Тяжелое падение (ЛП)

— Меня, — говорит она, улыбаясь.
Папа колеблется, он не из тех, кто поддаётся на уговоры незваного гостя, который даже не является членом семьи, и никогда особо не любил Мэдисон.
— Я не знаю... Ты можешь гарантировать, что уговоришь Холлис присутствовать?
— Нет! — говорю одними губами, отходя от телефона и судорожно скрещивая руки на груди. Я не хочу присутствовать!
Моё нытьё и жесты не помогают.
  
— Конечно, могу, Томас. Предоставьте это мне. — Судя по выражению его лица, от него не ускользнуло, что она только что использовала его имя, а не назвала мистером Уэстбруком — нарушение этикета, которое он не скоро забудет. Старомодный. Чопорный. Заносчивый. Вот лишь несколько слов, характеризующих моего отца.
— Пап, это очень мило с твоей стороны, но я, правда...
Мэдисон притягивает меня к себе, прикрывая телефон правой рукой.
— Ты идёшь, мы идём. Не разрушай это для меня. Я одинока, чёрт возьми! Ты тоже, а там будут одинокие парни.
Она что, спятила? Собирается пойти на благотворительный вечер для серьёзной правозащитной организации, чтобы подцепить парня? Я не могу с ней согласиться.
Я сопротивляюсь, хотя знаю, что это бессмысленно — Мэдисон выиграет этот спор, как всегда, потому что у меня нет никаких дел в эти выходные, и она это знает, и собирается вытащить меня туда, хочу я этого или нет.
— Знаешь, кто там будет? Марлон. Он участвует во всех этих долбанных мероприятиях, потому что любит целовать задницы, — шиплю я. — Не хочу столкнуться с ним.
— Не будь такой трусихой, — шипит она в ответ. — Соберись, тряпка! В какой-то момент тебе придётся увидеться с этим куском дерьма, и разве ты не предпочла бы, чтобы я была рядом, когда это случиться?
— Нет! Боже, нет, ты сделаешь только хуже. Мне не нужно, чтобы ты прилюдно выколола ему глаза вилкой.
— По крайней мере, я не проткну его член.
Звук прочищающегося горла заставляет нас обеих посмотреть на мой телефон и на ярко-красное лицо отца.
— Вот дерьмо. — Мэдисон смеётся.
Вот уж точно.
— Я всё ещё здесь, — мрачно произносит отец. Невесело. Не впечатлено.
— Твой папа такой горячий, — произносит Мэдисон одними губами.
Я могу убить её.
— Пришлите билеты, сэр. Мы идём на этот благотворительный вечер.
Иногда я ненавижу свою лучшую подругу.
  
ГЛАВА 3
 
Трейс
Многое можно сказать о привлекательности.
Мне ли не знать, ведь я красив.
Я не могу контролировать то, как выглядит моё лицо, — не моя вина, что я так чертовски хорошо выгляжу. По крайней мере, так мне всегда говорила мама, когда я рос. С другой стороны, она говорила то же самое моему брату, а он и вполовину не такой красавчик, как я.
Я останавливаю машину и паркуюсь, чтобы мой засранец-брат мог забраться внутрь. Он любит ездить вместе со мной к нашим родителям. Не знаю, почему. Полагаю, потому что он скупой сукин сын и любит экономить на бензине.
Трипп зарабатывает больше меня почти в два раза и уж точно может позволить себе четверть бака топлива, чтобы добраться до мамы, но разве он когда-нибудь добровольно садится за руль? Нет, блядь.
— Залезай, сучонок, мы едем за покупками, — говорю ему, когда он втискивает своё огромное тело в мой роскошный спортивный автомобиль. Это была моя первая глупая покупка после подписания контракта с «Чикаго Стим», но не последняя. Машина. Дом. Бриллиантовые часы сверкают на моём запястье, отбрасывая блики по всему салону машины.
— Шопинг? Я думал, мы едем к маме и папе, — замечает Трипп, пристёгиваясь, так как не доверяет моему вождению. Этот парень — один из худших пассажиров на планете. Такой ворчун.
— Мы едем к маме и папе. Перестань быть таким буквальным — я просто пошутил.
Не такой красивый и не такой умный — мой брат не считает смешным ничего из того, что я говорю, а ведь я — уморительный, спросите любого.
— А Тру будет там? — спрашивает Трипп о нашей младшей сестре, ёрзая на сиденье машины, в которой, по правде говоря, никто из нас не помещается с комфортом. Слишком высокие, слишком широкие, слишком большие для этого компактного спортивного автомобиля.
— Нет, мама сказала, что у неё какие-то дела. Собирает вещи, чтобы уехать за город, или что-то в этом роде.
Наша сестра тоже работает в спортивной сфере, младшим агентом в управляющей компании, и проводит много времени в рекрутинговых поездках со скаутами. Сейчас в университете идёт бейсбольный сезон, и мы не виделись с Тру уже несколько недель.
— Пожалуй, нам стоит попозже позвонить ей по FaceTime и убедиться, что она жива. — Несмотря на всё своё ворчание и нытьё в наш адрес, Трипп просто обязан знать, чем мы постоянно занимаемся. Он даже ненамного старше нас, у нас троих разница всего в год. Бум, бум, бум, наши родители забабахали нас в течение четырёх лет.
— Я бы не беспокоился о Тру. Она может о себе позаботиться.
Трипп бурчит. Раздражённо скрещивает руки на груди, потому что я с ним не согласился. Смотрит в окно.
— Можешь убедиться, что ты останавливаешься на всех перекрёстках? В прошлый раз ты чуть не довёл меня до сердечного приступа.
Мы ездим к родителям почти каждую неделю, если находимся рядом и не играем в мяч. На самом деле, каждый из нас только что закончил работу.
Я играю в бейсбол, Трипп — в футбол, и мы вместе купили дом нашим родителям. Этот ублюдок на пассажирском сиденье пытался заплатить за всё сам. Но я узнал и вклинился — ни за что не позволил бы ему важничать до конца жизни. О, и купил каждому из них новые машины. Потом этот придурок купил им милый коттедж у озера, ну а я — джип для поездок в коттедж.
Список можно продолжать до бесконечности — не то, чтобы мы соперничали.
Просто я лучше. Трипп просто не хочет этого признавать.
Я разглядываю своё отражение в зеркале заднего вида и одновременно поправляю само зеркало.
Подъезжая к перекрёстку, о котором он вдруг так обеспокоился, разгоняю двигатель, слушая, как мотор гудит и мурлычет — как моя последняя пассия, когда я заставил её кончить.
Эта мысль заставляет меня усмехнуться, когда проезжаю знак «Стоп», чтобы позлить брата, и это происходит, как я и предполагал.
— Что я тебе, блядь, говорил, чувак! Однажды тебя остановят, и твоя популярность тебя не спасёт.
— Ха! — смеюсь я. — Ты сказал: «кончить2».
Он свирепо смотрит, вцепившись в ручку над окном.
— Ты идиот.
— Сам такой.
— Сам такой.
— Я только что сказал это — ты не можешь этого говорить.
— Заставь меня, — бормочет Трипп, глядя в окно и крепче вцепившись в ручку.
Да, мы спорим, как будто нам по двенадцать лет. Ну и что?
Я бросаю на него косой взгляд и сбрасываю скорость, чтобы успокоить его.
— Ты же на самом деле не боишься, что мы погибнем из-за меня? — По правде говоря, меня никогда не останавливали за превышение скорости или нарушение каких-либо законов. Нарушал ли я их? Да, но это были лишь незначительные нарушения. В любом случае, я бы никогда не сделал ничего противозаконного. Не специально. И по правде говоря, я добросовестный водитель — правда, не тогда, когда в машине Трипп. Его слишком легко подколоть.
— Просто смотри, куда едешь. — Не глядя на меня, произнес брат.
— Может, не будешь учить меня водить, если не собираешься делать это сам?
— Я твой гость, — отрезает он, всё ещё глядя в окно.
— Ты заноза в заднице, вот кто ты.
В отражении стекла я замечаю, как он закатывает глаза, и нажимаю на тормоз, отчего Трипп резко подаётся вперёд.
  
Я хихикаю.
Ха!
Слишком легко.
— Прекрати! — Его раздражение ощутимо.
— Тогда перестань меня игнорировать, и мне не придётся умолять тебя о внимании. — Мои глаза прикованы к дороге передо мной, хотя мне нравится делать вид, что я почти не обращаю внимания.