Оборотни крепости ЭР - 5 (СИ)

— Зэрву! — как только тот показался в зеркальце, он испуганно прошептал: — Я не знаю, что происходит, но у нас в доме все дерутся и скандалят.
— Сейчас буду.
Кенстию заторопился во двор, встречать жениха и попросить, чтобы он сначала разнял братьев, пока они не поубивали друг друга. Заметив появившегося из кольца перехода Зэрву, он кинулся к нему с криком:
— Сначала в сад, там братья бьются насмерть.
Не говоря ни слова, повелитель бабочек кинулся к калитке, ведущей в сад. Через несколько секунд он услышал визги и истошные вопли. Кинувшись в сторону этих звуков, он чуть не рассмеялся в голос от вида парней — вымазанные в креме, поцарапанные и в разорванной одежде, они выглядели препотешно.
Зэрву бесцеремонно раскидал приблуд в разные стороны и, грозно сверкая серыми глазами, предупредил:
— Если услышу от вас хоть малейший звук или вы снова попытаетесь затеять драку, я напущу на вас бабочек, и они сожрут ваши глупые морды и мозги!
Приблуды в ужасе застыли, видимо представив себе эту картину, потом к ним пришло понимание, что замуж их с обглоданными лицами не возьмут и именно это заставило их разбежаться в разные стороны. Кенстию облегченно вздохнул и потащил жениха к окну, ведущему в гостиную. Едва они оказались в комнате, Зэрву принюхался, и нахмурившись, произнес:
— Пахнет корденией.
— А это плохо? — Кенстию никогда не слышал этого слова, и понятия не имел, что это такое.
— Кордению еще называют семенами раздора, колдуны ее используют, когда хотят кому-то насолить или отомстить.
— Значит, кто-то ее здесь рассыпал, чтобы все перессорились?
— Да, нужно ее отыскать, — Зэрву огляделся, а затем взглянул под ноги. Заметив затаившиеся между ворсинок ковра зерна красного цвета, он обрадовано улыбнулся и ткнул пальцем в ковер. — Вот они! Видишь красные зернышки, на бисер похожие?
— Мы на них стоим, — Кенстию посмотрел под ноги, а затем поднял ошеломленный взгляд на жениха. — Почему мы с тобой не ссоримся?
— Не знаю, — растерялся Зэрву. — По идее, мы уже должны, как твои братовья, выдирать друг у друга волосы. Может, потому что ты ангел?
— Это вряд ли, характер-то у меня не ангельский.
— Видимо, характер роли не играет, важна только сущность, — Зэрву улыбнулся. — Сейчас я призову бабочек, и они соберут семена.
Мужчина стянул с волос заколку, а затем сложил ладони вместе и поднял их на уровень лица.
— Миры соприкоснитесь! — шепнул он и дунул на руки. Неожиданно его волосы взметнулись вверх, словно под порывом сильного ветра, а затем медленно опали. Золотистый узор на волосах вспыхнул и, потемнев, изменился на нечто по контуру отдаленно похожее на бабочек. Зэрву разъединил ладони, и черная армада поднялась на крыло.
— Собирайте зерна кордении, — приказал им повелитель. Клыкастые чудовища, размером с пол ладони мужчины, махая перепончатыми крылами, ринулась к ковру.
— Это же инторусы, — Кенстию пораженно уставился на пожирающих семена «бабочек».
— Они самые, — кивнул Зэрву. — Красавцы, да?
— Насколько вообще могут быть красивыми существа из мира мертвых, — произнес ангел и перевел взгляд на жениха. — Каким образом ты сумел их себе подчинить?
— Моим отцом был Страж Грани.
— Ничего себе! — оторопел Кенстию. — Но как он проник сюда? Ведь им вроде запрещено переходить в мир живых.
— Мать была на редкость любопытной кошкой, — улыбнулся Зэрву. — Ты ведь знаешь о нейтральной зоне между мирами и Гранью?
— Конечно.
— Вот там они и встретились, — пояснил Зэрву. — Результатом этой встречи стал я.
— Отличный результат надо сказать, — Кенстию с удовольствием оглядел мускулистую фигуру жениха.
— Спасибо, — повелитель бабочек с нежностью поцеловал ладошку парня. — Тебя не отталкивает то, что мой отец принадлежал миру мертвых?
— А почему это должно меня отталкивать?
— Ты ведь ангел.
— Я тебе уже говорил, что я неправильный ангел.
— Как же я рад, что ты неправильный, — Зэрву обнял парня. — Я так боялся, что ты откажешься выйти за меня, если узнаешь, что я имею отношение к миру мертвых.
 
— Так ты поэтому не целовал меня?
— Да, при таком близком контакте ты мог распознать мою темную сущность.
— А я думал, что не вызываю у тебя желания, — признался Кенстию.
— Ты себе просто представить не можешь, что творится со мной, стоит мне тебя увидеть, да я же просто дышать забываю. А стоит мне тебя коснуться, как душа петь начинает. Без тебя я умираю, а рядом с тобой оживаю.
— А меня Тан не любит, — подал голос Лисси и разрыдался.
Бэсси и Стор, до этого с любопытством слушавшие их разговор, вновь возобновили ссору. С каждым разом их претензии друг к другу становились все абсурднее, чего стоил разъяренный вскрик Бэсси:
— Ты специально купил мне диадему с не тем оттенком изумрудов, который я люблю! Решил досадить мне!
— А ты сегодня утром поцеловал меня всего один раз! — парировал Стор.
— Ты мне с нашим конюхом изменяешь! — выпалил Бэсси.
— Ты не мог бы их оглушить? — обратился Кенстию к жениху. — А то они сейчас договорятся до, боюсь даже представить, чего.
— Оглушу без проблем, — Зэрву резко махнул ладонью снизу вверх, Бэсси и Стор обмякли.
— Вот теперь они выглядят как истинная пара, — Кенстию удовлетворенно оглядел привалившихся друг к другу супругов.
Зэрву рассмеялся.
Лакуш сидел в траве и сердито бормотал под нос о дурных братьях, из-за которых остался без пирожных, ему было до ужаса обидно, ведь мало того, что он так и не полакомился шедеврами Роэча, да еще к тому же ему изорвали его любимую рубашку и сорвали с шеи колье.
— Вот где его теперь искать? — горестно воскликнул он и понурился. — А пирожные были с ягодным кремом, — вспомнив, как они выглядели, он расстроено всхлипнул.
Инторусы, пожрав семена, вылетели в окно, собираясь вернуться домой, но неожиданно остановились, зависнув в воздухе. Раздался всхлип и «бабочки» суматошно закружились над садом, ища источник взбудоражившего их звука.
— Морды противные, — Лакуш шмыгнул носом, и инторусы стремительно понеслись к нему. Парень, увидев, что к нему летит стая зубастых и хоть и мелких, но чудовищ, истошно завопил и бросился бежать, да только смыться от них не смог. Инторусы, издавая довольное жужжание, облепили иллюзора с ног до головы. Лакуш, почувствовав разливающийся по телу холод, отчаянно завизжал.
Кенстию и Зэрву, услышав его вопль, помчались на помощь, но не успели, Лакуш покрытый «бабочками» прямо на их глазах словно растворился в воздухе.
— Боги, — ошеломленно прошептал ангел. — Что это было?
— Кажется, инторусы унесли его к своему хозяину, — Зэрву нахмурился.
— А разве не ты их хозяин?
— Конечно, нет! Их владелец кто-то из родственников отца.
— А ты знаком с ними?
— Нет, мать была категорически против нашего знакомства, — Зэрву вздохнул. — Она перед смертью взяла с меня слово, что я не пойду к Грани.
— Тебе придется нарушить слово, — Кенстию взял его за руку. — Нужно вызволить Лакуша.
— Да.
— Надо поставить в известность опекунов о случившемся с Лакушем.
— Надеюсь, они меня не прибьют, — вздохнул Зэрву.
— Нет, ты слишком ценный экземпляр.
— И чем же это я ценен?
— Я согласился выйти за тебя, — улыбнулся Кенстию и потащил жениха в гостиную, по дороге объясняя, что опекуны боялись, что он предпочтет замужеству книги.
Через полчаса в окно влезли помятые и взлохмаченные супруги Гор.
— Неплохо вы погуляли, — хмыкнул Стор, нежно прижимающий к себе мужа, сидящего у него на коленях.
— Что это вообще такое было? — Гор в очередной раз виновато покосился на Кайла.
— Кто-то в вашем доме посеял семена раздора, — пояснил Зэрву.
— Это наверняка дело рук того гнусного старикашки, который просил отдать ему Чэни, — сказал Кайл.
— Надо будет найти его и голову оторвать, чтобы больше никому не пакостил, — прорычал Гор.