Хозяйка хищной космической оранжереи (СИ)

Я села на земляной пол и тяжело вздохнула.
На самом деле, главная проблема была не в том, кто наши вещи, согласно бумагам, по джунглям таскать будет.
Корабль! Лукер дар орш Ор. Это та еще заноза в моей заднице. Вредный. Несговорчивый.
Шалопай озабоченный!
Я хорошо помнила, как в день нашего прилета на Залфа он захлопнул двери, усевшись на водительское сиденье, не дав мне сесть. Просто заблокировал изнутри, а я, как дурочка, дергала ручку. Когда как моя сестра-двойняшка уже была в салоне катера.
  
Как же обидно мне было в тот момент. Словно за второй сорт посчитали. И как бы он потом ни делал большие глаза, уверяя, что все вышло случайно — не верила!
Парни постоянно меня разыгрывали и отшивали, чтобы остаться наедине с моей красоткой сестрой. Но в этот раз действительно задело за живое. Я еще познакомиться с ним не успела, а меня уже слили в разряд «утиль».
И теперь как-то надо на Лукера надавить, чтобы вынудить отвести на нужную планету.
Денег у меня не было, да и не взял бы. Камелию к нему подослать? Хм-м-м. Что-то подсказывало: третий размер груди сестры, выглядывающий из наполовину расстегнутой блузочки, не справится. Не потому, что этот бабник не оценит, просто Камелия мало мотивирована в этом вопросе.
Может, маму попросить с ним поговорить?
Я улыбнулась. А что? Он брат мужей моих сестер, она дважды им теща… Авторитет!
Еще какой!
Я щелкнула языком. Ну и подумаешь, нет у меня обаяния сестренок, зато я умная. А это тоже чего-то да стоило.
Прищурившись, я нажала кнопку автоматического полива стеллажей с рассадой и взвизгнула оттого, что струя холодной воды окатила меня, такую умницу, с ног до головы.
— А, да, — раздался веселый голос из соседнего помещения, — профессор Тримашка настойчиво попросил проверить соединения шлангов.
В проеме появилась довольная мордашка третьекурсника, кажется, из инженеров. Рогатый, что олень, фавн осмотрел меня с ног до головы и облизнулся.
— Петуния, а ты на свидание сходить не хочешь?
Открыв рот, я уставилась сначала на мокрую футболку, облепляющую мои женские прелести, а после — на этого… сохатого.
Ему конец!
— То есть ты, лось рогатый, знал, что шланги разъединены, и не сказал мне? — Я поднялась и взяла широкую лопату в руки. — Свидание? А тебе девушки из группы фельдшерского дела, случайно, не нравятся? Сейчас я тебе устрою с ними знакомство. Отлюбят они тебя уколами и системами. Перевязки на тебе поучатся делать!
— Войнич? Ты чего? — он схватился за свои ветвистые рога, видимо, как за самое дорогое.
— Да забыл я! Честно забыл, пока ты полив не включила. Ну ладно тебе… Петуния, ты же такая милая… почти всегда…
Я двинулась на него. Завизжав как девчонка, он ринулся на выход из пятой теплицы. Я с лопатой за ним. Потому как такое отношение к себе спускать ну никак нельзя.
Но как он бежал, а… Олень — животное гордое. Наш забег сопровождался бурными эмоциями окружающих.
Наверное, и я с лопатой смотрелась эпично. Но! У меня была репутация суровой учёной девы, и никто не смел обливать меня вместо куста.
— Войнич, уймись! — верещало это дитя лесов и гор. — Да я специально умолчал. Да интересно же, что у тебя под этими мешковатыми футболками. — Он влез на высокую разгрузочную платформу и проорал оттуда. — Зато теперь все знают, какая ты. Ну… — он на себе показал все мои выпуклости спереди и сзади.
— Не поняла, — из первой теплицы вывалили девчонки из нашей группы. — Пети, это он тебя специально?
Наша староста указала на мои мокрые вещи:
— Не сказал о поломке и ждал, пока я врублю полив, — сдала я сохатого.
— А ну-ка, дай-ка, — огромная, что шкаф, оршанка взяла у меня лопату. — Что, Олянис, девушек не уважаем, да? На романтику растащило? Я тебе ещё наше свидание сейчас припомню. А ну, девочки, окружаем его!
Вот за что я любила нашу милую группу увлеченных ботаничек. Сплочённость и целеустремлённость. Чувство собственного достоинства и способность дать отпор.
Прямо гордость взяла, когда Олянис летел, петляя, через весь ботанический сад, как рогатый заяц, и цепляясь за низкие ветки деревьев.
Красота!
Вывалив на улицу, мы проследили за его стремительно удаляющейся в сторону общажных корпусов фигурой.
— И так будет с каждым, — усмехнулась Лойза и взглянула на меня. — Это не тебя ли там мои сородичи ждут?
Смекнув, что сородичами она называет всех оршей, я обернулась на дорогу. Там у легкого пассажирского катерка стоял Маэр, второй по старшинству брат мужей моих сестёр.
— Ага, — я кивнула, — домой пора.
— Войнич, а вот что такого хорошего нужно сделать, чтобы оказаться в одной семье с такими красавчиками и при этом не быть им кровной родственницей? — спросили за моей спиной.
— Ну, как минимум, иметь трёх сестёр-красоток, — я хохотнула. — Приходите в гости, мама как раз ищет всем невест.
— Да толку, — протянула Стема. — Я месяц таскалась. Маэр этот как болванка бесчувственная, глазки сломались об него. Кирроси вообще согласен осчастливить всех, но главное — не жениться.
— Ага, а лучше, чтобы разок в катере, а после и имя забыл.
— Гад! — рявкнули они дружно.
— А Лукер…
— А вот здесь молчите, — я махнула рукой. — Не надо о больном.
Они захохотали.
— Но всё равно жду всех в гости, у нас там и путёвые парни имеются, — добавила и направилась к Маэру, пытаясь отлепить от кожи мокрую футболку.
Хлопнула дверца катерка, и показался… Да, Лукер.
Я приостановилась, но деваться было некуда. И ведь сидел там, не выдавал себя. Знал, что я с ним никогда не полечу домой.
— Гад, — процедила и всё же пошла к родне. Тем более что на переднем сидении уже расположилась Камелия.
  
Глава 4
 
Пока передвигала ногами, все не могла не таращиться на младшего из оршей.
Лукер…
Мой самый большой раздражитель. Я не могла даже спокойно сидеть с ним во время ужина за одним столом. Кусок в горло не лез.
А он… А он, наоборот, вечно маячил возле меня, словно нарочно развлекаясь.
Даже сейчас, вместо того чтобы просто сидеть в катере, нет, он вылез, демонстрируя себя. Еще и руки сложил на капот. И таращится так на меня… Вернее на мою… грудь!
Моргнув, я приподняла бровь и снова взглянула на свою футболку. Ох ты ж, меня же водой за день окатило дважды! И…
А-р-р, я принялась отлеплять мокрую ткань от кожи. Оно же мало того что все демонстрировало, так еще и просвечивало немного.
Вот пакость, а!
А этот таращится. Сравнивает, наверное.
Конечно, куда мне с моим вторым против третьего Камелии. Не уродилась. Капусты в детстве мало ела!
— Сестричка, это как же тебя так? — Маэр при виде меня запустил руку в короткие темные волосы. Его теплые светло-карие глаза излучали веселье. — Кто-то с цветочком спутал или какая-нибудь кувшинка плотоядная шланги засосала?
— Нет, — рыкнула я недовольно. — Рогатый ухарь развлекся. На свиданку решил позвать, а заодно проверить, стоит ли мой размер груди того или нет.
— Это вот который сейчас убегал? — Лукер недобро прищурился.
Я фыркнула. Сегодня он собрал свои темно-русые волосы в низкий хвостик, который так отвратительно ему шел. Нет, его легко можно было назвать привлекательным… Ладно, он был красавчиком. С короткой бородкой, которую периодически сбривал. Да и глаза… Зеленые на фоне черных белков…
Типичные оршские глаза, — одернула я себя. — Не на что смотреть. Глаза бабника озабоченного, только и всего!
— Ты поэтому такая злая, Пети? — Маэр, как и Лукер, провел взглядом в сторону общежитий. — Если нужна помощь, скажи. Мы этому рогатому объясним, что хороших девочек трогать не нужно.
  
— Ой, да ладно вам, — обойдя катер, я цокнула.
Ками сидела на переднем сидении и смотрела видео. Явно оценивала тренировки своих учениц, а значит, она сейчас мыслями далеко отсюда.
Пришлось садиться на заднее сидение.
Закрыв дверь, я сразу повернулась к окну. Правда, не помогло. Момент, когда Лукер разместился рядом, ощутила остро. Еще бы. Он такой же здоровый, как братья. Я, как самая низенькая в семье, им всем разве что в пуп не дышала. В прыжке до подбородка.