Хозяйка хищной космической оранжереи (СИ)
— Они ищут то, что мы забрали у тех бедолаг. Покойнички-то свежачки были. Даже разбухнуть не успели. Так что забудут о них еще не скоро, — ответил он нехотя.
— И что мы будем делать? — мой голос дрогнул.
— То, зачем приехали сюда — собирать цветы, — он жестко усмехнулся.
— А если они догадаются, что это мы ну, нашли тех… — мой язык заплетался.
— Пети, для начала им нужно самим их отыскать. Затем по каким-то признакам выйти на нас. Напомню, что на стоянке еще как минимум десять туристических групп. Так что копай цветочки, радость моя, и улыбайся так, словно и не было ничего.
Я кивнула и призадумалась:
— Лукер, но там остался обгоревший стебель адалии и следы наших лопат.
— Петуния, за нашими спинами буря, явно с ливнями и шквальным ветром. Много чего там на утро останется на том холме? — Лукер сильнее сжал мою ладонь. — Живой гербарий — это все, что должно тебя заботить.
Выдохнув, я умолкла. Гроза действительно нас догоняла.
Налетевшие порывы ветра раскачивали могучие кроны и тревожили насекомых. Те, чувствуя приближение урагана, медленно опускались на землю и прятались под широкими листьями травы.
Наконец, не доезжая совсем немного до наших лагерей, Лукер приземлил катер. Открыл окно, пригласил остальных перебраться к нам. Ребята очень уж быстренько запрыгнули на заднее сидение и оскалились, зазывая девочек на коленочки.
— Ухари, — усмехнувшись, я наблюдала, как близняшки мнутся. Но, видимо, желание узнать, что мы там за камни добыли и кто были эти синемордые, пересилили, и они приняли приглашение.
Забравшись в катер, они, конечно, постарались втиснуться между сакали, но в итоге все равно оказались сидеть на них сверху.
— Что вы нашли, орш, не томи, — проворчала Лалу, отклеивая руку Дупела со своего бедра.
— Нашли то, за что и убить могут, — Лукер юлить не стал. — Все пока остается у нас. Нигде и никому вы ничего не говорите. Рот на замок. Я ясно выражаюсь?
— А где гарантия, что вы нас не кинете? — она недоверчиво покосилась почему-то на меня.
— А где гарантия, что я тебя за эти камни не пристрелю, девочка? — Лукер усмехнулся.
Она как-то резко выпрямилась и повернулась на сестру. Лоли и вовсе втянула голову в плечи.
— Одна шестая камней каждой из вас, — голос орша звучал пугающе. — Все получите, как только выберемся отсюда. Все, что от вас требуется, просто забыть, что было сегодня.
— Но что это за камни? — пропищала испуганно Лоли.
— Алмазы, красивая, — Мити, не теряясь, приобнял ее, прижимая к себе. — А те дяди на скрибайках — черные копатели, которых, кажется, обворовали свои же. Сечешь?
— И одна шестая — это много? — Лалу взглянула на Дупела.
— Очень, — улыбнулся он, поглаживая ее бедро.
Глава 54
В лагерях царило странное спокойствие. Посередине дороги, разделяющей палатки, красовалась взбешенная Соели. Она внимательно следила за нашим приближением, и стоило катеру близняшек приземлиться, как кендалийка поспешила засунуть свой нос в их багажник. Она внимательно осматривала контейнеры с новыми постояльцами, оценивая их.
— Есть, что значимое? — это первое, что она спросила у Лалу, как только та открыла водительскую дверь.
— Ничего такого, — как-то зажато промямлила близняшка. — Хорошие цветы, но чтобы прямо стоящие… нет.
Я самодовольно нос задрала, знала ведь, есть действительно отличные экземпляры, но не в их багажнике. Взявшись за ручку, чтобы выйти, почувствовала, что Лукер поймал меня за запястье и потянул обратно, при этом Дупел еще и зашипел на меня, чтобы шума не создавала. Замерев, я покосилась на орша. Он наблюдал за Соели, внимательно слушал их диалог.
По мне — пустые слова, но, видимо, я опять что-то не уловила.
— А, может, видели что любопытное? — Соели принялась ковыряться в багажнике девчонок.
— Нет, в сторону болота катались. Там только это, — продолжала откровенно врать Лалу.
— Остальному, видимо, не сезон, — с другой стороны катера появилась Лолу. — Они тоже время выбрали, когда практически ничего не цветет и семена не раздобудешь…
Услышав это, Соели и вовсе расцвела, как майский веник. Довольная такая сделалась. Да что там, почти счастливая.
— Вот же шурших корабельный, — процедил Мити. — Вы сейчас то же самое поняли или нет?
— Я ничего не поняла, — проворчала, переводя взгляд с одного мужчины на второго и третьего.
— Тебе и не надо, — Лукер цокнул. — Хитрая тварь, но не хитрее нас. Что-то Риме не видно. Не к добру.
— Раз Соели жива, то и он в норме, — выдохнула я и все же выбралась из катера, тем более что Соели соизволила удалиться в палатку.
Хрон наш обнаружился на полевой кухне. Сидел там над котелком довольный… Разве что не светился.
— Пакость сделал? — прищурилась я.
Кивнул и оскалился.
— Рассказывай, — за моей спиной появился Лукер.
За ним пришли и Сакали.
— Мне все этот утренний москит покоя не давал, — Риме хитро прищурился. — И я обшарил всю душевую, нервируя нашу важную соседку. Она там траншею ногами вытоптала, наблюдая за мной.
— И что? — Лукер прошел вперед и, достав чистую чищеную морковь, откусил от нее. — Нашел что любопытное?
— Сначала нет, и даже почти поверил, что случайность все, если бы не волнение и страх этой стервы…
— Риме, хватит тянуть кота за яйки, — не выдержала я. — Говори уже.
— В нетерпении ты бываешь такой горячей, — усмехнулся хрон.
— Сейчас как тресну, — прошипела я.
— А я добавлю, — Лукер прищурился.
— Ну, напрягите мозги, — вредничал Риме.
— Не запах и не цвет. Звук бы вы уловили, — поддался на провокацию Мити. — Но здесь полно народу. Она все же могла пройти там незамеченной тобой.
— Нет… Риме бы ее уловил, — вмешался Дупел, — а вот ее рогатых — нет. Они же эмоционально пусты. Ну что возьмешь с вышибал из клуба? Там что мозгов, что чувств… Ноль. Так что выходит, что приманили насекомое на то, что не ощущаем мы.
— И наживка была точечной. Завлечь под полотенце. Чтобы насекомое забралось под него по стене, — кивнул Лукер, и уголок его рта зло изогнулся. — Сладкая дорожка на панели. Они обмазали ее какой-то дрянью.
— Да, — Риме уважительно кивнул. — Что-то липкое. Я отмыл и чуть повредил навесы на двери в душевую. Будет слышно, как её открывают, всем на этой стоянке. И через денек я устрою Соели такое же свидание, только она бдительность потеряет. Ненавижу богатеек.
* * *Поев, я быстро приняла душ и перебежкой добралась до нашей с Лукером палатки. Разувшись, влезла на спальный мешок и выглянула наружу. Буря только набирала обороты. Меня тревожило что-то, но я не могла сообразить, что не так. Уставившись на лагерь Соели, разглядела в катере рогатых. Во втором — саму стервозную главнючку. А близняшки, они сидели внутри кое-как установленной палатки.
— И ты за них переживаешь? — Лукер появился за моей спиной незаметно. Я даже не услышала его шагов.
— Если честно, то да, — призналась скорее сама себе. — Нет, я понимаю, что победа для меня очень важна. Это мое будущее. Ступенька в карьере, но… Мне их почему-то безумно жалко. Они же нормальные, барахтаются, пытаются карабкаться наверх к лучшему. Лукер, да я сегодня впервые поняла, что кто-то жил еще хуже, чем мы на Церере. И… Да, я волнуюсь за них. В той палатке наверняка холодно…
— А как же, и холодно, и голодно, — Лукер зло цыкнул. — И грязные они. Я передумал помогать им за так и отключил подачу воды после того, как мы все ополоснулись, так что они остались за бортом. И Мити с Дупелом строго запретил им сейчас помогать, только если будет прямая угроза жизни…
— Но… — я открыла рот, не ожидая от него такой жестокости.
— А пусть хапнут там страха и поймут, что Соели на них положить. Смотрят на наши палатки и трясутся от холода, зная, что здесь и тепло, и сытно. Главное, чтобы парни не сломались и не побежали их выручать.
— Наши сакали и правда влюбились? — Обернувшись, я взглянула на него.