Эльфийский король (СИ)

Пресветлая Дева, не сводя с меня взгляд, резко опустила свой молот, словно указующим перстом, направила оружие мне прямо в грудь.
Луч Небесного Гнева ударил по мне, когда до помоста оставалась всего дюжина шагов. Святой огонь моментально превратил камень под ногами в бурлящий поток, он бушевал с такой силой, что продержись заклинание чуть больше — пламя перекинулось бы на окрестные дома и дотла сожгло Кинашалон.
  
С чувством собственного превосходства Лавертен опустила свой молот и наблюдала за огненным кошмаром, который разверзся под ее ногами. Волны огня дошли и до некоторых из ее солдат — крики заживо сгорающих людей смешались с тихими стонами тех, кого ранили эльфы или мое заклинание.
Но торжествовала Пресветлая Дева недолго. Когда я шагнул из бушующего пламени, совершенно целый и невредимый, лицо Лавертен перекосило сначала от удивления, а после — от ужаса. Не веря собственным глазам попятились и аколиты. Как это⁈ Колдун выдержал совместный удар четырех сановников, на площади, где только что была вознесена хвала Богу Света, где были наказаны еретики⁈ Их, трех аколитов и паладина Света совместная атака провалилась⁈
Демоны, из печатей растеклись дымной лужей и сложились под моими ногами в небольшую лестницу. Шесть шагов, и я встал прямо перед девой, которая все еще сжимала в руках свой бесполезный молот.
— Свет несущий и дарующий… — не задумываясь, пробормотала дева.
— Я же уже говорил тебе когда-то, — вроде бы тихо шепнул я Лавертен, но демоны разнесли этот шепот по всей площади, доводя мои слова до всех и каждого. — Пока я здесь, твоему богу тут нет места!
Молитва застряла в горле паладина. Это уже происходило с ней, тогда, на лесной поляне, где я вырезал весь ее отряд, а саму Лавертен отправил в качестве посланца к епископам. Напомнить о старых договоренностях. И как тогда, будучи маленьким клириком, так и сейчас, являясь полноценным паладином Света, она ничего не могла мне противопоставить. Маленькая, жалкая, беспомощная фанатичка, у нее было лишь два пути. Подчиниться или умереть.
Лавертен с ненавистью посмотрела мне прямо в глаза, но выдержать их глубину не смогла. Как и снова не смогла выбрать смерть.
Дрогнув, сломленная тысячелетней тьмой внутри древнего колдуна, Пресветлая Дева выронила свой бесполезный молот и упала пред Владыкой Премудрой Нильф на колени.
  
Глава 11
 
Плутовство
 
Чтобы навести порядок в Кинашалоне, мне пришлось буквально взять в заложники верхушку Святого Воинства, а оставшихся без командования солдат — передать под управление Армеля Триерса.
Шпион Скокреста прибыл в Кинашалон вечером того же дня, так что слишком долго держать круговую оборону нам не пришлось. Лекари и оставшиеся на свободе клирики помогали раненым, которые попали под мечи темных эльфов и мою магию, а те из солдат, кто в битве участия не принимал — стаскивал трупы убитых за пределы города, где будет проведен погребальный обряд согласно традициям Трех Орденов.
Иронично, но самые страшные раны и увечья получили те, кто вовсе с моими демонами или эльфами не сражались. Речь идет о двух десятках бойцов, которые находились справа от меня в момент, когда я двинул на эту истеричку Лавертен. И именно эти бойцы попали под удар Пламени Небесного Гнева, которым пыталась поразить меня Пресветлая Дева вместе со своими аколитами.
Я бы мог помочь раненым — крови сегодня пролилось немало и мои жилы бурлили от дармовой силы — но это были святоши, последователи бога Света. Они вверили свою жизнь в руки Трех Орденов, так пусть именно огнепоклонники и занимаются их спасением. Однако зная жестокость бога Света, я был уверен в том, что большинство из получивших ожоги солдат не доживут до следующей полуночи, и закончат свой земной путь в страшных мучениях. Ожоги от Святого Пламени — это не шутка, даже мне бы пришлось постараться, чтобы исцелить такие раны, так что у клириков не было ни единого шанса. И ведь я даже не мог добить этих несчастных, чтобы их стоны и крики не будоражили горожан — этот вопрос теперь находился в ведении Армеля, который не мог просто так лить кровь, дабы не вызвать неудовольствия и так деморализованных войск.
К несчастью, Триерс даже не мог приказать вывезти раненых в поле, в расположении армейского лагеря — ожоги были столь обширны и страшны, что даже такое получасовое перемещение почти никто пережить из солдат не сможет. Так что обожженные лежали по нескольким домам в самом центре Кинашалона, а их стоны и вопли прорывались даже через плотно закрытые ставни, не давая никому расслабиться.
— Старик, скажи, зачем тебе вообще нужны войска?
Лиан бесцеремонно ввалилась в небольшую комнатку, которую мне выделил перепуганный бургомистр Кинашалона в своем доме. Скинув сапоги, девица с ногами забралась на край кровати, и так там и устроилась, словно пичуга, обхватив колени длинными тонкими руками.
Я же даже ухом не повел — продолжал приводить в порядок свой меч, устроившись на топчане в углу комнаты, поближе к наспех установленной тут жаровне. Война войной, но оружие стоит держать в чистоте.
— Что за вопрос? — наконец-то отреагировал я на Лиан, когда девушка уже стала закипать от такого пренебрежения. Но она знала, что спрашивать у меня что-то дважды не имеет смысла.
— Ну, тебя святоши пытались этим огненным столбом уложить. Уже дважды! И если в первый раз Легиону было тяжеловато, то теперь… — Лиан многозначительно посмотрела на мою нетронутую пламенем броню. — Я вот чуть бровей и ресниц не лишилась! А я в полусотне футов стояла и за камнями укрылась!
— Один в поле не воин, — ответил я, аккуратно проходя гномьим точилом по кромке меча. — За тобой всегда должен кто-то идти.
— Судя по твоим рассказам о прошлом, ты как раз отлично справлялся в одиночку, — хмыкнула Лиан.
— И ни к чему хорошему это не привело, — ответил я. — Почему ты вообще об этом спрашиваешь, Лиан?
— Почему ты не встанешь и не пойдешь, не оторвешь голову Мордоку? И не закончишь все это?
— А что дальше? — спросил я. — Оторвал я ему голову, и что дальше?
— Ну… Все закончится? — захлопала глазами эльфийка.
У нее на самом деле немного обгорели брови и ресницы, что было и неудивительно. Пламя Небесного Гнева одно из мощнейших заклинаний, доступных аколитам Трех Орденов. Были еще и Небесные Копья, и Кара Господня — так они называли огненный дождь, способный уничтожить сотню воинов за секунду. Но концентрированной силой обладало именно Пламя. Но чтобы справиться с таким Владыкой Демонов как я, даже этого было недостаточно.
— Поражение Мордока создаст пустоту власти, — ответил я, откладывая в сторону точило и берясь за небольшой брусок для правки клинка. — Я не собираюсь оставшееся мне время нянчиться с управлением Звездной крепостью Каламета. За мной должен стоять кто-то, кто присвоит себе плоды этой победы и наведет порядок после.
— И кто это будет? — удивленно спросила Лиан.
— Это забота Н’аэлора, а не моя, — ответил я.
В этот момент в комнату вошел лейтенант Ирнар.
— Владыка! — эльф привычно дернул головой, имитируя поклон. И только после этого короткого приветствия он заметил эльфийку на моей кровати. — Вас разыскивает господин Триерс. Говорит, дело срочное.
Я с недовольством поднялся с топчана и передал меч своей воспитаннице.
— Закончи с кромкой и отполируй, — дал я указание эльфийке.
— Эй! — взвилась девушка, бросая клинок на кровать рядом с собой. — Так нечестно!
— Ты сегодня свою саблю в ход не пускала, так что займись моим мечом, — отрезал я.
  
Ирнар подхватил мой плащ и заботливо помог набросить его на плечи.
— Владыка, если хотите, я могу заняться вашим клинком… — внезапно предложил лейтенант.
Я внимательно посмотрел на эльфа. Я никому не позволял прикасаться к моему древнему оружию. Никому, кроме несносной девчонки, что взял на воспитание по приказу Нильф. Но Ирнар был моим фактическим учеником, и неплохо показал себя в бою сегодня. Уверенное колдовство, четкое командование. Мне определенно не было стыдно за действия молодого лейтенанта, а другие наставники и вовсе могли бы с гордостью говорить о достижениях Ирнара. Достоин ли эльф того, чтобы я доверил ему уход за моим оружием?..