Оборотни крепости ЭР - 5 (СИ)

— Мы с Кенстию убрали семена, так что теперь все в порядке. Только тебе, Кайл, придется лечить сыновьям синяки и царапины, парни передрались между собой.
— А вас заклятье разве не коснулось? — удивился Гор.
— Нас с Зэрву нет, а вот остальные немало начудили. Стор с Бэсси чуть до развода не договорились. А Тан бросил Лисси в слезах, представляете?
— Охренеть! — выдал Гор. Кайл согласно кивнул.
— У нас есть и плохая новость, — произнес Кенстию. — Лакуша унесли бабочки, принадлежащие Зэрву.
— Лакуша унесли бабочки? — Гор представил себе эту картину, получилось смешно, и он расхохотался.
— На самом деле, Зэрву повелитель инторусов, — пояснил Кенстию.
— Демоны бездны! — оторопел Гор.
— Но как это возможно, что существа из мира мертвых подчиняются тебе? — изумился Кайл.
— Мой отец Страж Грани.
— А вот это просто замечательно! — воскликнул Гор, заблестев глазами.
— Нужно обязательно познакомиться с таким замечательным во всех смыслах родителем! — обрадованно проговорил Стор.
— Прямо сейчас!
— У нас есть проводник на Нейтральную зону, — Стор переглянулся с другом.
— Я в восторге, — Гор подпрыгнул на месте и, схватив мужа за руку, поволок к двери. — Мы в душ и одеваться. Сбор через полчаса!
Стор, не выпуская Бэсси из рук, повел ладонью, открывая портал и прыгнул в него прямо с дивана.
— Я тоже схожу за вещами, — Зэрву поцеловал жениха в щеку и ушел через кольцо перехода. Кенстию направился в свою комнату собираться в дорогу.
========== Глава 2 Гьярх/Лакуш ЗэрвуКенстию ==========
Год назад. Нейтральная Зона.
Храмовник, в закрывающей все лицо маске, чинно сложив руки на животе, нараспев читал молитву, но Гьярх его не слушал, отстранено рассматривая стену напротив. На тело супруга, подготовленное к погребению, он не смотрел, оно казалось ему чужим. Когда он вошел в святилище и подошел к носилкам, на которых лежал Пиан, он его поначалу даже не признал. Восковая кожа, запавшие глазницы, нижняя губа надвинутая на верхнюю придававшая лицу выражение недовольства, усохшая фигура. И куда только делась чарующая красота, которая заставляла мужчин толпами кружить вокруг его супруга? Умерла вместе с ее обладателем. Тот, кто еще вчера безжалостно трепал ему нервы, стал трупом. И причина смерти до ужаса нелепая — монстр вырвавшийся из-за Грани случайно сбил его с ног, и Пиан хорошенько приложился головой об камень. Никто из живущих в Нейтральной Зоне ни разу от такого не умирал, Пиану повезло, теперь его имя будет записано в истории.
Гьярх расстегнул верхнюю пуговицу, воротник рубашки нещадно сдавливал шею. Душно как, и тошнота подкатывает к горлу. Дымок, струящийся над курильницами, забивается в ноздри, оседая неприятной сладостью на языке. Пить хотелось страшно, но еще больше уйти прочь, жаль нельзя, его присутствие обязательно, как-никак скорбящий вдовец. Сместив взгляд чуть влево, Гьярх наткнулся на горящие ненавистью глаза высокого блондина. Еще один считающий его виноватым в смерти мужа. Как же, Страж и не смог уберечь, не выполнил свою обязанность! Знали бы они, как он смеялся, когда ему сообщили об обстоятельствах гибели Пиана. Тогда бы эти любители задницы чужого мужа точно набросились на него с кулаками. А впрочем, у них опять не получилось бы вздуть его, все их попытки оканчивались полным провалом. Пиан обожал рассказывать любовникам, какой у него супруг жестокий тиран, и ему безоговорочно верили. Сколько раз к нему на разборки заявлялись защитники угнетенного Пиана не счесть…
— Можете попрощаться с супругом, — прервал его раздумья храмовник.
— Не хочу, — отмахнулся Гьярх. — Сжигайте, — произнес он и направился к выходу.
— Сволочь.
— Тварь.
— Подонок.
Всего трое? Как неожиданно. А он-то думал, что вся эта толпа, явившаяся почтить память Пиана, его бывшие любовники. Или другим просто не хватило смелости выкрикнуть ему в спину оскорбления? Обернувшись, Гьярх процедил:
 
— Я не пойму, вы чего ко мне привязались? Вы его трахали, вам и скорбеть! — и, ухмыльнувшись, гордо удалился, оставляя за спиной оглушающую тишину.
***
Гьярх несколько секунд ошеломленно смотрел на замызганного парня, которого инторусы внесли в гостиную и бросили в кресло. Отойдя от шока, Страж спросил:
— Ты кто?
В ответ парнишка выпучил глаза и затрясся.
— Ты умеешь разговаривать? — Гьярх встал с дивана и сделал шаг к незнакомцу.
Лакуш, увидев его глаза, замычал и задрожал сильнее.
— Не бойся, я не причиню тебе вреда, — попытался успокоить Гьярх.
Прерывая их «общение», в комнату широким шагом вошел высокий широкоплечий мужчина. ПримСтраж Граней Элинарх и, помимо этого, еще и родной брат хозяина дома.
— Гьярх, — приметив незнакомца, он остановился. — Что это? — Элинарх ткнул пальцем в сторону сидевшего в кресле чумазого дрожащего парня.
— Понятия не имею, — ответил Гьярх. — Его принесли инторусы, бросили в кресло и унеслись. На все вопросы он только трясется и мычит.
— Может, немой? — Элинарх подошел к парню и рукой поднял за подбородок лицо.
Лакуш, узрев так близко черные без белков леденящие душу глаза, истошно завопил.
— Оставь его! — Гьярх торопливо подошел и ударил по руке ПримСтража.
— Ты спятил? — оторопел Элинарх. — Ты что себе позволяешь?
— Ты в моем доме, так что нехрен корчить из себя правителя! Не видишь что ли, что ты пугаешь его еще больше?
— А его точно инторусы принесли? Какой-то он… не очень, — подобрал мягкое выражение Элинарх.
— Какой бы ни был, а он предназначенная мне пара.
— Ты веришь в этот бред про пару?
— Не знаю я, — Гьярх пожал плечами. — Может это сказка, а может нет. В любом случае, я обязан жениться на нем.
— Я за тебя не выйду, — у Лакуша от осознания того, что ему придется выйти замуж за мужика со страшными глазами, прорезался голос.
— Закрой рот! — обернулся к нему ПримСтраж. — Тебе оборванцу привалило такое счастье, а ты еще кочевряжишься! Если желаешь вернуться на свою помойку, то я тебя сейчас туда отправлю!
— Я не оборванец, мои папы богаты.
— Мы видим, — Элинарх оглядел чумазое лицо парня, а затем перевел взгляд на его прорванную и грязную одежду. — Полагаю, их богатство состоит в том, что они живут на самой большой помойке города?
— Они живут в крепости! — возразил Лакуш, на что Элинарх лишь презрительно скривил губы и повернулся к Гьярху.
— Может, все же отправишь его назад?
— Бесполезно, инторусы приволокут его обратно.
— Да, — ПримСтраж потер пальцем бровь. — Прикажи слугам отмыть его, может тогда он перестанет вызывать отвращение, и тебе удастся пометить его и выполнить супружеский долг хотя бы разок?
— Дерьмо, — нахмурился Гьярх. — Я забыл, что его надо пометить.
— Не надо меня метить, — проблеял Лакуш, отчего-то решивший, что на нем будут ставить клеймо раскаленным железом.
— Надо, иначе тебя посчитают ничьим.
— Пусть считают.
— Зашибись, — воскликнул Элинарх. — Он не только любитель поваляться в отбросах, так еще и не обременен моралью! Я считаю, что инторусы ошиблись, это не может быть твоей парой, еще одну шлюшку ты не заслужил.
— Сам ты шлюшка! — разгневался Лакуш. — Папа Гор тебя за эти слова прибьет!
Гьярх и Элинарх оторопело уставились на него.
— Ты вообще нормальный? — холодно процедил ПримСтраж. — Как ты разговариваешь со своим повелителем?
— Ты мне не повелитель! — прошипел Лакуш. — Морда противная!
Элинарх, вспыхнув от ярости, кинулся к нему, собираясь прикончить вызывающего у него отвращение недоумка. Внезапно перед ним соткалась стена из инторусов, гневно шипя «бабочки» угрожающе оскалили зубы.
— Элин, успокойся, — Гьярх положил руку на плечо брата.
— Они встали на защиту этого гаденыша, — изумленно проговорил ПримСтраж.