Туманная техномагия (СИ)

— Хорошая, понятливая самка! Постараюсь убить тебя быстро…
Вставший на дыбы паук прыгнул на стоявшую смирно перед ним девушку, стремясь подмять её всей своей тушей. Вот только её на том месте не оказалось. Резко взмыв прыжком вертикально вверх на несколько метров, она обрушилась на спину приземлившегося паука. Ножницами мелькнули клинки, и голова старого арахнида покатилась по земле. Обезглавленное тело судорожно задрожало и закачалось на ослабевших лапах, с гулким шелестом оседая на землю.
На несколько мгновений в лесу наступила полная тишина. Ни звука ветра, ни малейшего скрипа или шороха хитина множества мелких пауков в округе. Казалось, сам мир замер в шоке от бесславной гибели гиганта.
Неплохая такая вышла драка. Не полноценный морской бой, конечно, но, тем не менее... Астория приветственно отсалютовала наблюдавшим за ней шокированным паучкам, чем вызвала у тех просто вспышку бешенства, и отмерший мир ринулся на неё силами оставшихся в живых членистоногих.
Спустя несколько минут бешеной мясо… лапо… тело… и прочей рубки, нападавшие закончились. В живых остались лишь несколько экземпляров, сообразивших слинять подальше, чем продемонстрировали неплохую соображалку. Ведь она не нанималась гоняться за всеми пауками по лесу. Брезгливо стряхнув с себя энергетическим всплеском налипшие ошмётки тел и брызги крови пауков, одновременно деактивируя неплохо послужившие ей клинки, Астория закрутила головой, проводя ориентацию на местности. Ей ещё предстояло вернуться в Хогсмид, и желательно до того момента, как мадам Розмерта начнёт волноваться и её начнут искать.
А это ещё что? В лесу слышался приближающийся треск кустов и гулкие, тяжёлые нечеловеческие шаги.
— Ей, Арагог! Я тебе мясного бульончика принёс! Как ты любишь…
На поляну, выглядевшую, как филиал безумной скотобойни, из лесу вышел настоящий бородатый великан более десяти футов росту, держащий в руках весьма солидный медный котёл. Вышел и ошеломлённо замер, озирая заваленное трупами арахнидов пространство. Шальной блуждающий взгляд великана остановился на теле, видимо, пресловутого Арагога, продолжавшего возвышаться над окрестностями этаким холмом и на аккуратной стройной девичьей фигурке рядом.
— А…А… Ар-ра-а-а-ГО-О-ОГ!!!
В руках Астории вновь беззвучно активировались убранные ранее клинки.
 Глава 8. Проблемы Альбуса 
Шагая по коридору Хогвартса к своему кабинету, Дамблдор с силой сжимал кулаки, давая таким образом выход бессильной ярости. В последнее время всё шло как-то кувырком, ему катастрофически не хватало времени всё и всех контролировать. Началось с появления недобитков пожирателей на финальном матче по квиддичу: с одной стороны, это несколько укрепило его позиции в магической Британии, но с другой — сильно ослабило на международной арене. Даже стали раздаваться голоса, призывающие провести планируемый Турнир Трёх волшебников не в Хогвартсе, а в другой школе. А отпускать кого-либо из учащихся Хогвартса, да и оставлять остров без своего надзора почти на год… Это было абсолютно недопустимо. Сколько пришлось приложить сил для урегулирования этого вопроса и заверений, что всё будет на самом высшем уровне. Об этом даже вспоминать неохота.
Затем ему, вроде, улыбнулась удача. Видящая. Настоящая. Не обученная, ничья Видящая. Даже её неудачное, начавшееся с конфликта, знакомство с Минервой удалось обернуть в свою пользу. Да, пришлось потратить целый день и с улыбкой терпеть её глупые женские капризы, но, в перспективе, это того стоило. Удалось даже уговорить её поселиться в «Трёх мётлах» под присмотром Розмерты. Лучше было, конечно, сразу поселить в Хогвартсе, но это бы привлекло ненужное внимание и вызвало множество неудобных вопросов, отвечать на которые не сильно-то хотелось. И на тебе…
Никому нельзя доверять. Стоило только отлучиться из Хогвартса по делам на день, как всё пошло наперекосяк. Видящей быстро надоело сидеть на одном месте и она, сдуру видимо, зачем-то попёрлась в Запретный лес, а Розмерта даже не удосужилась поинтересоваться «куда идёшь?».
 
Теперь акромантулы. Что они забыли на окраине леса? Вроде и неплохо, что всё окончилось «хорошо», хотя трудно сказать наверняка. Эту молодую пигалицу умудрились загнать аж до логова Арагога, где та устроила сущую бойню, причём без малейших следов использования магии. А ведь справиться даже с одиночным взрослым акромантулом не всякому волшебнику под силу. А тут… Загадка. Он даже на мгновение не допустил мысли, что девушка справилась собственными силами, слишком хорошо ему была известна опасность акромантулов, а тут целая стая, да ещё во главе с Арагогом. Значит, это был, скорее всего, какой-то артефакт. Надо будет подобрать подходящий момент и попросить его для изучения. Возможно, и выйдет придержать у себя насовсем, как вышло с мантией Поттеров. Жаль, что ту пришлось вернуть Гарри ради тактической выгоды, но так было надо.
Затем Хагрид… Дамблдор чуть не сплюнул с досады на гранитный пол коридора. Он вполне отдавал себе отчёт, что тот не отличался особым умом, наследие великанов давало о себе знать. Но, главное — верность. Слепая верность Хагрида была важнейшим его достоинством, позволяя закрывать глаза на множество других недостатков. В том числе и на любовь к различным весьма опасным «милым зверушкам». Да, Дамблдор был в курсе о Арагоге и о потенциальной опасности такого соседства. Но поддался на заверения Хагрида, что тот и его племя для учащихся Хогвартса не опасны, хотя и был тревожный звоночек с Гарри на втором курсе. Да и заманчиво было иметь под рукой такую, пускай и условно подконтрольную, силу. Тогда всё повисло на волоске, пострадал даже сам Хагрид, проведя какое-то время в Азкабане. Но этот урок абсолютно не добавил тому ума. Хотя, как посетовал про себя волшебник, уже тогда следовало под шумок перебить колонию пауков, апеллируя к безопасности школы и зарабатывая себе репутацию у рядовых обывателей Британии. Поплакался бы Хагрид какое-то время, да и успокоился. Расслабился, старый дурень, решил, что раз тогда обошлось, то и ладно. А в этот раз не обошлось.
Паника, которую поднял Хагрид в Хогсмиде, примчавшийся с воплями, что в лесу находится и гонится за ним жуткий убийца, мгновенно выплеснулась за пределы деревушки. Там хорошо знали Хагрида и о его «добрососедстве» с очень многими опасными тварями Запретного леса, и если тот кричит в панике об убийце, то… Примчавшийся на вызов тревожный отряд авроров, вначале долго не мог вычленить из сбивчивой речи полувеликана, что именно произошло. Кто и кого зверски убил? Какой такой «совершенно безобидный» Арагог? Как в это время из лесу выбралась приотставшая Астория, увидев которую, Хагрид немедленно атаковал, выдернув из земли ближайший фонарный столб, ни капельки не сомневаясь в том, что авроры его немедленно поддержат. На какое-то время началась полная неразбериха. Никто не мог понять в чём дело. Асторию местные жители уже немного знали, как знали и Хагрида, и никто не мог понять, что именно здесь происходит. Аврорам пришлось скрутить заклинаниями великана, который не на шутку размахался выдранным столбом, угрожая больше другим людям, чем легко уворачивающийся от ударов девушке.
При последовавшем разбирательстве, роли «героя» и «жертвы» быстро поменялись местами.
Девушка абсолютно спокойно, будто и не её пытались только что зашибить насмерть, рассказала всем о том, как она отправилась прогуляться по лесу. Как её атаковали и загнали в своё логово гигантские пауки. Как она изо всех сил сражаясь за свою жизнь сумела уничтожить предводителя паучьей стаи. И как уже в самом конце появился означенный Хагрид с целью подкормить главного паука. И как он трусливо сбежал, поняв, что там произошло, а ей пришлось спешить по его следу, дабы защитить добрых жителей деревни от злобного гиганта, жаль только, она немного опоздала. Хорошо, что доблестные защитники деревни справились своими силами и без неё.
От такой противоречивой подачи информации у авроров ум за разум стал заходить… И они, не придумав ничего лучшего, вызвали Амелию Боунс, спихнув на начальство решение этой проблемы. Та, выслушав бессвязные вопли связанного Хагрида и очередные спокойные пояснения Астории, недолго думая, лично возглавила отряд авроров, попросив девушку показать её путь в лесу, правда, потребовав у неё при этом сдать палочку, на что та без колебаний согласилась.