада?
– Не буду лезть к тебе в душу. Захочешь – сама расскажешь. А сейчас поешь суп, – кивает на поднос, стоящий на прикроватной тумбочке.
– Где я?
– У меня в гостях. Вчера, когда ты вырубилась в машине, мне не оставалось ничего кроме, как привезти тебя сюда.
– А ваша жена не будет злиться?
– Моя жена ни о чем не узнает. Не беспокойся.
Хм… в поездку, что ли отправил, свою благоверную? Вот отлежусь немного и уйду, чтобы никого не обременять. Только куда? Не знаю. Придумаю позже. На крайний случай сунусь к Арине и попрошу помощи с документами. Мой паспорт остался у Андрея. Он давно его забрал, зная, что без удостоверения личности я не отважусь на побег.
А я отважилась. Сюрприз-сюрприз.
Получил вчера, сволочь? Не устану смаковать тот момент, когда моя нога соприкоснулась с его вонючим пахом. Надеюсь, я ударила достаточно сильно, и теперь он станет бездетным импотентом. Таким размножаться категорически нельзя, поэтому я уже четыре года сижу на противозачаточных таблетках.
– Ешь, набирайся сил, – говорит Ефим, ставя поднос мне на ноги. – Приходил врач и сказал, что у тебя сезонный грипп.
– Вы бы масочку надели, чтобы не заразиться, – улыбаюсь неловко.
– Не волнуйся, гриппом меня не напугать.
Некоторое время мы молчим. Я бросаю короткие взгляды на Ефима, а он, не таясь, разглядывает меня, как диковинку.
– Ответь мне только на один невинный вопрос: тебя не будут искать? – спрашивает он. – А меня – не посадят на похищение столь красивой девушки?
Твою налево, я подставляю человека. Как я могу обещать, что его не посадят, когда его могут даже убить? Ревность Андрея не знает границ. Если он решит, что Ефим меня тронул, то ничего хорошего моего спасителя не ждет.
– Я наелась, спасибо, – отодвигаю от себя чашку с остатками бульона. – И мне, наверное, пора.
Неужели Ефим сам готовил еду? Или в квартире есть еще люди?
А если он уже знает, кто я такая, и с минуты на минуту сюда подъедет Беззаконов, который понятное дело, сейчас меня рыщет по всему городу. Он мог запомнить номер машины и вычислить мое местонахождение по ней.
Страх отравляет кровь и сковывает тело железными удушающими путами. Бежать в другое место, запутать следы, сбить с толку. Но я так слаба, что не могу подняться с постели.
– Та-ак, – тянет мужчина. – Всё ясно.
Мысли лихорадочно мечутся. Что ему ясно – мне не понятно. Но я должна защитить себя, биться до последней капли крови, чтобы не достаться Беззаконову.
Нужно найти нож и положить его в рукав свитера. Так мне будет спокойнее. Нож в рукаве меня еще никогда не подводил.
Ефим, честь ему и хвала, меня не раздевал. Я лежу одетая, как и вчера. Только ступни почему-то босые.
– Ты была без носков, – отвечает Ефим на мой немой вопрос.
Разумеется, мне было не до них. Я была готова бежать от Андрея даже голой и босой. Поэтому просто сунула ноги в первые попавшиеся ботинки.
– Скажите, что за врач приходил и будет ли он молчать? – спрашиваю я, взволнованно пригладив волосы.
– Послушай сюда, девочка, – властным голосом отвечает хозяин квартиры. Таким тоном только приказы отдавать, подумалось мне. – Пока ты в моем доме, ты находишься в безопасности. Сюда никто не войдет и не причинит тебе вред. Но, чтобы тебе помочь, я должен знать твою историю. Всю историю! От начала и до конца. Выбор за тобой, Ева.