Князь Беркутов-Туманный (СИ)
Сотрудников СБ Бехтеевых я бы в род не принял ни за что на свете — группа быстрого реагирования подлетела к нам на пятьдесят второй секунде с момента нашего проникновения в охраняемую зону. Да, «зато» узнали, да, по моей просьбе разбудили Геннадия Романовича, и да, проводили к «Эскорту», но неприятное послевкусие осталось. Впрочем, действовало на нервы только до тех пор, пока я не открыл машину, не закинул внутрь рюкзак, не достал из сейфа электронику и не набрал Иру. А потом в трубке раздался ее «сонный» голос, и мне стало не до мелочей:
— Привет, солнце. Мы вышли. Что у вас?
— В общем и целом, все путем: живем в рекомендованном режиме и ждем вас. А в частностях чувствуем левые шевеления. Но об этом поговорим тет-а-тет, ладно?
Я облегченно перевел дух, сдвинулся в сторону, пропустил в минивэн всех трех дам и задал Кукле еще один важный вопрос:
— Отделение Ульяны вернулось?
— А как же.
— Отлично. Тогда скажи, пожалуйста, где сейчас «Антей».
— На авиабазе под Ясногорском. Тоже ждет. В общем, загоняй девчат в машину, прощайся с Бехтеевыми и рули туда.
— Как попрощаюсь, так порулю… — пообещал я, незаметно вложил в уши обе гарнитуры, услышал голос Геннадия Романовича и развернулся к нему.
Воздушник, успевший отправить СБ-шников погулять, подошел ко мне, пожал протянутую руку, поздоровался и перешел к делу:
— Игнат Данилович, рад, что вы благополучно вернулись: последние дней семь-восемь по ночам по Еланке мотаются два катера на воздушной подушке, прячущиеся под высокоранговыми артефактами иллюзий. Где базируются, не знаю — засек один из них совершенно случайно. Зато перегородил реку леской, и теперь могу с уверенностью утверждать, что, судя по длительности рейсов, эти посудины мотаются к дальнему берегу Мрачного. А сейчас, в общем-то, не сезон, и в Пятно ходите только вы да парни из спецотдела. Выводы, мягко выражаясь, не радуют — кто-то закидывает на западный берег озера поисковые группы, а они ищут либо вас, либо вашу тренировочную заимку.
— Эти группы — не поисковые… — криво усмехнулся я. — В той, которую мы увидели, было десять человек. Если верить моей чуйке, то от четвертого ранга и выше. А охотиться в таком составе на зверье седьмого ранга — полный и законченный идиотизм.
— Ну да…
— Поэтому я чуть скорректировал планы и устроил воспитаннице марш-бросок до нулевки.
— И… как? — осторожно спросил он, представив, как сложно было проделать такой путь пешком.
— Восемнадцать суток пребывания в Пятне выдержит не каждый. А она все это время добросовестно тренировалась. И заслужила наше уважение.
— Жесткие у вас рейды… — пробормотал Бехтеев, вспомнил о вежестве и пригласил нас то ли на очень поздний ужин, то ли на очень ранний завтрак, но я отказался, дав понять, что хочу добраться до военной базы до того, как слух о моем возвращении из Пятна дойдет до «охотников». Потом спросил, когда вскроется Еланка, выслушал ответ, посоветовал некоторое время не брать заказы на доставку, пожелал всего хорошего и забрался за руль…
…До авиабазы добрались без каких-либо эксцессов, без проблем попали на охраняемую территорию, следом за машиной-лидером доехали до «Антея», прогревавшего движки, закатились по опущенной рампе в десантный отсек, поздоровались с экипажем и сразу после взлета транспортника отключились.
Проснулись от перепада давления при снижении и немного поскучали. А от силы через полчаса вырулили из самолета на бетонку, доехали до ангара и пересели из «Эскорта» в «Орлан». Там потискали Иришку, нехотя попадали в кресла, выглянули в иллюминаторы и, не сговариваясь, почти одновременно опустили непрозрачные шторки: тут, под Новомосковском, валил снег, и о скорой весне не напоминало ровным счетом ничего, а этого времени года нам за глаза хватило в Пятне.
— Ну да: погодка у нас не очень… — вздохнули динамики голосом Куклы. — И пусть синоптики клятвенно обещают, что с понедельника или вторника начнется потепление, мне хочется в Бухту — там, между нами говоря, не минус четырнадцать, сплошная облачность и снег, а плюс двенадцать, солнце и море!
— Если все сложится нормально, то улетим туда числа четвертого-пятого! — пообещал я и сменил тему беседы: — Но радоваться теплу, солнцу и морю еще рано — в данный момент тебе стоит поздравить Полину: она взяла шестой ранг!
— Так, стоп! Я не ослышалась⁈
— Неа: именно шестой! — гордо ответила младшенькая.
Ира рассыпалась в поздравлениях, а Дайна потребовала ее обновить и рассказать «все-все-все».
Я невольно улыбнулся, дождался паузы в скороговорках девчат и сказал свое веское слово. Вернее, несколько:
— Мы почти все время рейда провели в Гнезде. И несколько раз летали в Кошмар, то есть, в область на ранг выше. Кроме того, тренировались на износ, ели мясо «единичек» и раскачивали сопротивления к оглушениям с помощью местных тренеров.
— Не поняла?
— Нашли стаю тетеревов-косачей. Решили ими полюбоваться… — весело подхватила Света. — А они возьми и закурлыкай. Да так, что у нас прилично помутилось в голове. Через пару дней Игнат предложил посмотреть, какие звери охотятся на этих птичек, и попробовать употребить Искры животных, у которых не может не обнаружиться иммунитета к подобным воздействиям. И угадал. Так что еще через пару дней мы грохнули четыре горностая,
а через сутки отловили пять тетеревов, притащили в Гнездо, засунули в клетку и вынудили курлыкать. А два-три раза в сутки сокращали расстояние. И пусть это сопротивление еще качать и качать, главное, что оно появилось…
Ира назвала нас редкими умницами, а потом спросила, завалили ли мы хоть одну «троечку» для Ляпишева.
— Мы на них, считай, и не охотились. Но я навестил каменную ловушку Светы, так что с добычей все в порядке.
— Тогда, может, залетим в спецотдел? А то завтра тебя затерроризируют звонками, а послезавтра лететь в Муром…
Глава 20
1 марта 2514 по ЕГК.
…Дмитрию Львовичу я сдал двадцать девять «троечек» и две «двоечки». В этот раз у генерала нашлось время, чтобы забить названия в свою программу и озвучить размер причитающегося нам вознаграждения. Я коротко кивнул, пожелал куратору хорошего дня и откланялся. А минут через восемь-десять, добравшись до «Орлана», поднявшись в салон и опустившись в свое кресло, подозвал к себе Полину и показал уведомление о поступлении средств на счет, упавшее на телефон:
— Деньги нам уже перечислили. Общая сумма — чуть больше пятидесяти пяти миллионов. Они разлетелись по нашим счетам, но на твоем виртуальном появились девять двести. А теперь представь реакцию своей кровной родни на эту сумму.
— Не хочу: расстроюсь. И отчеты мне не нужны: я вам доверяю, как самой себе. Да и не трачу я ничего. А на счету — три с лишним миллиона…
— Сами мучаемся… — весело хохотнула младшенькая. — Денег навалом, а потребностей почти нет. Ужас!
Девочка улыбнулась и… попросила разрешения долететь до поместья в пилотской кабине.
Я, естественно, разрешил, проводил воспитанницу взглядом, уперся затылком в подголовник и почувствовал, что засыпаю. Поэтому попросил Иру рассказать что-нибудь веселое.
— Не вопрос! — хихикнула она. — Карамзина официально анонсировала выпуск особой коллекции и сообщила фанатам, что самая первая вещь была подарена, а вторая, третья и четвертая уже нашли своих покупателей. Фамилий и имен она не называла, но первый официальный покупатель развеял свое инкогнито, прибыв в новом кожаном костюме на прием к Резановым; вторая свела с ума всех женщин, явившихся на бал к Страховым, а третий показался публике в театре на Всесвятской. А на следующее утро Империя забилась в истерике: абсолютное большинство модников и модниц, искренне считавших себя лучшими просто потому, что одевались в самое-самое, вдруг поняли, что не в состоянии купить «особое», так как не тянут по рангам; те, кто тянули, бросились занимать очередь на пошив, ибо получили шанс привлечь к себе всеобщее внимание, а ваши фанаты высмеяли и тех, и других, так как, по их мнению, «особая коллекция» — это попытка повторить стиль «Черного Беркута и его стаи». Но самое забавное даже не это: если верить все той же Сети, то самые упоротые модники и модницы пачками уматывают на тренировочные заимки поднимать ранги,